Светлейший князь Старко (СИ)
Процессы в Англии показывали, что лаймы умеют учиться на своих ошибках. Реваншизмом в стране и не пахло, зато началась бурная подготовока к новому витку промышленной революции. Как всегда в первую очередь в сфере флота: военного и грузового. От плавучих батарей не отказались, а наоборот занялись их развитием. Резкое усиление брони и мощности паровой машины и перевод части орудий на палубу. Именно для защиты собственного побережья, а не для дальних походов на буксире в хорошую погоду. Кроме того, усилили разработку судов с бронированием деревянного корпуса, так как на полностью металлические корабли пока железа и стали не напасёшься. В июле обе программы были утверждены, а финансирование выделено. Хотя уже в августе будет запатентован бессемеровский процесс литья, а сам изобретатель вернётся в Англию всего лишь через год, отработав у Старко.
— Ну, что, Олег, мы возвращаемся в Петербург, — с грустью сказал Легостаев, — нужно хвосты подтянуть и уже навсегда переехать к тебе.
— Да, — подтвердил Иван Карлович, — там наши внук и внучка, а у меня ещё и медицинский центр, требующий личного присутствия. Хотя, по сообщениям, полностью меняется придворное окружение.
— В России всё меняется, я в курсе, господа. Александр приближает к себе новых людей, а администрация Николая выходит в отставки один за другим. Буду ждать вас, а то нам здесь грустновато среди немцев.
Некоторые ошибки реальной истории царь-батюшка не повторял, имея само собой случившуюся возможность. Земельная реформа готовилась по принципу, отработанному патриархией. Тупо сделать всех крепостных вольными, не предоставив альтернативы, уже не получится. Во-первых, финансовая ситуация другая. Русские потратили почти миллиард на большую войну, но получили солидные репарации, контрибуции и турецкий золотой запас. А это почти семьсот миллионов рублей. И если в РеИ общий дефицит составил около девятисот мильонов, то ныне лишь триста. Кроме того добавились земли от Адрианополя до Босфора, плюс Восточной Анатолии, более плодородные, чем в средней полосе России. Кавказская война, бесконечная и дорогостоящая, неожиданно (пусть и на время) затихла, всё-таки туркам ныне не до поддержки единоверцев на Кавказе. Ещё одним фактором экономии средств явилось прекращение производства гладкоствольных ружей указом императора. Сестрорецкий вариант стрелялки себя вполне оправдал и уже три завода могут производить такие же. Хотя никто не разгонялся и с этим, так как пресловутый Запад (читай, Старко) обещал в ближайший год передать разработку новой винтовки для её производства в разумных потребных количествах.
Глава 6
Плюсом к экономии российских финансов послужила программа очистки арсеналов от всякого устаревшего дерьма. На одном из складов обнаружили даже пищали времён Ивана Грозного! И ведь кто-то получал финансирование под содержание столь древних пукалок. Интендантов всех уровней запугали арестами и конфискацией имущества, а всё, что отменено по указу, продавалось балканским братьям. И если пищали отправляли на переплавку, то более поздние гладкостволы отправлялись в Николаев, а оттуда в Констанцу, Варну и на балканское побережье Адриатики. Чего греха таить, коли освобождённые народы уже начали разграничение своих территорий, причём по своим лекалам и пониманию. Часть оружия вообще уходила в Африку, благо тамошние народы давали в обмен дюже хорошие товары.
— Николай Иванович, а как на Руси будет решаться земельный вопрос, — спросил Старко занятый своими изобретателями и внедрением плодов их труда в жизнь.
— Там создают специальный банк, чтобы крепостные после раскрепощения могли выкупать землю в пользование. А то ведь на деревне только у отдельных богатых имеются деньги для этого. Иначе выкупят лишь старосты, торговцы, да кузнецы, а бедняков к себе батраками наймут. И попадут крестьяне из одной кабалы в другую.
