Тот самый сантехник 7 (СИ)

— Да что ж это такое! — возмутилась Вика и освободила ствол окончательно, чтобы поговорить с ним тет-а-тет.
Как артисты в микрофон.
В процессе даже дёрнула пару раз. А затем поняла, что дыхание сбилось. А сама смотрит безотрывно, как вздулись вены и краснеет кончик.
— Боря… — уже совсем томно добавила блондинка, ощущая, как становится влажной, а рот наполнился слюной.
Прислушалась. В отделении шум, но рабочий. И заходить никто не спешит. Пересменка.
Тогда она посмотрела строго перед собой, покраснела и тихо добавила:
— Да, похуй!
И мгновенно исполнила озвученное.
Белая ухоженная ручка вдруг начала гладить, тереть. А присев поближе и взявшись второй рукой, начала дёргать кожу туда-сюда.
— Только давай быстрее! — подстегнула она.
Пот прошиб тело и выступил крупными каплями на лбу. Уже пару минут спустя Вика всецело поняла искажённую поговорку «ох не лёгкая это работа — дрочить бегемоту».
Но следом приключилось два момента. Кабинет вдруг открылся. И за ширмой прозвучало:
— Вы проснулись? Сейчас руки помою, перчатки надену и начнём.
А ещё Боря вдруг начал стрелять, наполняя руки коварной Жар-Птице.
Первый залп был неожиданным. Блондинка вздрогнула и действительно собрала всё в руку. Второй залп обтёрла локтем своей куртки, благо — белая. А на третьем (и последнем) дело приняло плохой оборот, так как поток взбитой пены в этом чудесном плавании оказался самым обширным и грозил залить всю кушетку.
Вика не нашло ничего лучше, как наклониться и собрать всё ртом. После чего сглотнула, облизнула и начала быстро заправлять всё остальное внутрь одежды.
Когда доктор отдёрнул шторку, она сидела с красным как свекла лицом, но смотрела строго перед собой.
Оба сделали вид, что не замечают капельку на её подбородке. Доктор если и хотел прокомментировать этот момент, то тут заворочался Боря, вообще не понимая больно ему или приятно.
— Хто сусилось?
— История на бис приключилась, — ответил травматолог, устав от долгой смену и в несколько движений вправил ему челюсть.
После чего молча покинул кабинет. Где выход — знают. А рецепт можно и старый оставить. А если вздумают тут же заняться решением демографического вопроса, то это уже не его забота.
Пусть сменщик отдувается.
  
Глава 7
 
Дома не лучше
 
Капитан Сергеев много чего обещал жене. Кое-что даже смог. Но когда вернулся домой без погон и формы, вдруг понял, что в их семье понимания никогда не было и нет безусловной любви и поддержки.
В жизни же как бывает? Он хотел, чтобы она встречала его на пороге приветственным поцелуем и вопросом «тебе сосисы отворить?». А он бы говорил: «отворяй» и рассказывал, как прошёл его день и слушал её истории. А дальше совместный завтрак после ночной смены и тихая семейная идиллия после того, как выспится.
Но Андрею всю жизнь не везло с пониманием. Ещё родители постоянно ругали его за безобидные оплошности. А все откровения оборачивались против него: «Упал и ушибся? Сам виноват!», «Влюбился, а она на тебя внимания не обращает? Сам виноват». «И вообще, надо думать об образовании, а девчонки потом!»
Однажды Андрей Сергеев стал взрослым. Он женился и больше решал проблемы, чем создавал новые. Но всё равно просто хотелось прийти домой, присесть у колен жены и признаться: «Дорогая, кажется я обосрался на работе. Ты меня поддержишь?»
И обязательно услышать в ответ: «всегда!».
Надо, чтобы супруга не осудила и погладила по небритой щеке. Или хотя бы посочувствовала его боль и сопереживала. Но в последние годы что-то шло не так. То бабка шороху навела, то сотрудница Синицына оставила глубокие незаживающие раны перед уходом, а теперь и жёлтый автомобильчик, что дороже его квартиры в разы (хоть в таком и живи!) дал о себе знать. Терпение у начальства не резиновое.
Глядя на него без погон, жена не спросила даже насчёт омлета. Просто вздохнула и начала собирать вещи.
— Говорила же мне мама, выходи за айтишника, — прозвучало где-то в районе дверей. — Нет же, подалась на твои убеждения. Или как ты там говорил? «Бывших ментов не бывает?» Ну-ну.
 
