Богоборец (СИ)

В ложе остались только я и дочь Лисицына. Бедная девушка не смогла сдержать эмоции и расплакалась.
— Лена? — встал и обратился к девушке, утешительно положив руку на её плечо.
И тут она кинулась в мои объятия и зарыдала ещё сильнее. Некоторые зрители бросали на нас заинтересованные взгляды, в то время как другие покидали аукционный зал.
— Это всё Боровский, — хлюпала она носом. — Мы уверены, что это он подложил в наш родовой особняк артефакт, который вредит моей семье. Этот свин мечтает отобрать наш дом и готов пойти на всё, чтобы выжить нас оттуда. Этот ублюдок специально пришёл в наше ложе, чтобы позлорадствовать, и специально не дал нам получить детектор. А отец занял эти деньги. Это была последняя наша надежда… Урод выкупил все детекторы в городе!
— Не плачь… Уверен, что-то можно придумать, — гладил Лену по шелковистым волосам, пытаясь хоть как-то успокоить.
Постепенно девушка оттаяла. Покраснев от понимания, что мы стоим в обнимку, Лена отстранилась от меня и спешно начала приводить себя в порядок, вытирая слёзы платком.
— Прости, меня Тимофей. Что-то я совсем расклеилась, — смущённо заметила Лисицына.
— Всё нормально, — улыбнулся ей в ответ.
Как и любому мужчине, мне тяжело наблюдать за девичьими слезами. Особенно в ситуации, когда такую милую девушку и её семью довёл до отчаяния один жирный и мерзкий урод.
— Кстати, Тимофей. Тебе нужно кое-что знать… — Девушка подошла ко мне вплотную и прошептала на ушко: — Те, кого ты убил на крыше — это люди Боровского. Твоя сестра тогда украла детектор именно у него. Пожалуйста, будь осторожен.
Поведав важную информацию, Лена зачем-то чмокнула меня в щёку и быстро покинула ложе, оставив меня наедине со своими мыслями.
Я помню, как те ублюдки, говорили, что отдадут мою сестру боссу, чтобы тот с ней развлёкся. Я осознал, что София могла оказаться в той же ситуации, что и две бедные девушки, которых Боровский лапал на протяжении всего аукциона. Понимание этого привело меня в бешенство. В будущем мне обязательно следует разобраться с этой тварью.
Прямо сейчас для меня важно забрать заработанные деньги и поспешить вызвать лекаря. Вышел из ложе, спустился по лестницам и попал в холл, где уже толпились люди, чтобы забрать выигранные лоты. Я же подошёл к служебной двери, где по-прежнему стоял Максимка.
— Мне бы попасть к оценщику, — сказал я.
— Пройдёмте… — с пренебрежением открыл дверь мужичок и скривил лицо, будто я ему всю жизнь испортил.
Плевать. Главное, я добился своей цели. Мы прошлись по коридору и остановились перед дверью. В этот раз она была открыта. Мне указали рукой, призывая войти. Стоило только шагнуть, как из-за стола выскочил старик с улыбкой на лице.
— Молодой человек, поздравляю вас с продажей табличек формаций на аукционе рода Белозёровых! Мы будем с нетерпением ждать ваши следующие формации, — учтиво заявил оценщик, как только я подошёл к нему.
— Если честно, я ожидал большего… Никто не хотел покупать формации моего наставника. Но хоть один знающий человек нашёлся, и то радует, — недовольно фыркнул я, продолжая отыгрывать роль.
— Вы полностью правы. Но проблема в первую очередь заключается в месте, где ваш наставник поручил вам продать таблички. Наш городок не самый большой, и понимающих людей тут крайне мало. Поверьте мне: в центральных городах княжеств всё обстоит совсем по-другому, — глубоко вздохнул старик.
— Надеюсь, всё так и есть, — кивнул я. — А что насчёт моих денег?
— Аукционные дома обычно берут тридцать процентов от финальной стоимости лота, — заявил оценщик.
Я непроизвольно нахмурился. Получается, я смогу получить лишь семьсот рублей. Это меньше, чем я рассчитывал. Не маленькая у них комиссия за то, что даже не их.
— Я понимаю, что процент может показаться слишком большим. Но нужно понимать, что дороже, чем на аукционе, вы нигде продать не сможете. Поэтому в итоге все в выигрыше. Но для вас и вашего наставника я готов сделать исключение. Аукционный дом Белозёровых будет брать с вас комиссию лишь в двадцать процентов, — торжественно объявил старик.
