Светлейший князь Старко (СИ)

— Олег Саныч, спешу порадовать! — ворвался в кабинет Петров, — бросайте всё, поедем посмотреть на испытания вашего «мыла-тротила», как вы заказывали! Получилось, ваше величество, всё получилось!
Казалось, что боевые действия всё расставят по местам, но удобно ли будет Франции и Англии? Их представители разъехались по всему пространству, объятому войной, пытаясь остановить кровопролитие. Англы тут же занялись новым молдавским королевством, чтобы посадить на трон Зигмарингена-старшего. Тот, конечно упирался и отнекивался, не желая покидать поста министр-президента Пруссии, но откорячиться не удалось. Даже сам уже не властвующий, но ещё живой, король Фридрих-Вильгельм Четвёртый попросил об одолжении. Молдавско-валашско-трансильванских лидеров часточно подкупили, частично убедили, что «запад им поможет», если признают что Карл Антон Иоахим Цефирин Фридрих Мейнрад Гогенцоллерн-Зигмаринген им люб и дорог в качестве монарха. Заодно, признали право будущих вельмож назвать новую страну Румынией.
К сентябрю удалось добиться мирного договора между Австрией и Италией. Вся территория, завоёванная итальянцами так им и осталась, зато они согласились не развивать свою экспансию дальше и не поддерживать других. Так что Францу-Иосифу осталось лишь выбрать одно из двух: или отстать от Венгрии и сохранить Богемию и Моравию, или продолжить упорствовать. Конечно, Австрия усилилась за счёт того, что к Вене стягивались все бывшие гарнизоны и отряды австрийцев со всех окраин. Почти сто пятьдесят тысяч чистокровных арийцев! Так что никаких уступок венграм (блин, пока чесались, ещё и восставшим чехам), даже мятежным словакам и хорватам. Какой-то славянский шкаф образовался!
— Ваше величество, у нас проблемы.
— Какие ещё, на мою голову, герр министр? — недопонял император.
— Мы до сих пор в состоянии войны с королевством Старко.
— Этим-то что нужно? Чем они угрожать могут? — заносчивый монарх совсем запутался в трёх соснах и даже не понимал у кого лучшая в мире армия.
Впрочем он жил былыми победами и славными именами теней прошлого. То-то счастлив, считая, что наконец-то имеет мощный армейский кулак и как начнёт сейчас возвращать всё обратно под себя!
— Так они могут прислать морем экспедиционный стальной корпус, не менее пятидесяти тысяч.
Ещё один корпус, откуда у славян столько солдат?
— Кстати, Вильгельм, а какова общая численность противостоящих нам?
Началось занудное перечисление типа «восставших чехов уже более сорока тысяч, словаков за тридцать тысяч, хорват и словенцев под сорок тысяч, мадьяр порядка ста тысяч». И так двести десять тысяч, а тут ещё каких-то пришлют.
— Ладно, я подумаю и кое с кем посоветуюсь.
«Кое-кто» имели английские фамилии и могли помочь в решении щекотливых вопросов. Правда, они странным образом свели всё к деньгам, мол, в данной ситуации мир со Старко обойдётся императору не менее, чем в три миллиона фунтов стерлингов. Заодно, напомнили его императорскому величеству, что король Олег Первый разгромил Пруссию в одном-единственном сражении, причём не так давно. Франц-Иосиф лишь ухмыльнулся, так как был осведомлён по своим каналам, что «война между Старко и Пруссией» была сфабрикована великими державами, в первую очередь, Россией. Ну не могут же лгать высокооплачиваемые осведомители, близкие к самым верхам. Некоторая оторванность молодого императора от реалий, объяснялась тем, что его постоянно «играла свита». То русские, то теперь свои. Видимо следовало получить, как следует, под дыхло, чтобы вернуться на землю и осознать в каком мире живёшь.
Тротиловая бризантомания всё расставила по местам. Снаряды и ручные гранаты бабахали лишь чуть хуже, чем пироксилиновые, но безопасность в изготовлении превосходила все другие варианты. Больше Старко ничего и не было нужно, рецептуру того же прессованого пироксилина можно передать русским — пусть у них тоже будет своя фишка. Правда и Запад уже подбирался к секрету, но уж очень взрывоопасное ВВ у них получалось. Нужны годы, чтобы понять, что всё упирается в качественную очистку компонентов, а значит и повышение себестоимости. Это в России началась промышленная революция и, как следствие, повысились приходы в бюджет. У других она вроде до этого случилась, но требует сырья для подпитки. А кто у нас самый сырьевой регион на планете? Вот-вот, причём сырьевой придаток Европы шаг за шагом перестаёт им быть.
 
