Безграничная Бездна (СИ)
Высота потолка тут была такой, что я не смог полностью выпрямиться. Значит, потолок точно ниже одного метра семидесяти пяти сантиметров. Именно таковым был мой рост, когда несколько месяцев назад я проходил медицинское обследование.
Исследуя пещеру, я кое-как разогнал кровь по телу, потому постепенно двигаться становилось все легче. Вот только это простое занятие чертовски выматывало. Похоже сказался стресс. Радовало одно, в пещере не нашлось других выходов, лазов или пустот. Значит, как минимум никто не подкрадется ко мне сзади или сбоку. Правда, в случае чего и мне некуда отступить.
Все время с момента пробуждения я старался ни думать, ни вспоминать о том, что было после того как я появился в этом странном месте. Полумрак, черный лес, полный монстров, две луны на небе, невероятная и скоротечная битва, гонка наперегонки со временем и адская боль. От этих воспоминаний по телу пробегает мороз и все же не думать о них совсем я не могу.
Сейчас я не чувствовал в себе той удивительной мощи, что позволила мне с легкостью одолеть чудище. Напротив, я ощущаю себя побитым, слабым, тщедушным. Как же мне хреново! Так плохо не было даже когда в приюте дети устраивали темные. Я чувствовал себя в десяток раз лучше, чем тяжелой болезни гриппом в 13 лет, когда я валялся с температурой под 40 градусов.
Причем это состояние касается не только тела, но и духа. В голове крутятся тысячи вопросов. Я не понимаю, где нахожусь и как сюда попал. Не понимаю, почему ребята из гильдии так поступили со мной и что хуже всего, не знаю, что мне делать дальше. Мысли шумят, пытаясь «перекричать» одна другую, «сталкиваются», отдаваясь в голове звоном и болью. И все это на фоне не просто страха, а звериного ужаса, притаившегося где-то в глубине, но так и не исчезнувшего.
Хочется свернуться клубком и уснуть. Забыться в спасительной темноте, пока не настанет рассвет и будильник не заставит себя выключить, позволяя убедиться, что все это просто ночной кошмар.
Но мои инстинкты буквально кричат о смертельной опасности! Разум говорил — отключаться нельзя. Все вокруг это точно не сон. Не бывает столь реалистичных снов, или все же бывает?
Наверное, я впал в подобие ступора, разрываясь между страхами и сомнениями. Они мешали сосредоточиться на чем-либо. Мысли скакали в самых неожиданных направлениях. Хотелось то сорваться и бежать, сломя голову, то спрятаться в дальнем углу пещеры. Разум рисовал чудовищ, ожидающих меня прямо у входа, а вместе с тем и ужасные варианты моей гибели от их клыков, когтей, рогов и прочих острых отростков. Страх накрывал волнами, а воспоминание о жуткой боли, которую мне довелось перенести за последнее время, лишь подливал масла в огонь.
Казалось, я сойду с ума, в голову стали прокрадываться мысли о самоубийстве. Разбить голову о камень, выбежать из пещеры и с криком броситься в лапы ближайшего чудища, лишь бы эта пытка закончилась. Но желание жить не давало им развиться. Пока не давало.
Сколько я пробыл в таком состоянии? Сам не знаю, но в какой-то момент мне на помощь пришел голод. Он потихоньку рос, неуклонно и неотвратимо. И чем сильнее он становился, тем больше отходили на второй план любые другие желания, страхи и даже подступающее безумие было вынужденно сдать свои позиции под его напором.
Временно ко мне вернулась способность трезво мыслить, вот только ненадолго. Голод растет с каждой минутой, становясь все требовательнее, невыносимее. Если я его не обуздаю, то рискую впасть в состояние, когда для меня будет иметь значение только поиск пищи.
Мне уже доводилось испытывать такое в детстве. Тогда, кажется, одна из сотрудниц детского дома поседела за ночь и вскоре уволилась. Не помню, что тогда творил, но судя по всему, адекватностью там не пахло, от слова совсем.
Уже сейчас в голове мысли о пище становились навязчивыми. Но, пока что, я еще мог себя сдерживать. Нужно все обдумать, разработать план, понять, как выбраться отсюда, чем бы это место не было.
Найти пищу. Много, много еды.
