По Любви (СИ)
— Ну не грусти, Сладкая.
Герман залез на кровать и сел возле ног Полины. После скандала девушка сразу же прибежала к другу. Ему пришлось долго купировать её истерику. Укатывать в плед, обнимать и напоминать, что ей нельзя волноваться. Ради ребёнка.
Андрей же быстро собрался и уехал громко хлопнув напоследок входной дверью. Герман долго отпаивал подругу горячий чаем с лимоном и мёдом на кухне. Валентина Теодоровна у которой её сердобольное, жалостливое сердце болело за Полину как за родную дочь все время причитала, что, так и до беды недолго.
«Андрей Викторович очень жестокий разве можно так над девочкой в положении издеваться?!» — Восклицала кухарка, заваривая, чай и одним глазком поглядывая на Полину в крепких объятьях. Её продолжала бить мелкая, нервная дрожь.
В итоге не выдержав Герман увёл Адамову прочь от этих разговоров. От них она ещё больше мрачнела и хмурила брови. Попросил женщину лишь приготовить Полине куриный суп с вермишелью и Риту принести его.
Валентина Теодоровна тут же заулыбалась и забегала по кухне в поиске продуктов «Сейчас, сейчас. Конечно горяченького поест деточка всякого лучше станет, христовой…» — Приговаривала женщина доставая из морозилки — упитанную куриную тушку, из холодильника — овощи, а из шкафчика — специи…
Герман отвёл девушку в её спальню. Сам не уходил. Решил остаться рядом. Разговаривал, шутил, рассказывал истории. Потихоньку Полина начала оправляться.
— Что это? — Герман показал взглядом на игрушку.
Жутко уродливого по его мнению ярко-розового пластмассового зайца на тумбочке у изголовья кровати. Полина едва бросила короткий взгляд в указанную сторону.
— Это Андрей купил. Притащил несколько пакетов в прошлый раз. Там соли для ванны были с потрясающим запахом и невероятный чай. Тот самый “Липовый мед и Мята” помнишь?
— Ага.
— Это заяц-развивашка. У него на тельце много кнопочек, ну там сказки читать, папа-мама говорить, цвета называет всякие… — Тихим тоном пояснила она кривившемуся на игрушку парню.
— Фу. Но это в стиле Андрея! Приволочь жуткого игрушечного урода за места чего-то адекватного…
Полина нервно вздохнула натягивая плед до самого подбородка.
— Давай не будем о нем, ладно? — Попросила.
— Конечно. Давай лучше ноги вытаскивай! — Весело велел Герман.
Полина засмеялась интересуясь зачем ему понадобились её ноги? На то, что Калинин просто ответил, что в последнее время заметил, что ноги у неё очень отекают и болят.
— Сейчас массаж делать будем! — Заявил он.
И начал массировать её голые ступни. И как начал массировать! Полина просто таяла от прикосновений аккуратных ладоней и пальцев словно шарик пломбира под горячем июльским солнцем.
— Не ноют теперь? — Спросил заботливо после часового сеанса.
— Нет. — Довольно прошептала она. — Спасибо за чудесный массаж!
— Пожалуйста. — Кивнул Герман. — Ногам не щекотно?
— Что?
Не успела девушка недоумевающе на него уставиться как тут же захохотала и дернулась. Это Герман схватив её за пятку принялся её щекотать.
— Герман! Ах… Хахаха… Прекрати, щекотно!
Смеялась она истерично пытаясь вырвать ногу.
— Х-хваааатит! Я сейчас умру!
Герман громко хохотал рядом с ней. Учитывая в каком она состоянии действовал он осторожно.
— Не умрёшь, Фея!
— Прааааавда у-у-умру! Не надо! Ахххахах… — Заливалась она.
Дверь отварилась, стукнулась о косяк. Громко топая в комнату вошла Валентина Теодоровна с большим подносом. Герман тут же убрал руки и поспешно вскочил с кровати. Полина медленно и осторожно села на постели подложив под поясницу специальную подушку.
Поправила растрепанные волосы. Женщина поставила посеребренный поднос со свежими ломтями белого хлеба, ложкой и чашкой дымящегося куриного супа на тумбу. Повернувшись к ребятам она погрозила Герману полным пальцем с тонким ободком серебра.
— Изводишь мне девочку?! — Грозно проговорила она.
