Светлейший князь Старко (СИ)

Оказывается Панамский перешеек идёт не с севера на юг, а с запада на восток, во как. Южная Америка смещена относительно Северной, а не прямо под ней. В результате, пересекающий перешеек канал, сам идёт с севера на юг… Ну, ничего, вот-вот это будет подробно разъяснено в газетах и пойдёт обратная реакция на радость тем, кто в теме.
— Зато самарские акции начали падать. Кто-то из газетчиков узнал из достоверных источников что древесного угля не напасёшься для Белогорска. Какой-то профессор дал подробный отчёт и привёл убедительные цифры, что наша дорога через восемь лет потеряет смысл.
— Кстати, трансатлантический кабель настолько тяжёл, что постоянно будет рваться при укладке, — подытожил Юнгвальт.
— Смотрю, что наш Олег лишь посмеивается над этим, — заметил Рихтер, — наверняка какую-то фигу в кармане припрятал.
— Никакая это не фига, а целый камень за пазухой. Я ещё в прошлом году отправил добротную экспедицию к северу от Мариуполя. Там где-то есть залежи горючего камня. Оказалось, что даже село имеется, где этот каменный уголь добывают. В общем, в начале этого года я выкупил у князя Ливена его земли в тамошних крях. Теперь приступим к регистрации акционерной компании, куда вложу и земли и деньги.
Поразительно, но сразу нашлись желающие за столом, готовые инвестировать свои деньги в не совсем понятный проект. Четверть акций решили оставить русскому Ольденбургу, ну и для императора всея Руси тоже. В конце концов, место удобное, можно и железную дорогу до Мариуполя протянуть (порядка сотни с небольшим вёрст). И к Дону чего-нибудь построить. И пойдёт уголёк повсюду, если его действительно в тех краях «навалом», как Старко говорит. Коли с Дона в Волгу перекидывать, так и до Самары рукой подать. Хочешь — уголь на Урал вози, не хочешь — руду с Урала таскай в дальнюю даль. Недаром говорят, что дурной собаке семь вёрст не крюк, а столь же дурная голова никаким ногам покоя не даёт. Тем более, что даже рельсы скоро будут доставляться морем в Петербург, а оттуда по железной дороге до Твери. А уж от неё по Волге и до Самары доберутся. То-то народ обхохочется над экономикой класса «старко», да и самарские акции напрыгаются вволю туда-сюда. Жить стало лучше — жить стало веселее! (с) Михаил Иванович Калинин.
В октябре и Шасспо отправился вослед заводу, получив по договору постоянную долю от его доходов и полный карт-бланш на изобретательство. И родителей за собой потащил на новую родину. Пусть теперь Франция нового умника себе найдёт, если ей нужно. Впрочем в ней происходило нечто непонятное. Революционизированный народ повсюду бухтел на тему «как прокормить свору Наполеонов» и от смуты удерживало лишь раздвоение мнений: или кормить одного из них, или свергнуть обоих. Кстати, члены «Молодой Италии» не успокоились и готовились к тому, чтобы бросить бомбу в Наполеона Третьего, дабы отомстить за своих товарищей. И где гарантия, что в этой реальности император уцелеет?
Ну, а наши занялись полноприводной приватизацией добавочной земельной порцайки, раз уж бог послал от щедрот своих. Куксхафен подвергся строительному ремонту и оснащению лучшими в мире орудиями береговой обороны. Даже парочку экспериментальных двенадцатидюймовок поставили чисто из военно-научного интереса. Крепость и окрестности слегка вздрагивали при каждом выстреле, но не критично и малозаметно. Из Гамбурга отпустили все олигархические семьи, даже помахали платочком им вослед. Некоторые начали перебираться в Любек, но чего-то никак не могли поделить с Петром Вторым в экономическом плане. Тем более, что великий герцог вплотную занялся преобразованиями в герцогстве Лауэнбург и введением новых порядков на подотчётной отныне территории.
Химик Петров закончил исследования по динитрированию толуола, получив интересные разновидности, и собирался заняться тринитрированием. Причём, в пошаговом режиме, ибо совсем не хотел взорваться от спешки в погоне за открытием. Ему, как и его сотрудникам, реально было что терять.
 