— А что не так?
— Да тебя даже браконьерить на рыбалку никогда не брали! — возмутилась жена, что вскоре получит приставку «бывшая». — Зачем только сетки купил? Мало нам хлама на балконе?
— Я уберу! — пообещал Сергеев.
— Уберёт он, — повторила супруга и топнула ножкой, пнув чемодан. — Короче, разбирайся теперь с этим сам!
Уже бывший капитан Сергеев в ответ лишь вздохнул. Теперь ему идти жаловаться не к кому. С пониманием у общества проблемы. Призывов с детьми, требующих смс для лечения, много. А проблем у того общества всё больше и больше. Вот и решаешь для себя, что лучше? Трусы новые купить, больше не думая о дырке в бюджете или старые зашить, но быть свободным от пут совести? И ждёшь ответа от неба, поедая пельмени в одиночестве.
Грустно уходить с поста, не дотянув до пенсии!
Новое место работы совсем не радовало Сергеева. Если лейтенанта Колокольцева просто понизили до младшего лейтенанта и перевели в другой район, то ему начальник убытка на два миллиона не простил. Зато чётко сказал, что Андрей теперь служит в охране элитного посёлка где-то в Подмосковье. И пусть ещё доволен будет.
Там, мол, вообще не на кого положиться. А раз Сергеев сам на службу положил, то теперь будет жить на КПП первый месяц вовсе без оплаты. А если найдут замену, то иногда даже сможет ходить домой. Но только пешком. На бензин в ближайшее время ему точно не хватит.
А всё почему? Да потому, что сам Ламборджини Урус себя не починит!
— Где я тебе три миллиона на восстановление-то возьму? — возмутился ещё начальник. И тоже с приставкой «бывший».
Правда, откуда взялся миллион-другой сверху на ремонт и восстановление элитного внедорожника, начальник не говорил.
«Видимо, издержки перепоручений по служебной лестнице», — решил Сергеев.
Собирая рюкзак со всем необходимым «в скорую командировку» на службу подальше от линии метро, он только припомнил, что в бане начальник был более словоохотлив. Как и на корпоративе.
Сергеев даже случай припомнил. Так они всем отделом знали, что двоюродный брат начальника работал в исправительной колонии где-то на Дальнем Востоке и работа та была тяжкая даже будучи начальником. Но начальство всегда знает, как подсластить пилюлю ссылки. Со времён декабристов повелось.
Конкретно, этот начальник, к примеру, на работу в колонию брал лишь тех женщин, кто соглашался с ним спать. А тех, кто отказывался, увольнял под различными предлогами. Так и обновил штат вплоть до последней престарелой уборщицы. На выходе получалось, что в колонии работают одни красотки из женского персонала с области. Потому все конкурсы красоты среди сотрудниц исправительных учреждений оставалось за ними.
Благодарственные письма, грамоты и внимание прессы к нелёгким победам сотрудниц до того разрослось, что двоюродный брат начальника вскоре сам начал получать грамоты за добросовестную службу, обрастать рекомендациями и ездить на рыбалку и охоту туда, где не ступала нога человека. И, как следствие, был повышен с переводом в Подмосковье. Чтобы поближе к основным структурам и их основным деятелям находится. Человек всё-таки предприимчивый, находчивый, весёлый.
Его молодому сменщику осталась лишь кадровая дыра, когда почти все сотрудницы вдруг резко ушли в декрет, а новые приходить на службу или переводиться к нему отказывались.
Слухи, мол, ходят. Некрасивые.
Решив, что карма не работает, жизнь — говно, а люди в ней букашки, капитан Сергеев со злостью запихал в раздутый рюкзак ещё восемь пачек сухой лапши и со злостью затянул лямку.
Охранник, так охранник!
Да пусть хоть в будку посадят на полставки. Надо лаять — будет лаять! Всё равно теперь злой как собака. И добрее не станет.
СМС только последнее отправит на сто рублей, ведь дети — это святое. Крестьянам на лечение от бешенства в конце девятнадцатого века всё-таки всей губернией собирали, чтобы до Одессы добраться могли на исцеление вакциной. А до этого даже до Парижа ездили. Без паспортов. Автостопом. И ничего, как-то жили.