Светлейший князь Старко (СИ)
И Александр Второй привёл в пример показательно-наказательный бой своим адмиралам.
— Господа, именно поэтому я заморозил строительство крупных кораблей. Слишком быстро развивается прогресс и мы будем зря вкладывать деньги.
— Ваше величество, может хотя бы ради величия построить десяток-другой.
— Нет! Для парадов больше ничего строить не будем!
Казнокрадов, лишающихся своих возможностей от реформы к реформе, бесила политика императора. Армия практически скукожилась и обворовывать просто некого и нечего. Старая часть почти вся расформирована или близка к этому, а к финансированию новых дивизий не подберёшься. Новый министр финансов Рейтерн — верный пёс Романовых и близкий друг великого князя Константина Николаевича. Он уже формирует свою команду исполнителей, пользуясь высочайшей личной связью. Его девиз «Гласность, законность, контроль!» нарушал уклад сановников, а это совсем не по-людски.
Зачем иметь бюджетный профицит, когда лучше копить дефицит, зато жить по-человечески, а не на одно жалованье. Пусть потомки покрывают то, что деды поимели с казны. Плохо то, что в стране расцветала продажность и предательство средних и нижних слоёв из-за программы класса «сдай народовольца — получишь премию». За сведение о таковом — 5 рублей премии, когда подтвердится, за адрес — 20 рублей, когда по нему найдут народного героя. В таких условиях доносительства трудно нанять исполнителей. Людей хватали и волокли в участки даже не жандармы или полицейские, а сами обыватели. Какие уж тут сверхдорогостоящие корабли, когда многие достойные чиновники и вельможи начали эмигрировать в более цивилизованные страны. Правда, в Старко не попадёшь из-за волчьих законов об иммиграции, но другие-то страны открыты и будут рады «новой русской мафии».
В конце марта началась серия международных финансовых крахов. Сразу после официального объявления о том, что «Ю-Би-Эс» наконец-то начнёт в апреле свою деятельность, «Власт-иль-ен» признал свою несостоятельность. Причём самое высокое руководство сбежало ещё заблаговременно, а ни огромных денег, ни даже концов не смогли найти. Сильный удар по двум крупным французским банкам нанёс крах «Шари», которую они собирались прибрать к рукам путём скупки акций и иных ценных бумаг.
Банк Моргана уже приближался по своим вкладам в «Хоуп-инвест» к контрольному пакету и собирался управлять солидными финансовыми потоками международного уровня. В планах стояло добавить к выпуску американских долларов ещё и введение интернациональной валюты и бондов. Бумажные, естественно, потому что золота и серебра на такой размах не напасёшься. Однако и выглядевшая очень надёжной компания тоже лопнула, как мыльный пузырь. Сам банк «Джей-Пи-Морган-Чэйз и компания» накрылся медным тазом, развалился на составляющие, чьи обломки похоронили под собой иллюзии Линкольна. Даже «северные» доллары из-за этого упали, в отличие от конфедератских и уж, тем более, от вводимых в западном союзе.
Коллапс военный, морской, финансовый поставил президента перед фактом, предсказанным многими газетами, как назло не вовремя. Мол, республиканец приведёт страну этой войной к краху и штаты просто разбегутся от проблем. А население обнищает! Мечтатель вступил в переговоры с президентом Конфедерации Джефферсоном Дэвисом, предложил перемирие и обсуждение мирного договора. Несколько преждевременно, так как южане оплатили французским кредитом вторую дюжину усовершенствованных кораблей и заказали третью, внеся 50-процентный аванс. Ещё и договора со Старко о дешёвых поставках продукции Юга на пять лет и получении ТНП, предметов роскоши, оборудования и станков, а также оружия. И как-то нужно расплатиться с прибывшими добровольцами.
В любом случае, к переговорам приступили, да ещё и с участием представителей Франции, Англии, России, Пруссии и Старко. На заседания допустили и полпредов Западных Штатов, чтобы потом недоговоренности не создали базу для непонимания. Всё-таки предстоял развод, раздел имущества и упорядочивания взаимоотношений. Пока процесс длился, коалиция Франции, Англии и Испании в Мексике распалась. Англичане и испанцы решили мирно стребовать долги с мексиканцев, а французы в это не верили. В итоге, лишь Франция продолжила войну, чтобы подчинить себе мексов и сделать их страну своим доминионом.