 
— Спасибо и на этом, — фыркнул я. — Где мне забрать мои деньги?
— Здесь! — улыбнулся старик. — Я уже обо всем договорился. Вам не нужно ждать, как другим. Сейчас, сейчас…
Оценщик полез в ящик стола и достал оттуда пачку сторублёвых купюр. Отсчитав мне ровно восемь сотен, он также протянул какую-то пластиковую карточку золотого цвета.
— Это карта ВИП-клиента сети аукционных домов Белозёровых. Покажите её на любом аукционе этого рода по всей Российской империи, и к вам сразу будут относиться как к важному гостю.
— Благодарю, — кивнул я.
Получил даже больше, чем рассчитывал. Стал «важным гостем», да ещё и скидка с услуг. Повисло неловкое молчание.
— Тогда я, пожалуй, пойду… — прервал я тишину.
— Ждём вас с новыми табличками. И желательно продавать такие лоты в центральных городах княжеств. Только там формации вашего наставника оценят по достоинству, — сказал ещё раз вдогонку старик.
— Буду иметь в виду, — ответил и вышел из комнаты.
Деньги я убрал в карман сразу же, а вот карту крутил в руке. Её заметил Максим, который ждал меня снаружи. Его недовольная рожа стала ещё более несчастной. Странный мужик. Сначала пытался, используя меня, нагадить оценщицу, а теперь фыркает.
Он не сводил взгляда с золотой карточки. Скорчил снисходительную рожу и повёл меня обратно. Периодически поворачивался, проверяя, что я иду за ним.
Вернувшись в холл, я поискал глазами Лисицыных. Хотел ещё раз поблагодарить Лену и её отца за то, что помогли мне сюда попасть, но их не было, как и Главного с троицей бандитов. Даже Боровского с бедными девушками. От мысли, что он так бы лапал мою сестру, начинало колотить. Нужно будет узнать у «юной воровки», как она вообще пробралась и, что более удивительно, украла детектор. Её ведь поймали только по дороге к Лисицыной. Интересные способности у моей сестры…
Дорога обратно заняла меньше времени. Быстро проскочил из центра в бедный район. Тот жандарм, что пытался дать совет, промолчал, когда меня увидел.
Следом проскочил Храмовый квартал, и вот уже поднимался домой. Представляю лица мамы и сестры, когда они увидят, что у меня получилось. Открыл дверь и зашёл.
— Софа… — закатил я глаза и выдохнул. — У тебя же есть нормальная одежда! Почему ты…
— Отвали, Тим! — махнула она рукой. — Дома жарко. Хотя бы в этой халупе батареи нормально работают.
Снял молча обувь. Сестра одела топик чёрного цвета. Ладно полживота видно, так она ещё упрямо отказывается носить нижнее бельё… А эти шорты? Они короче некуда!
Когда Софья повернулась спиной, я увидел часть её попы.
— Кушать будешь, — спросила она. — Я яичницу пожарила.
— Да, — ответил и пошёл за ней на кухню. На сковороде лежала ещё горячая еда.
— Ну что, юный маг, не вышло у тебя? — разочарованно улыбнулась Софа. — Пятьдесят рублей… Вот сколько ты мне должен. Знала же, что глупая затея. Тебя, небось, даже на сам аукцион не пустили.
Ничего не ответил. Пришлось брать еду и тарелку с собой и нести в гостиную. Нужно будет купить стол на кухню, а то это очень неудобно. Софья накрыла мне и села напротив.
— Мама?
— Спит… — опустила сестра голову и поджала ноги, как лягушка. — Сегодня она почти не вставала.
Перед тем как приступить к еде, я засунул руку в карман и достал оттуда одну купюру в сто рублей. Молча положил её на стол. Софья выпучила глаза и посмотрела на меня. Следом пошла вторая. Тут девушка открыла рот. Я продолжал. На шестой она вскочила со стула и вцепилась в меня.
Сестра плакала. Что-то мне не везёт сегодня на девушек… Она крепко сжимала меня, прижимаясь своими грудями. Мне стало неловко, да и, если честно, дышать тоже неудобно. Но Софья продолжала меня сжимать.
— Ты… — всхлипывала она. — Смог… А я, дура, не верила. Прости…
Повторил предыдущий опыт — стал гладить девушку по голове, чтобы она меня отпустила, и я наконец-то смог поесть. Вот только её реакция меня немного выбила из колеи. Да и её тоже. Софья разорвала объятья и чмокнула меня в щёку. Потом начала краснеть. Почему-то девушка часто дышала.