Моя защитница (ЛП)

— Знаешь, сынок, тебе не следовало так расстраивать Мерин, — отчитал Байрон.
Эйдан уставился на отца с открытым ртом, прежде чем повернуться и рявкнуть на Мерин.
— Не трогай его! — Он оттащил её от тела дикаря.
— Но он ещё дёргается, — сказала Мерин.
Элизабет повернулась к Байрону.
— Спасибо, что пришёл так быстро, я не знаю, что было бы, не приди ты вовремя.
Два седых воина похлопали Байрона по спине.
— Хорошо, что мы зашли выпить, да, Байрон, — рассмеялся один.
Другой хрустнул костяшками пальцев, злобно ухмыляясь.
— Мне так не было весело с тех пор, как вышел на пенсию, — признался он.
Эйдан шагнул вперёд и пожал руки обоим мужчинам.
— Джон, Абрахам, я бы хотел познакомить вас с моей парой, Мерин. Мерин, это Джон Янгер и Абрахам Картер, отставные руководители подразделений Гамма и Эпсилон. Позвольте выразить благодарность. Спасибо, что пришли так быстро.
— Похоже, всё немного изменилось с тех пор, как мы вышли на пенсию. Я не помню, чтобы дикари так бегали вместе. — Джон перевернул одного из дикарей носком ботинка.
Элизабет уставилась вниз и ахнула. По меньшей мере десять различных комплектов оружия оказались направлены на мёртвого дикаря.
— В чём дело, Бет? — спросил Гавриэль, отворачивая её от трупа.
— Я знаю его, — прошептала она.
Эйдан опустился на колени и уставился в лицо мертвеца.
— Я его не узнаю. Ты знаешь его из Ноктем-Фоллс?
Мерин протиснулась мимо Эйдана, чтобы посмотреть вниз, вздохнула и прикрыла рот обеими руками.
— О, нет! — Её глаза наполнились слезами. Она повернулась и уткнулась лицом в грудь Байрона. Эйдан встал и обеспокоенно подошёл к ней. Поглаживая Мерин по спине, Эйдан снова посмотрел на Элизабет.
— Кто он?
— Он не из Ноктем-Фоллс. Я знаю его по фотографии пропавших пар; этот мужчина один из них. Вторая пара в списке, — прошептала она.
— Бедолага одичал после того, как была убита его пара, — сказал Кристофф мягким голосом.
Дарьян снял куртку и закрыл лицо мужчины.
— О боги! — Элизабет отошла от Гавриэля к мёртвым телам.
— Бет, детка, позволь мне, — сказал Гавриэль, отводя её от мёртвого врага.
Один за другим они были обращены. Она подняла глаза и увидела Мерин, стоящую рядом с Байроном, выглядящую такой же потрясённой, как и она сама. Внезапно она очень сильно захотела своего отца.
Гавриэль отвёл её обратно к группе воинов.
— Я узнала ещё двоих. Может ли кто-нибудь сделать снимки, прежде чем от тел избавятся? Я не доверяю себе и не хочу, чтобы кто-то остался неопознанным.
— Мы разберёмся с этим. Командир, почему бы тебе не провести дам внутрь, — посоветовал Саша.
Гавриэль напрягся.
— Он сказал, что у меня не будет выбора. — Он повернулся к ней. — Сегодня ночью они пришли не за мной, а за тобой. — Его слова заставили мужчин замолчать.
— Это была не случайная атака, они намеренно пытались обратить тебя, — прорычал Эйдан.
— Они сказали, что придут за моим ребёнком. Откуда они узнали? Мы не давали объявления.
Мерин вытерла слёзы рукавом. Эйдан вырвал её из рук отца и крепко прижал к себе.
— Как ты не пускала их в дом? — спросил Эйдан.
— Рю, — ответили она и Мерин в один голос.
Все они обернулись и увидели сквайра, сидящего на ступеньках крыльца; он помахал им.
— Чертовски хороший у вас сквайр, маленькая леди, — похвалил Абрахам.
— Знаю. Он лучший! — Мерин приосанилась.
— Они почти победили, не так ли? — спросила Элизабет, поворачиваясь к своей паре.
Он покачал головой.
— Даже если случится худшее, я последую за тобой. Я бы никогда не позволил тебе столкнуться с неизвестностью в одиночку.
Бет наблюдала, как он, Эйдан и остальные мужчины обменялись взглядами. Она знала, какие слова остались невысказанными.
«После того, как убил бы всех, кто ответственен за твою смерть».
  
Глава 16
 
— Всех с Днём Благодарения! — сказала Аделаида, когда они вошли в поместье Совета перевёртышей. Куда бы Элизабет ни посмотрела, дом со вкусом украшен к празднику. Аромат жареной индейки, тыквы и корицы заставил блаженно вздохнуть. Все члены подразделения Альфа были тут, за исключением Колтона и стажёров, которые вернулись по домам на каникулы. Адам, Эдэйр и Бен сидели и разговаривали с Байроном. Аделаида по-матерински хлопотала над Ноем и Джексоном, и оба молодых человека наслаждались этим. Дарьян и Килан взволнованно рассматривали каждое блюдо, накрытое крышкой, а Эйдан пытался удержать Мерин подальше от еды.
 