С одной стороны, вполне американская схема батрачества на отдельных фермеров, с другой, в реальной истории России именно это и случилось. Кулаки выкупили самое выгодное, а потом не могли справиться силами собственных семейств, вот и расцвело батрачество. Некоторые особо ловкие даже документы на дворянство смогли приобрести в дальних от них уездах. А то проблема для локальных чиновничков создать липовые справки для этого за хорошую плату? Так же, как такие же нарисованные «честь и благородство» появились в России конца 20-ого века и в начале 21-ого.
— Неужели помещики просто так отдадут земельные угодья? — полюбопытствовала Настя.
— Ну что ты, Асенька, многие сами хотели бы продать своё, как излишки, так и неудобья. Царь выделяет на сей откуп деньги. И кроме того, создаёт рабочие места насколько получается. Знаешь сколько рабочих понадобится на железную дорогу твоего супруга?
— Так крестьяне же не умеют ничего, папа.
— Научат, дочка, как не научить. Тем более и сам Олег Саныч в это вкладывается, правда, зять?
— Да, поддержу нужное дело. Рабочие бригады по укладке железных дорог будут востребованы десятилетиями, ещё и трудовые династии появятся, — усмехнулся титулованный всезнайка.
Правда дорога из Самары планировалась странным образом. До Уфы пойдёт целевым направлением. Но по реке Белой можно доставить в Белорецк оборудование для бессемеровских установок и проката рельсов. Тогда оттуда с годами можно начать тянуть дорогу и в Уфу (с обратной стороны), и к горе Магнитной. Тем более, что Александр Второй решил на этом деле заработать и забрал Белорецкий округ из казны в собственность семейства Романовых. Такой фортель окупит внесённую долю и принесёт прибыли в будущем. Хорошо, что интернетных форумов нет, иначе заклёпочники уже заклевали бы императора. Ну, а рельсы на первое время начали во Фрисландии делать, где уже развито соответствующее производство. Оттуда морем до Петербурга, от него по железке до Твери, а там уж Волгой-матушкой куда затребовано. И пусть заклёпочники на костях главгера тоже хоть три джиги спляшут, он вытерпит.
— Уж очень болезненный вопрос, Николай Иванович, как бы бунтов поначалу не было.
— А куда деваться, коли он давно назрел, как прыщ, и пора выдавливать.
Ну, что же, России самой решать, что с собой делать, здесь попаданец помочь никак не может, ибо сам толком в вопросе не разбирается. А трындеть за другими о том, что «демократия хороша, потому что она демократична» он не умеет. Это на патриаршьих землях уже идёт процесс раскрепощения, но к нему готовились почти двадцать лет, начиная с малого. Причём вчерашние рабы переходят в нынешние работники сельского хозяйства. Мало кто уходит «совсем на волю», где неизвестно что ожидает. Плюс, на церковных землях всё больше предприятий, где нужны рабочие руки. И полно курсов по изучению новых профессий. Ладно, посмотрим, как оно пойдёт.
Сейчас Старко нужно, чтобы Бессемер организовал стеклопрокатное производство, а то задолбало, что большие окна состоят из набора маленьких, или вообще витражные. Хочется мир видеть, как он есть, а не фасеточным образом. Ну и раскатывание стали тоже необходимо. Впрочем мистер Генри неожиданно почувствовал себя в изобретательском раю. Инструменты и вспомогательные станки хошь? Нет проблем! Финансы нужны? Получи сколько нужно. Кирпичный цех под нужды? Можем быстренько построить, кирпича навалом, как и цемента, или кого-нибудь не очень нужного нагоним, цех освободим, а сиротинушке целых два построим, чтоб не хныкал.
Бессемер даже не предполагал, что можно творить не попрошайничая и не занимаясь бесконечными согласованиями. Ему всегда казалось, что Англия в этом плане впереди планеты всей, а теперь убедился, что есть страны получше. И как поступить через год? Вернуться в навозную кучу, потому что там родина, или плюнуть на патриотизм и переселиться сюда, где учёных за людей считают и никто не пытается ограбить? Сложный вопрос на который никто не даст ответ. Например Старко променял бы своё нынешнее благополучие и огромную власть (в новом теле) на то, чтобы вернуться. Пусть в старое и больное, но на родину в Алма-Ату, а ещё лучше в крошечный Тау-Тургень. Понятно, что никто в это не поверит…