Чем я располагаю? Запаса воды нет, самочувствие отвратительное… Я жутко голоден, слаб и вероятно вокруг ходит целая толпа желающих сожрать меня монстров. Зато я пока в безопасности в этой пещере. Вот только надолго ли?
Самым логичным кажется… пойти искать пищу!
Тьфу, нет, самым логичным кажется выбраться на разведку и, если вокруг относительно безопасно, отравиться на место, где я появился. Если это некий вход, то может быть, там же найдется путь, чтоб выбраться обратно в данж?
А если нет, что тогда? Да и если там будет выход, то где я окажусь, снова на дне того обрыва в инстансе наедине с монстрами явно выше 3-го уровня?
Эти мысли текли в голове, а ноги уже сами двигались к выходу из пещеры. Подкравшись к самому ее краю, я опасливо выглянул наружу. Меня встретил полумрак пустынного черного леса, деревья с редкими ветвями, совсем без листвы, голая каменистая почва без намека на траву. На небе, как и раньше, светило две луны, правда одна почти скрылась за вершинами деревьев, а вторая наоборот достигла зенита. Монстров рядом не видно, по крайней мере в сумерках я их не замечал.
Голод продолжал усиливаться. Сколько же я не ел? Наверняка прошло не меньше 10–12 часов с момента моей последней трапезы в инстансе. Воспоминания о перекусе и Линде, достающей из своего пространственного кармана вкусные бутерброды и чай в термосе, вызвали не только очередной голодный спазм, но и боль в груди.
Неужели она меня предала ради награды, обещанной за прохождение уровня? Но мне показалось, у нее в глазах читалось удивление и ужас в момент, когда я падал. Или я лишь себя успокаиваю? Хорошо обдумать это не давал все тот же голод. Навязчивая мысль о поиске еды становилась все более сильной, вытесняя все прочие.
Все потом! Сейчас нужно поесть, не важно что, главное быстрее!
То и дело осматриваясь, стараясь двигаться мелкими перебежками от дерева к дереву, я направился в сторону поляны, где впервые очнулся. Удивительно, путь оттуда к пещере занял у меня считанные секунды. А сейчас я двигался уже несколько минут и прошел не больше половины.
Еще до того, как впереди показалась сама поляна, я услышал звуки: рыки, вой, удары металла о металл, глухие нечеловеческие стоны. Они жутко пугали, но я все же двинулся в их сторону подгоняемый то ли любопытством, то ли безумием. На поляне сражалось два монстра.
Похоже они не поделили недоеденные останки того существа, что не так давно лишилось головы по моей вине.
Противники были монстрами незнакомых мне видов. Судя по всему, неразумными, но можно ли говорить об этом с уверенностью? Один чем-то напоминал сатира. Только вместо копыт имел трехпалые, заканчивающиеся острыми когтями, лапы. На голове у него отсутствовали рога, зато имелся длинный подвижный хвост, увенчанный на конце рядом шипов.
Второе существо передвигалось на четырех лапах, с не менее впечатляющими шипами. Его хвост был коротким и малопригодным к бою. Зато на голове существо имело сразу три острых рога — два в районе лба и один на носу.
Монстры сражались остервенело, беспощадно лупя друг друга конечностями, бодаясь и т. п. Один пытался насадить своего противника на острые как пики рога. Второй умело уклонялся, параллельно орудуя своим хвостом и нанося болезненные удары в незащищенные, роговыми наростами, участки тела.
Оба существа были уже изрядно покалечены, некоторые металлические пластины оторваны в ходе сражения, из глубоких ран сочилась темно-красная кровь. Издалека мне было сложно рассмотреть, но казалось, что у хвостатого пробит живот, а вся шея рогатого была окровавленной.
Первым импульсом стало желание бежать сломя голову. Но, я стоял как вкопанный, оцепенев от ужаса. До монстров было далеко, наверное, меня нельзя заметить с такого расстояния из-за деревьев, да и они слишком заняты друг другом. И все же, если кто-то из них меня увидит, то я труп.
Страх, сковавший движения, постепенно отступал, пока я наблюдал за битвой. Но я так и не сдвинулся со своей наблюдательной позиции. Постепенно движения существ становились все более медленными и неуклюжими. И вот, наконец, хвостатый упал под ноги рогатому. Тот победно взвыл, сделал два шага и повалился на землю рядом с побежденным противником.