Очередной шаг царя-реформатора покоробил нежные еврочувства — пошлины на вывоз сырья и материалов из страны полезли вверх. Правда, поднялись и пошлины на ввоз, но на товары. Россия явно напрашивалась на обретение термина «за железным занавесом». Это что же получается, когда отсталые дикари перестают продавать своё задёшево, а то и совсем? Это явный непорядок получается, за такое и санкции можно ввести и наругать всем белым светом.
— Ваше величество, нас в Европе не поймут, — усердно разъяснял Горчаков, — скажут, что мы уходим из европейской цивилизации.
— Ничего страшного, Александр Михайлович, потерпим лет десять. Посидим за забором, зато своих промышленников разовьём за это время.
— А если они меры примут? Например, научными новшествами перестанут делиться?
— Дорогой мой, — благодушествовал царь-батюшка, — их изобретения пока отстают от того, что нам из Старко приходит.
  
Глава 23
 
Россия до сих пор получала деньги по контрибуциям и репарациям Восточной войны, правда их тратили больше на погашение собственных военных займов. А Франция, несмотря на выплаты, постепенно реставрировала экономику и строила военный флот. Принципиально новый броненосец «Глуар» (пятидюймовая броня поверх деревянного корпуса) вполне был готов ходить по морям, как нормальное судно. Пять тысяч шестьсот тонн водоизмещение, тридцать шесть дульнозарядных орудий калибром шесть с половиной дюймов, мощность паросиловой установки — 2,500 л.с. Он вам и парусник, ежели что. Точно такой же монстр под названием «Инвинсибль» появился парой месяцев позже, а осенью добавилась «Нормандия». Общая стоимость, если в фунтах, практически миллион. Значит есть у лягушатников порох в пороховницах, значит мало с них содрали три с половиной года назад.
— Олег Александрович, чем будем отвечать?
— Нечем нам ответить, пусть Англия отвечает, а мы пока семитысячник затеяли с новыми модификациями. Нет смысла старьё плодить, как французы.
Да уж, подробный ответ, пусть и непонятный. Может действительно англичане что-нибудь противопоставят? Те пока заложили в ответ (в полнейшем секрете) броненосный фрегат «Ворриор» (9,200 тонн водоизмещением, 42 пушки, из которых 10 казнозарядных семидюймовок Армстронга, мощность 5,200 л.с.) Вслед ему начали строительство ещё одного, похожего, под именем «Чёрный принц». Практически непобедимые аглицкие корабли так и останутся «неуловимыми Джо» и даже не повоюют ни разу. Что делать, если научно-технический прогресс движется быстрее, чем сопутствующее ему строительство кораблей? Хотя запас хода впечатляет — такие махины на своём запасе угля (около тысячи тонн) могут без остановки пройти более двух тысяч миль.
В любом случае, гонка вооружённых плавсредств началась и лишь Россия и Старко пока в ней не участвовали толком. Под шпицем довольствовались судами в тыщу двести и две пятьсот тонн водоизмещением, а в новом доке колдовали над бронированным крейсером в пять килотонн. Чисто для отработки элементов конструкции и выявления оптимального вооружения. Николай Иванович Путилов создавал усовершенствованные паровые машины и даже разработал отличную котельную сталь, чтоб не зависеть от импортной. А вот общая программа создания нового флота упиралась в строительство судостроительных заводов в Финляндии. Да и не было смысла гнаться за передовиками количественного увеличения флотов, когда каждый месяц появляется что-нибудь качественно новое.
 
Лишь воля императора противостояла требованиям адмиралов «догнать и перегнать» (советские лидеры тут не при чём, они ещё даже не родились). Всяк был готов получить побольше денег и утереть нос всей Европе, но владыко упорно стоял на своём. Пока стоял (от слова «пока»). Слишком много зубов уже наточено по всей столице, слишком много недовольных глупейшей политикой радения об экономике. Ладно бы гнобил приказчиков и половых, но ведь глумится над генералитетом, изверг. Пользуется самодержавной властью, видимо позабыл, как люди в 1825 году на площадь вышли за права народа. А что может быть более святым, чем забота об армии и флоте, защищающих покой мирных людей? Была бы демократия и парламент — никто не позволил бы царю-тирану изгаляться над чаяниями людей, радеющих за возвращение в разряд великих держав.