— Предложение вашего короля имеет интерес, хеер Легостаев, — покивал головой премьер-министр, — но вопросы остаются.
— Какие именно, хеер Торбеке? — попытался уточнить Андрей Андреевич.
— Его величество, по-прежнему не понимает, почему размер предлагаемой территории почти в два раза превышает то, что вы хотели бы получить.
— Наш представитель вашему пояснял, что размер не имеет значения в данном случае.
— Извините, но это вызывает подозрение. Кроме того, кто будет оплачивать переезд тех жителей, которые захотят перебраться в Нидерланды, чтобы сохранить свою связь с нами.
Сложнее всего чего-нибудь доказывать, когда собеседник ищет подспудный вражеский умысел там, где его нет. Понятно, что голландцы, будучи практичными прагматичными людьми, сомневались в чистоплотности сделки. В принципе, фризские земли северо-востока страны особого дохода не приносили. Мало того, соглашение о размене обеспечивало доступ к Люксембургу, являвшемуся собственностью короля Виллема Третьего. А там, что ни говори, единственное месторождение железной руды во всей Голландии в нынешние времена.
— Хеер Торбеке, есть ещё вариант, попроще. Я уполномочен его предложить, но тогда всё сведётся к деньгам.
Король Нидерландов любил шикарную жизнь, но из-за расточительности вечно нуждался в деньгах. Ну и его фаворитка Мюзар сосала финансы из его величества. Причём он сам, решив козырнуть, предложил ей миллион гульденов (84,000 фунтов стерлингов) в подарок. Теперь князю Легостаеву предстояло выворачиваться, пытаясь найти вариант, который устроит и Генеральные Штаты, и короля Виллема. Парламент, например, готов отдать четыре провинции с краешка (за заливом Зюйдерзее), но за… флотилию грузовых кораблей-шеститысячников и полдюжины крейсеров-пятитысячников с новыми орудиями. Тогда и земель не надо, готовы потесниться и даже принять беженцев (если таковые возникнут) с северо-востока, который не сильно заселён. Там, вообще-то, всего триста тысяч проживает — фризы, мать их.
В конце концов, Андрей Андревич сделал последнее китайское предупреждение и отбыл в Старко. Восемнадцать грузовиков за десять лет, шесть крейсеров требуемого размера и миллион британских фунтов (12 млн. гульденов) лично Виллему Третьему за права на Люксембург. Разборки с претензиями пруссов на княжество останутся за Старко. Никто во всей Европе, находясь в здравом уме и твёрдой памяти не мог понять идиотскую шедрость Олега Первого и выпендрёж голландцев. Просто приняли, как факт, ибо более интересные события повсюду происходили.
Самарская железная дорога окончательно состыковалась по отсыпке, даже шпалы с запада приближались к таким же с востока. Рельсы окончательно уложат край к весне следующего года, а может поднапрягутся и до конца этого, 1862 года, успеют. Мариупольская железка уже вступила в действие, как и волго-донская купеческая. На следующий год и наша, тоже волго-донская, начнёт таскать грузы и пассажиров, но по более качественной обстоятельной двухпутке, имеющей стальные рельсы и более тяжеловесные составы. Даже паровые баржи изготовлены, чтобы по Волге чапать до Самары и обратно. Царь-государь уже альтернативой поручил своим заняться (от Кривого Рога к Днепру), вдруг что путное выйдет? Между прочим, вот-вот (в смысле в этом году) явно войдут в строй и Москва-Нижний Новгород, и Петербург-Варшава. Причём за деньги европейских банкиров и финансистов, всё-таки экономия и бережливость.
— Друзья, наш панамский канал строится быстрее, чем суэцкий.
— Ещё бы, столько денег в него вбухано.
— Иван Карлович, имейте совесть, вы уже четыре раза окупились на бросках цен на акции вверх и вниз.
— Это роли не играет, Олег, — улыбался доктор, — я частное лицо.