Богоборец (СИ)

Я тряхнул головой, прогоняя чужие воспоминания, и вздохнул.
Без понятия, как вести себя с ней. Отмахнуться, как от чужой, не могу. Раз занял тело этого парня, получил второй шанс, то обязан хотя бы позаботиться о близких ему людях. Это меньшее, что я могу сделать.
Открыл ржавую дверь подъезда, на которой не осталось краски. Подошёл к лифту, из которого несло дерьмом.
— И они пишут, что в средневековье была разруха… — буркнул я, увидев кнопку вызова, сломанную затушенными бычками сигарет, и отборный мат на дверях.
Пришлось подниматься по грязной лестничной клетке. Всюду окурки, пустые бутылки от алкоголя. Пару раз чуть в дерьмо не наступил. Боюсь предположить, чьё оно.
На третьем этаже нашёл нужную дверь. Сверил ещё раз номер с бумагой, что дал мне отец. Попытался отрепетировать знакомство с матерью, что восстала из мёртвых. Актёр я так себе, поэтому решил оставить всё на волю случая. Нажал на звонок. Раздался «Дин-Дон». Хотя бы он работал. Через десять секунд открылась дверь.
Передо мной предстала красивая бледная женщина с длинными золотистыми волосами и утончёнными чертами лица. Если это она, то я понимаю, почему отец в своё время в неё влюбился, хоть та и была простолюдинкой. Посмотрев на меня округлившимися от удивления глазами, женщина прикрыла рот руками.
— Здравствуйте, я Тимофей Алексан…
Договорить мне не дали. Мама заплакала и бросилась мне в объятия.
— Тим, мальчик мой, это ты?.. — дрожащим голосом произнесла женщина и аккуратно провела рукой по моей щеке.
— Да, мама, — ответил я, с трудом сдерживая нахлынувшие благодаря памяти парня шторм эмоций. Не думал, что испытаю столько всего в один момент.
Сделал глубокий вдох, чтобы успокоить разум и сердце.
— Я ждала. Мечтала. Молила Богов. И вот тебе разрешили со мной увидеться. Прости меня, дорогой! Прости! Когда меня изгнали из рода, то запретили видеть и как-либо с тобой общаться. Как бы я не пыталась, ничего не смогла с этим сделать. Прости! — всхлипывала бедная женщина.
Обязательно спрошу у неё, что случилось, при удобном случае.
Женщина сжимала меня и целовала в щёки. Мне стало неловко. Если бы она только знала, что её сын погиб и его место занял человек из прошлого, то уверен, бедняжка этого бы не вынесла. Разумеется, я не стану ей об этом говорить. А вот позаботиться о ней просто обязан.
— Пошли скорее внутрь. Я познакомлю тебя с твоей сестрой! — вдруг воскликнула мать.
Я же немного опешил. Тимофей не знал о существовании сестры. Неужели она и есть причина, почему мать изгнали из рода? Или она встретила другого мужчину и завела ещё одного ребёнка? Голова шла кругом.
Мама провела меня по узкому коридору с порванными во многих местах обоями и неприкрытой проводкой в маленькую гостиную с небольшим старым телевизором и диваном, на котором лежала очаровательная красотка. Молодая блондинка с точеной фигурой и аппетитными формами, одетая в облегающую майку и белые трусики, с длинными, стройными и ничем не прикрытыми ножками в данный момент пялилась в старый смартфон.
— Софа, познакомься, это твой брат Тимофей, — счастливо улыбаясь, заявила мать.
Оторвавшись от телефона, девушка посмотрела на меня наглым и презрительным взглядом. А потом сказала резким и возмущённым тоном:
— Что этот придурок тут делает?
— Мы с тобой впервые встретились. Зачем сразу оскорблять? — нахмурился я.
У меня не было кровных братьев и сестёр в прошлой жизни. И у Тимофея не очень складывалась с родственниками. Поэтому я не понимал, как вести себя с этой девушкой.
— Потому что я не хочу иметь дел с долбанными аристократами. И тем более с тобой, братец, — передразнивая хмыкнула София.
Природная красота девушки никак не вязалась с её хамоватым характером. Но раз она моя сестра и мы будем жить вместе, то нам придётся поладить. Её воспитанием я потом займусь. И начну, пожалуй, с того, что нужно прикрываться при мужчине, даже если это твой брат.
— Доченька, как ты можешь так говорить?.. Это же твой брат! — произнесла мать расстроенным голосом.