— Что вы! Я за неё голову любому снесу! Разве я мог, дорогая моя? — Весело замахал руками парень.
— Смотри мне!
Кухарка снова погрозила ему пальцем и тут же перевела взгляд на Полину. Глаза её заметно потеплели и полные, красные губы растянулись в ласковой улыбке.
Полина улыбнулась в ответ. Валентина Теодоровна пожелала девушке приятного, аппетита, а та в свою очередь поблагодарила за заботу, и спросила почему же она поднимает подносы в комнаты. Женщина лишь засмеялась и добродушно отмахнулась:
— Мне не сложно, Деточка! — Засмеялась она. — иРитка — то все со своим Валериком по кустам шушукает, разговоры разговаривают…
Светлые глаза многозначительно блеснули и Валентина Теодоровна усмехнулась.
— Не дождаться козу-ягозу. Но оно и понятно дело молодое. Нечего страшного. Не переживайте! Закончить свои дела любовные явиться на кухню, всыплю ей по первое число! — Пообещала кухарка.
Вспомнив про булочки в духовке женщина быстро убежала. Полина с Германом засмеялись как только закрылась дверь. Парень бросил взгляд на поднос с едой.
— Давай есть.
Взял поднос. Сел на кровать. Полина улыбнулась.
«Я люблю тебя, спасибо за все твои старания.» — Проскользнуло в её голове.
— Если только мы побудем есть вместе. — Улыбнулась девушка.
— Ладно.
— Ладно…
Андрей сонно сморщил нос и что-то забормотал. Эльза погладила его по волосам откидываясь на кожаную спинку дивана.
После слегка честно признаться слегка раздражающих женщину пьяных речей про жену, брата, отца, не свободу мужчина уснул у Эльзы на коленях. Она быстро его успокоила.
«Пара сладких речей у ты, Андрей снова почти у моих ног.»
Самодовольно подумалось ей.
Раздалась трель мобильника. Звонил её телефон. Осторожно переложив голову Андрея на диван Эльза заглушила его недовольные стоны и пустые бормотания нежным поцелуем в губы.
— Спи, любимый. Скоро мы будем вместе. — Прошептала она склонившись над обожаемым лицом. Быстро выскользнув из кабинета она прижала смартфон к уху.
— Да. — Сказала она тихо опасливо озираясь на открытую дверь.
Но переживала она зря. Андрей видел десятый сон и нечего не мог слышать потому, что был тяжело пьян и не способен, даже шевелить языком.
— Помню, помню. — Говорила она нервно и отрывисто с собеседником по ту сторону линии.
— Все как мы договаривались! После дела оставшиеся деньги кину тебе на карту. Если трусишь, то я найду другого исполнителя!
Повысила она голос в тишине пустого офиса, но тут же опомнившись вновь заговорила тихо опасливо, поглядывала на кабинет, где спал Калинин.
— Ну и все! Говорю же дело очень чистое. Почти нечего делать не надо. Завтра передам тебе пакет и адрес. Её имя Полина Анатольевна Адамова. Да та самая которая наследница. Успокойся! Чисто все! Да! Что? Это грабёж!
Воскликнула недовольно, но опять оглядевшись и сжав зубы согласилась с условиями.
— Хорошо! В два раза больше! Все давай. Завтра в десять. Не звони больше. Я напишу. До связи.
38
— Я наверное никуда не поеду, Фея.
Заявил Герман перед уже собранным походным рюкзаком. Полина аккуратно спустилась по длинной лестнице в гостиную. Но тут же встала, уперла руки в бока и недовольно нахмурила брови.
— Что это за разговорчики, а? Ты уже вечность не отдыхал! И тебя друзья ждут!
— Ну и что? — Пожал плечами Герман.
Опустился на диван и нервно затарабанил пальцами по спинке.
— Ещё подождут. Не могу же я… — Он замолчал и бросил на девушку взгляд полный нежных чувств.
— Тебя оставить… Ну не могу вдруг, что случится, а я там… Нет! Не могу!
Он резко поднялся, поправил рубашку и покачал головой.
— Да в жопу этот лес и эти шашлыки! Не поеду! — Проговорил решительно.
Но Полина была с ним в корне не согласна. Прошло уже там много времени…
Идёт седьмой месяц беременности и из-за все это время Герман редко куда-то выбирался. Он буквально приклеился к подруге и тщательно следил за её самочувствием и здоровьем малыша.