— Ты не говорила, что так сильно любишь День Благодарения, — сказал Гавриэль, покусывая её шею.
— Я люблю еду! На одном большом блюде собраны все мои любимые деликатесы. Как можно это не любить?
— Не забывай, я был на самом первом праздновании, — поддразнил он. Они сидели за обеденным столом, наслаждаясь хаосом вокруг.
Элизабет заметила тонкие различия в своей паре. К его отвращению, ничто из его одежды больше ему не подходило. Ему пришлось вызвать портного в поместье для снятия новых мерок. Он вырос на два дюйма, приблизившись к Колтону в шесть футов шесть дюймов, что неслыханно для вампира. Там, где раньше он был худощавым, теперь больше мускулов, но весьма оптимально, в отличие от более крупного и громоздкого телосложения Эйдана. Для неё он теперь был ходячим грехом. Каждый дюйм тела был рельефным, с четко очерченными мышцами. Волосы стали длиннее, как и клыки, когда он полностью их выпускал.
Наедине он также признался, что ему пришлось поработать с Эйданом над созданием новых правил для тренировок. Теперь он тренировался по процедуре, аналогичной более крупным фейри. Но изменения были не только физическими. Элизабет начинала понимать, что Мерин подразумевала, говоря, что пара Бет — очаровательный джентльмен. Он теперь редко становился угрюмым и чаще улыбался. Неизменным оставался лишь собственнический характер, за что она была благодарна.
— Мерин, дорогая, мы скоро будем ужинать. — Аделаида смеялась, глядя, как Мерин, перебегающую от блюда к блюду с желанием попробовать всё подряд. Эйдан перестал запрещать ей есть после того, как она сообщила, что ребёнок этого хочет, теперь он советовал ей попробовать все его любимые блюда.
Дарьян и Килан были приклеены к Мариусу, пытаясь выманить у сквайра пироги. Рю почти пришёл в норму и помогал Мариусу на кухне. Несколько дней после нападения он пролежал в постели, восстанавливая силы. В конечном итоге не только мужчины умоляли его выступить в качестве буфера между ними и Мерин без кофеина, но и попытки самой Мерин ухаживать за ним ускорили выздоровление.
— О, только вспомнила! — внезапно сказала Мерин, глядя на Гавриэля.
— Да? — спросил он.
— Не мог бы ты сказать Элизабет, что я права? Ни она, ни Сидни не поверили когда я передала твои слова о том, что командир перевёртышей вернулся домой после битвы, в которой Тёмный Принц спас ему жизнь.
Она скорчила рожу Элизабет.
Элизабет пришлось повернуть голову. Теперь она знала, что Мерин права — Гавриэль действительно был там.
Гавриэль перевёл взгляд на Элизабет, и его глаза блеснули.
— Тебе стоит прислушиваться к Мерин; она становится экспертом по истории паранормалов.
— Подожди? Что за история? Я впервые слышу такой конец, — сказал Эйдан.
Мерин просияла, глядя на свою пару.
— Гавриэль сказал, что после того, как вампиры исцелили командира перевёртышей, он ушёл с войны обратно в Ликонию, чтобы увидеть своего новорождённого сына.
— Почему нам об этом никогда не рассказывали? — спросил Эйдан, глядя на своего отца
Байрон пожал плечами.
— Я тоже впервые это слышу. Многие истории были утеряны после Великой войны; целых два поколения были стёрты с лица земли, прежде чем война подошла к концу. Ты уверен в этом Гавриэль?
Тот кивнул и откинулся на спинку стула.
— Перевёртыш устал сражаться. Он знал, что его пара умерла при родах сына, и для него было бы позором, если бы он умер, не убедившись, что с ребёнком всё будет в порядке. После исцеления он поблагодарил каждого вампира, который лечил его, и ушёл. Тёмный принц знал, что перевёртыш не доберется до Ликонии самостоятельно, поэтому пошёл с ним. Много раз Тёмный Принц спасал перевёртышу жизнь на долгом обратном пути. Когда они прибыли в город, перевёртыш не остановился отдохнуть, поесть или попить. Он сразу поднялся в детскую, чтобы познакомиться с сыном. Когда он спросил медсестру, назвала ли его пара ребёнка, она покачала головой и сказала, что его пара попросила, чтобы он дал имя сыну по возвращении домой. Перевёртыш крепко прижал к себе сына, малыш был последним звеном, оставшимся с его парой. Он посмотрел на Тёмного принца и спросил, как ему следует назвать своего сына. Тёмный принц был удостоен чести получить такой вопрос и в ответ назвал имя крестника, которого потерял столетия назад, Михаил. Как только отец и сын устроились, Тёмный принц уехал, пообещав, что позаботится о Михаиле и его потомках.