Даже в южных штатах САСШ имелось наличие присутствия Старко. Более пяти тысяч молодых людей с белой кожей проходили подготовку на базах: атлетическую и стрелковую. К выборам 1860 года следовало как следует подготовиться. Заодно в разных городах Юга открывались промышленные предприятия, в основном оружейного направления. Ничего страшного с миром не случится, если кровавая гражданская война продлится на несколько лет дольше или страна самой продвинутой демогратии вообще расколется на две самодовольные части. Олег Саныч готов помочь пендосам застрять в разногласиях, если не навсегда, то надолго. Попаданец почему-то не молился на оплот либерализма и равноправия, как это принято в двадцать первом веке. Глупый король не готов был отдать последнюю рубаху и штаны лишь бы побыстрее появились гаджеты и права человека. Ему хватило Англии, где в этом году по закону запретили порнографию.
В ноябре армия Старко пополнилась двумя бригадами гвардейцев. Всё-таки когда имеется сорок девять тысяч одних только стрелков жизнь должна стать более мирной. Тем паче, что вроде больше никто не претендовал на право учить молодое королевство жизни. По крайней мере, Пруссия занялась внутренним переустройством под влиянием своих новых либеральных фюреров. Разве что Австрия всё больше мутила воду в Германском Союзе, почуяв временную прусскую слабину. И всё-таки втянула в себя Валлахию, после чего гордо обвела всех вокруг победным взором. Странно, но вызов не заметили или пропустили мимо ушей, как мелочь. Может быть предновогоднее настроение подействовало?
По крайней мере, Россия промолчала, посчитав что лучше продать болгарам ещё значительную часть своёго стрелкового старья. Избавление от гладкостволов давало двойной выигрыш: кое-какие деньги и освобождение места в арсеналах. Странным образом и тихой сапой страна вообще отказалась, получается, от дульнозарядных ружей, даже от производства штуцеров. Только казнозарядки трёх типов: «холлы», револьверные и игольчатые. Военная реформа официально ещё не началась, а уже почему-то шла.
— Нет, господа, Сухозанет лишь временная фигура, — бухтел «пикейный жилет» Юнгвальт, — при дворе считают, что новое поколение станет в ближайшие годы управлять Россией.
— Альберт Августович, так тогда нужно Милютина ставить, — высказался «пикейный жилет» Рихтер, — чего тянуть?
— Не знаю, не знаю, Милютин всё-таки больше теоретик, — засомневался «жилет» Полянский, — наверное хорошо, если военным министром назначат какого-нибудь полководца.
Странно, но имея множество генералов, Россия ныне почему-то обходилась без полководцев уровня Суворова.
— Может быть нашего Андрея Платоныча сдать им в аренду? — прикололся Легостаев.
— Нет уж, увольте, Каретин нам самим нужен, — возразил Юнгвальт.
Дружественная беседа старперов ярко выразила наслаждение общества уютом, покоем и размеренностью бытия. Так уж складывалось, что раз король занимается больше своей дочкой Марией, значит в Багдаде всё спокойно.
— Интересно, чем кончится очередная опиумная война?
— Ничем особенным, Иван Карлович, — китайцев победят в очередной раз.
— Да мне-то Китай безразличен, но если у императора Поднебесной отберут Аляску, то как это аукнется нашим коммерческим интересам?
Слова доктора оттенили, что и войны на краю географии могут ударить по карману. Компаньоны хорошо зарабатывали на потребностях «лихорадочных», как в Калифорнии, так и на Юконе. И обидно будет лишиться своих возможностей из-за амбиций Англии и Франции. Правда, ганноверцы (новые), итальянцы (бывшие ганноверцы) и русские как-то невыразительно уже добрались своими поселениями до Витватерсранда. Старко обещал найти золото в тех местах, хотя это странно. Почему же буры или негры его не нашли до этого? Или бог закладывает ценнейшие ископаемые лишь тогда, когда это Олег Санычу нужно? Тогда почему бы воспитаннику монастыря не использовать свой столь ценный контакт где-нибудь поближе, а не в недоступных далях?
   
Глава 16
 
Новый год однозначно принёс с собой деловую активность. Представители английских лорд-металлургов разного уровня уже в конце января начали обивать пороги всех, кто хоть как-то соответствовал уровню «близок к королю». Потому что выяснили, что железо чуть ли не монопольная собственность Старко. А где же здоровая конкуренция? Увы, национальные запасы оказались закрыты на семь замков, а экспорт-импорт вёлся лишь концерном его величества. Шведский чугун распределялся по производителям, как в каком-то эсэсэсэр, а не как попало. Даже директоров металлургических предприятий невозможно подкупить — те боялись потерять голову за недостачу на складах сырья. И почему-то не считали взятку в размере 573 фунта чем-то сверхобогащающим, ради чего можно и на плаху пойти.