Кредит на жизнь (СИ)

— Отстань от меня, — отчеканил Подкользин, — иначе будет хуже.
С этими словами он вылез из машины, и захлопнув дверь, не спеша зашагал к очень кстати оказавшейся рядом станции метро. Обернувшись, он увидел что Вадим стоял опершись на машину и провожал его глазами. Хмыкнув, Подкользин повернулся и вошел в метро. Он понимал, что вряд ли на этом его оставят в покое. Мало того у Вадима остался амулет. И самое главное как понимал Подкользин, он нужен Вадиму. Так что выход один. Избавится от своего бывшего подчиненного, или жизнь Павла Николаевича Подкользина превратиться в ад.
Таким образом решив для себя этот вопрос, Павел успокоился. Он доехал до нужной станции и через двадцать минут уже открывал свою квартиру. Веры дома не было. Слишком часто последнее время это происходит. Уж не начинает ли он ревновать? Подобная мысль сначала развеселила Павла, но потом он задумался. Судя по всему, это могло быть правдой.
Он задумчиво посмотрел на бар, но героическим усилием воли решил сегодня не пить. Все, решено, — подумал он, — отправлю Веру на курорт, а сам разберусь с Вадимом. Возьму отпуск на работе и займусь. Он уже собирался отправиться на кухню, как в квартире зазвонил телефон.
— Павел Николаевич, — раздался в трубке хорошо знакомый ему голос.
— Да, Вадим, — выдохнул Подкользин, — что недоступно объяснил? Не звони сюда больше.
— Напротив Павел Николаевич, — вежливо возразил тот, — я буду звонить теперь частенько.
Павел насторожился.
— У нас Вера, Павел Николаевич, — как громом прозвучала фраза Вадима.
— Что? — не выдержав прорычал Подкользин в трубку.
— Не нервничайте вы так, — усмехнулся в ответ Вадим, — сегодня отдыхайте, а завтра перед работой давайте встретимся в кафе, что напротив банка.
— Дай ей трубку.
— А вот этого не надо, — улыбнулся Вадим, — она отдыхает. К сожалению кричать пыталась, пришлось в гипноз ввести. Сейчас отдыхает она. Завтра утром и поговорите.
— Ладно, — выдохнул Подкользин, — только если с ее головы хоть один волосок упадет, то ты мразь вместе со своим Николаем заплатишь за это!
— Ну зачем Павел Николаевич угрожать. Мы же все прекрасно понимаем. Вы нам нужны. И пока вы будете себя вести спокойно, ни один волосок не упадет с ее головы. До завтра.
В трубке раздались сигналы отбоя. Павел невидящими глазами посмотрел на нее. Машинально положив трубку на стол, он опустился в кресло. От невеселых мыслей его отвлек новый звонок. Он взял трубку решив послать подальше звонившего, но узнав голос человека на том конце провода, поморщился. Послать его, равносильно подписанию смертного приговора. К тому же это был один из немногих, кто всегда поддерживал Подкользина.
— Паша, здравствуй, — раздался на том конце провода веселый голос.
— Здравствуйте Владимир Сергеевич, — отозвался он.
— А что голос невеселый? — поинтересовался тот, — ну-ка я сейчас за тобой заеду. Давно мы не общались. Чую надо нам с тобой поговорить.
— Я… — начал было Подкользин, но его собеседник уже повесил трубку.
Павел обреченно вздохнул и пошел переодеваться. «Железный Вовик» несмотря на свою должность, не любил деловые костюмы, считая. И кстати требовал от своих подчиненных свободного стиля в одежде, особенно это касалось женщин так как, имея трех детей, жену и пару десятков любовниц, Владимир Сергеевич никак не мог успокоиться.
Когда раздался звонок в дверь, Павел был готов к приему гостя. На стол он накрывать не стал, зная что тот все привезет с собой, поэтому еще раз вздохнул и попытавшись согнать уныние со своего лица пошел открывать дверь.
  
Глава 16
 
Владимир Сергеевич вошел в квартиру распространяя запах дорого парфюма. Это был черноволосый крепыш, с немного азиатскими чертами лица, которому когда то пророчили неплохое будущее в вольной борьбе. Выглядел он, несмотря на свой невысокий рост, и скромный джинсовый костюм, так как и должен выглядеть человек зарабатывающий большие деньги. Те года, когда он начинал обыкновенным рэкетиром давно уже прошли.
 
