Светлейший князь Старко (СИ)
Однако не всё котам масленница. Только передовые части рассосались по империи и вступили в боестолкновения, как Георг Пятый объявил Францу-Иосифу священную войну и отправил войска «освобождать северную Италию от австрийского владычества».
— Вот оно, наконец-то вся мозаика разложена, — радовался Рихтер, — вот где собака зарыта. А я-то думаю, когда итальянцы с австрийцами схватятся, а оно вон как выходит.
— Погодите, Иван Карлович, ещё пруссы своего слова не сказали. Небось введут к чехам свои войска, чтобы тамошних немцев защитить.
— Жаль, что Россия связана пактом о ненападении, а то самое время что-нибудь себе отвоевать.
Да уж, как всегда русские остаются не у дел, но договор есть договор, нельзя нарушать. Зато у Старко нет никакого пакта с Пруссией, зато есть возможность спасти немецких мирных бедолаг-простолюдинов от их гнусных властелинов.
— Господа, настоящим заявляю, что вынужден объявить войну Австрии и её союзникам.
— Мы, что, отправим экспедиционный корпус к чёрту на кулички, — возмутился Юнгвальт, — и кто нас пропустит, Олег, сам подумай.
— Альберт Августович, почему бы на карту не посмотреть, где всё нарисовано?
Все дружно уставились на карту, где указка оказалась вдали от Балкан и Богемии.
— Вот река Рейн…вот расположенное вдоль неё герцогство Нассау…вот оно же, но уже вдоль Майна… И совсем не нужно через всю Европу плестись, когда всё под боком.
Глава 21
Удар в спину, иначе этот трюк не назовёшь. Франц-Иосиф даже растерялся от обилия театров военных действий. Куда нацеливать удары в первую очередь и где брать войска? Главное, русских на помощь не позовёшь, так как недавно демонстративно разошёлся с ними. Если бы итальянцы сидели молча и не отсвечивали, то войска из Пьемонта и Ломбардии с Венецией отправил бы на Балканы. Тогда вместе с баварцами и гессенцами занялся вплотную Польшей, а затем можно было бы попытаться отвоевать Силезию у пруссов. И потом уже заняться возвращением отдельных итальянских территорий. Великолепный план ждал своего часа и не дождался совсем немного. Теперь, как бы Венгрия не предала…
Захват герцогства Нассау поддержали лишь рядовые жители и местный ландтаг. Сам герцог Адольф ушёл со своим двадцатитысячным отрядом воевать за австрийские интересы. Теперь, на подходе к Вене, пришлось делать выбор: или возвращаться назад, или победить вместе с Австрией и лишь потом вернуться на белом коне. Зато Людвиг Третий Гессенский моментально развернулся и повёл своих обратно в Дармштадт. Три с половиной сотни километров не везде имели железные дороги, так что лучше побыстрее домой добраться. С наглого северного соседа станется, может и на его земли войска ввести. Хорошо, что великое герцогство из двух частей состоит, может хоть одно удастся сохранить за собой.
Войны не имеют единой последовательной картины, тем более в середине девятнадцатого века. Нет фронта, нет окопных линий, Нередко достаточно столицу завоевать и вся страна сдаётся и признаёт поражение. Мало того, завоюешь страну, а потом какой-нибудь конгресс великих держав отменяет победу, оставив лишь огрызки. Да и размер собственной армии, как оказалось, колеблется в достаточно больших пределах. Как только в Венгрию прибыл принц Поль Эстергази, назначенный англичанами на пост народного героя и будущего короля, тут же начался переход мадьярских частей на сторону освободителей. Кошуту пообещали пост будущего премьер-министра, Пруссии — северные районы Богемии и Моравии. Австрийский император отправил корпус курфюрста Гессенского на подавление восстаний на Балканах, а баварскую армию в Милан, чтобы сдержать итальянское наступление. Свои коронные сорок тысяч, разбавив ещё сорока тысячами мобилизованных новобранцев, он послал к Пешту, чтобы разгромить увеличивавшуюся армию Эстергази и Кошута.
Вот только не было рядом «старшего брата» в этот раз. Русские уже перевели две стальные дивизии на игольчатое оружие, провели стрельбы и отправили под командованием любимчика императора, ныне генерала, Игошева, в сторону Буковины. Обе церковные дивизии как раз заканчивали такую же стрелковую подготовку и должны были туда же отправиться. В соответствии с духом военной реформы каждой дивизии выделялась персональная восьмибатарейная бригада полевых пушек, парочка гаубичных батарей и ракетный дивизион. Маловато, конечно, но стальные казнозарядные орудия нуждаются в снарядах, а их много не бывает.