 
— Ну и что с того⁈ Все аристократы самовлюбленные, алчные ублюдки. Уверена, этот, так называемый, братец за людей нас с тобой не считает. Все аристократы относятся к простолюдинам, как к плебеям, — не выпуская из рук телефон ответила София, даже не посмотрев в мою сторону.
— Может, и есть такие аристократы, но не смей грести всех под одну гребёнку! — перешла на крик мать. — Отец Тимофея хороший человек и мой сын тоже! Он — твой брат!
— И поэтому этот хороший человек выкинул тебя из рода как использованную игрушку⁈ — гневно выкрикнула девушка, бросив телефон на диван.
— Я… Как ты можешь так говорить?..
Мама заплакала, начав падать.
 Глава 3 
Я сразу подхватил лёгкое тело женщины. Она истошно захрипела, и я понял, что у неё серьёзные проблемы со здоровьем. Взял на руки женщину — лёгкая как пушинка.
Сестра вскочила с дивана и уставилась на меня. Только сейчас я заметил, что она ещё и без лифчика: на меня смотрели два торчащих соска. Мотнул головой, чтобы отвлечься. Её воспитанием точно займусь.
— Куда нести?
— Урод! Это всё из-за тебя! — подлетев, прошипела сестра и погладила женщину по лицу. — Мамочка…
И вышла из комнаты. Я двинулся следом, и глаза сами опустились на её почти голый зад. Повернули налево. Комната матери выглядела хуже некуда. Там, где отходили обои, виднелась чёрная плесень.
Аккуратно положил женщину на кровать и укрыл одеялом.
— Свали! — толкнула меня Софья.
Сестра подошла к матери, потрогала её лоб и поджала губы. Затем взяла с тумбочки какую-то жидкость и, придерживая голову, влила немного в рот. Поцеловала в лоб и кивнула головой, будто приняла какое-то решение. Стянула джинсы с кресла и прямо при мне стала впихивать свою упругую задницу в синюю ткань. Следом взяла джемпер. Прошла мимо меня и снова толкнула плечом.
— Ты куда? Может… — Попытался я сказать.
— Заткнись! — перебила меня сестра. — Ты с ней жил? Нет! Знаешь, что ей нужно? Нет! Может, ты или твой ублюдочный папаша как-то помогли, когда она заболела? Стой, не отвечай… Тоже нет! Поэтому закрой свой поганый рот! Видеть тебя не хочу. У неё не было приступа две недели. Но тут явился сыночек!..
Я понимал её чувства, и она права во многом. Вот только я никому не позволю так со мной вести, даже ей. Да и Тимофей сестре ничего не сделал.
Схватил её за запястье и сжал.
— Ай! — пискнула она и остановилась.
— Послушай меня, — начал я спокойным голосом. — Может, ты и привыкла при своих друзьях щеголять голой задницей да сиськи свои на показ выставлять, но ты девушка. Поэтому при мне будь любезна прикрываться. Я не хочу смотреть на почти голую сестру. И не смей со мной так разговаривать, иначе я тебя выпорю!
— Что? — округлились глаза Софьи. — Ты чё несёшь, придурок?
И попыталась ударить кулаком в лицо. Поймал за предплечье и крутанул девушку так, чтобы её руки оказались за спиной. Сдавил чуть сильнее, чтобы она перестала дёргаться.
— Ты дура? — тихо произнёс ей на ухо. — Мать рядом без сознания лежит, болеет, а ты орёшь и драться лезешь…
— Не трогай меня извраще… — прикусила язык на полуслове, потому что я сдавил её сильнее.
Через минуту юное тело успокоилось. Отпустил её. Как же она на меня смотрела: столько ненависти и злобы к своему только приехавшему брату…
— Делай, что хочешь! — фыркнула Софья. — А я пошла. Попробую раздобыть деньжат.
— Я с тобой! — сказал я, взглянув на мать. Всё равно пока ничем не смогу ей помочь.
Сестра оскалилась, будто задумала что-то против меня.
«Ох и сложно тебе придётся…» — подумал я.
Такие дуры никому не нужны. В жёны точно никто не возьмёт. Разве что воспользоваться и бросить.
Мы вышли из квартиры и спустились по лестнице. Пару раз моя сестра плюнула на ходу. Сдержался и ничего не сказал. Не всё сразу. Сначала нужно завоевать её доверие и потом уже прививать этикет и нормы поведения.