Охранники внесли за ним в квартиру четыре огромных пакета. Не успел Павел моргнуть, как приготовленный им стол был заставлен деликатесами а в его центре возвышалась бутылка коллекционного французского коньяка. Охранники удалились и Павел остался один ан один со своим покровителем.
— Ну что стоишь как не родной, — хлопнул тот его по плечу, — ты ж вроде хозяин дома. Садись, наливай!
Подкользин подчинился и открыв бутылку наполнил хрустальные стаканы ароматным коньяком.
— Что ж, — произнес Владимир Сергеевич, удобно устроившись в кресле напротив Павла, баюкая свой стакан, — давай выпьем за удачу. Я знаешь нисколько не сомневался в том, что ты с честью выйдешь из данной ситуации.
— Я…. — начал было Павел, но гость его перебил.
— Знаю, знаю, Махарадзе происки, только вот Анзору пришлось притихнуть. Ты кстати знаешь, что на него кто-то наезжал? Он к моему другу за помощью обратился. Правда оказалось что у страха глаза велики. Перепугался наш Анзорчик. Никого не нашли. Да еще и неустойку за беспокойство сняли. Вот с Беспаловым действительно проблема. Подозрительное это исчезновение ой подозрительное.
Владимир Сергеевич зацепил вилкой кусок осетрины и положив в рот блаженно зажмурился.
— Хороша зараза, — промурлыкал он, — а ты что не ешь?
Павел без особого энтузиазма пригубил коньяк, и взял яблоко.
— Так, — нахмурился Владимир Сергеевич, — Павел, я знаю тебя уже очень давно. Достаточно чтобы понять — что-то случилось. Ну как выкладывай.
— Да все нормально, — попытался отговориться тот, но если «Железный Вовик» поставил задачу что-то выяснить, отказать ему не мог никто.
— Вы все равно не поверите, — сдался наконец Павел, — я пытался объяснить Анзору но тот не слушал.
— Попробуй мне объяснить? Чего ты теряешь? Я человек демократичный.
И Павел решился. Он поведал своему гостю все что произошло с ним за последнее время начиная с визита к нему в кабинет Ольги Кожиной. Во время рассказа Владимир Сергеевич слушал внимательно. Даже очень внимательно на взгляд Павла. Когда он закончил и отдышавшись выпил залпом остатки коньяка, его слушатель заговорил.
— Да, — произнес Владимир Сергеевич плеснув себе еще коньяку и закурив. — если бы рассказал мне это кто-нибудь другой, то я наверно бы уже звонил в больницу. Госпитализация хорошо помогает от такого бреда. Но…. Как ни странно для меня, тебе я верю. — Владимир Сергеевич затянулся и исподлобья посмотрел на Павла. — допустим что все что ты рассказал правда. Вся эта… болтовня о других мирах, экстрасенсах и прочее. Ты говорил об амулете? Он до сих пор у Вадима?
— Да. И его надо остановить. За Веру я ему голову оторву!
— Подожди, подожди, — покачал головой Владимир Сергеевич, — не горячись. Кем бы не был этот Вадим, рога мы ему обломаем. И Веру освободим. Если ты знаешь, у меня есть кое-какие возможности. И экстрасенсы не помогут. Так что я с тобой Павел. Я помогу.
— Спасибо, — искренне произнес тот, но…
— Никаких но, — остановил его тот, — разве не для этого существуют друзья? Тем более очень заинтересовал меня твой бывший помощник. Особенно его амулет.
— Но, амулет нельзя использовать. Иначе… — Павел махнул рукой.
— Конечно, конечно, — поспешно кивнул Владимир Сергеевич, — ну ты пей, а мне надо кое с кем связаться.
Он вытащил мобильный телефон и ушел в другую комнату. Павел же невольно задумался, а надо ли было рассказывать все этому человеку. Да он покровительствовал и помогал Подкользину, но такие люди как Владимир Сергеевич, в первую очередь думали о себе. И искали выгоду во всем. Хотя Павел тотчас отругал себя. Кто он такой чтобы однозначно судить человека сделавшего ему столько хорошего?
 
В этих раздумьях Павел прикончил еще один бокал коньяку. Но вот появился его гость. Владимир Сергеевич широко улыбался.