Венгры, провозгласив независимость и создав вроде легитимность, моментально оказались вне русско-австрийского пакта о ненападении. Русские тут же воспользовались этим и ввели свои войска в Буковину и Восточную Галицию. Английские советники порекомендовали и господарю Кузе, и Лайошу Кошуту не обращать внимание, мол, так согласовано с Санкт-Петербургом. Весь раздербан, получается, спланирован и разработан в каких-то предварительных кулуарах и лишь сейчас доведён до лица общественности. Или до ушей, кому как нравится.
Не успел Людвиг Третий вернуться вовремя — бригады Старко заняли Обергессен, хотя не стали пересекать Рейн, чтобы завладеть и Старкенбургом.
— Что же, Олег Саныч, ты родовые земли не стал брать, — насмешничал Рихтер, — вон какое название созвучное.
— А зачем, Иван Карлович? Так у меня граница по большой реке, удобно защищаться будет. Да и перед Марией Александровной было бы неловко её любимый Дармштадт захватывать.
Действительно, российская императрица могла бы не так понять и какую-нибудь гадость учинить. Лучше уж не переступать за рамки дозволенного.
— А Кассель будешь брать заодно?
— Не знаю пока, вроде удобное буферное государство между нами и Баварией получается.
Олег Александрович даже вольный город Франкфурт-на-Майне трогать не хотел. И так королевство растянулось чуть ли не на полтыщи вёрст с севера на юг, куда ещё громадьё громоздить? Из-за самарской железной дороги своё строительство пришлось подсократить, чтобы заводы не надрывались. Новых, кстати, тоже не предполагалось создавать. Относительно небольшая территория скоро будет застроена шоссейками и железками, так чего спешить с реализацией транспортной инфраструктуры. Это России нужно (причём очень-очень) побыстрее протянуть транссибирскую магистраль. И в Среднюю Азию чего-нибудь построить, а то вроде предполагается завоевание будущего Узбекистана. Да и для мирной торговли железная дорога в тех местах не помешает.
Впрочем это дело царя и его советников размышлять и планировать, а удел северо-германских королей заниматься мелочью попроще.
История не имеет сослагательного наклонения, поэтому и в нашей истории состоялась битва при Сольферино. Баварский пятидесятитысячный корпус именно туда вышел, пройдя через Трент. В случае неуспеха они могли отойти к Вероне а то и к Падуе, чтобы прикрыть Венецию. К сожалению, обещанный Францем-Иосифом двадцатитысячный корпус не явился к месту сражения. То ли заблудился в трёх соснах, то ли опять имелся лишь на бумаге. Вчерашние ганноверцы прибыли семью бригадами, имея две сотни стальных орудий (полевых пушек и гаубиц). Баварскую артиллерию в количестве двухсот сорока единиц можно даже не считать, так как большая их часть была расположена далековато, а меньшую часть вывели из строя ракетами.
Да и сам бой оказался лишь избиением. Как повелось с Крымской войны — одни красиво построились батальонными колоннами и под грохот барабанов начали маршировать в сторону неприятеля. Торжественно, красиво и грозно. Другие отисиживались в траншеях и трусливо отстреливались со скоростью восемь выстрелов в минуту. Мало того, попытку конницы охватить врага с флангов, вчерашние ганноверцы массово встречали картечью из десятков орудийных стволов. Даже гаубицы оказались при деле, начав перемалывать тех, кто находился в резерве, расположившись позади. Заодно и обозу досталось. Через час уцелевшие баварцы уже отходили к Вероне, потеряв почти двадцать тысяч убитыми и ранеными.
Безумно богатый король Георг Пятый мог позволить себе огромные расходы, а вот у баварского короля нет бешенных доходов от добычи золота и алмазов. Да и старая тактика никак не помогала побеждать против нового оружия. В результате, североитальянский театр военных действий раздвоился. Вторая армия Георга уже подходила к Милану. Две стальные бригады гвардии, ещё две такие же тосканские от Грациани и пятнадцатитысячный отряд итальянских добровольцев осадил столицу Ломбардии. Лишь сиротливая австрийская дивизия, забытая в качестве гарнизона, собиралась отстоять город.