13 Дочь демона (СИ)

— Кстати о мирной жизни... откуда у нас артефакт темных? Ты вообще знал, что это? — мысли перескочили на скандал, который разразился после слов Фрикаделлы о том, что “Хранитель бездны”, так она обозвала старую шкатулку, находится у них.
Сцена получилась откровенно некрасивая со взаимными обвинениями. Вспомнив её, император скривился, словно съел что-то кислое.
А старый вояка смутился. Ему почему-то было стыдно сознаваться перед молодым императором, что не помнит, как эта дрянь оказалась у них. С Ангелом они уже обсудили это. Но ответа так и не нашли. Молодость и дурная голова, вот и всё. На Эдере, только-только начинались проблемы среди магов. Вроде они ходили к тому молодому магу, что учинял беспорядки. Вот только почему-то похождения тех дней выветрились из памяти еще тогда. Поэтому точно поручиться за что-либо Всеволод был не готов.
— Не могу ответить, записей не осталось, но раз она оказалась у Ангела, значит мы ее принесли с рейда, — всё-таки выдавил ответ мужчина.
— Что могу сказать, если эта реликвия не восстановится на землях Илаи, то скорей всего мира больше опасаться тебе не стоит. Поэтому чисти свой департамент от дураков и готовься к последствиям вашей пьянки тысячелетней давности, — припечатал император и махнул рукой, показывая, что более не задерживает Всеволода, и аудиенция окончена.
 Территория магической академии ГЕЙ 
 
— Рад приветствовать вас в магической академии ГЕЙ, — прошелестел голос хранителя.
— И тебе не хворать, старый осел, — мелодичный голос бывшей императрицы разнесся по всему полигону некромантов, — прошлого раза было мало? Или память короткая? — уже хмуро добавила она.
— Хм, с памятью у меня все в полном порядке, в отличие от тебя, мой светлый ангел. Ты нарушила обещание. Зачем ты вернулась сюда? — голос шелестел безэмоционально, но каждому послышалась издевка в вопросе хранителя.
— Я? Какое обещание? — сделала большие, невинные глаза Ангелина, наивно хлопая ресничками. Её щеки порозовели, выдавая смущение, а чуть прикушенная нижняя губа, дополняла образ нашкодившего ребенка.
— Пьянь... — припечатал голос со вздохом сожаления.
Повелитель тринадцатого домена расплылся в ехидной улыбке и у него заблестели глаза в предвкушении представления. Бес и Дель ловили странные эмоции от Дона и Ангела: ехидство, смущение, желание спрятаться, веселье. Какой-то безумный коктейль противоречивых чувств. У Беса поползи брови вверх от удивления, но он удержал их на месте, а вот Фрикаделла, а за ней и дети, уставились на бывшую императрицу в шоке. Но хранитель не стал развивать тему дальше.
Да представить эту светлую женщину молодой и пьяной было сложно. Поэтому вдвойне хотелось узнать, чем же она со своими товарищами по гулянке заслужила такую популярность. Но наша троица быстро вспомнила свой первый день на Эдере, переглянулась и понимающе заулыбалась. А вот Бесу с Дель становилось всё любопытнее и любопытнее.
— Слушайте, может вы уже расскажете все свои похождения? — обратился к Дону Повелитель шестой автономии, жаждая узнать все тайны, так понравившейся ему женщины.
— Не думаю, что это интересно, — отмахнулся от него Дон, стараясь замять эту тему и перевести разговор на что угодно, но только не на воспоминания, — слышь, хранитель, тебе жить надоело? Мы тут, кстати, по твоей части, но можем уйти, — протянул Дон, многозначительно поглядывая на Ангела.
— Вы принесли "Око"? — перед всей честной компанией предстал призрак ректора со товарищами.
— Это кто еще? — обернулся к Марше отец, косясь с удивлением на привидения.
— Духи ректора и деканов, те, что выжили, — ответила девушка, пожимая плечами. Она впервые заговорила за последние дни, бойкотируя своих мужей, не желая выяснять отношения при родителях.
— Ага, не помню таких, ну да не важно, пойдемте обсудим наши дела и проблемы, — приобняв свою жену бросил Дон и собрался направиться в сторону основного здания.
Только дорогу ему преградил призрак ректора. Казалось, что от его призрачного тела разлетаются вокруг молнии:
 
— Не помнишь, значит? А как рушить академическое крыло по пьяни, это нормально? Как можно быть настолько бестолковым и дурным? — в праведном гневе разорялся ректор, словно только сегодня была разрушена академия. От его напора Дон даже попятился назад, но призрак не отставал, — Иди сюда, стервец, народ тебя требует, — и показал на своих деканов, стоящих тесным строем за его спиной. Кто-то из них уже засучивал рукава мантии, явно готовясь к драке.
— Так. Стоп! — наконец взяла себя в руки Ангел. — Все разборки мы закончили еще тогда. Вот пусть они там и остаются. А у нас есть более насущные проблемы, требующие нашего внимания.
Переглянувшись, народ потянулся в сторону основного здания.
Обсудить надо было многое, ведь любые их действия влекли за собой перемены в жизни этого мира. За прошедшие столетия тут все изменилось, упадок чувствовался во всем. С потерей магов и образования, мир погряз в невежестве. Вмешиваться в жизнь мира, да еще так глобально её менять, было неправильно, но и оставлять так, тоже казалось несправедливым. Поэтому окончательного решения Ангелина пока не приняла.
Жаркие дискуссии затянулись. За окнами давно вошла в свои права ночь. Но спорщики не замечали усталости, до хрипоты доказывая единственно верное их мнение. Пока всех не прервал утробный рык. Замерли все, с испугом глядя на чудовище, включая призраков. Хотя им то, что было бояться?
— Всем спать! — рыкнул монстр с теленка размером, и вывернулся в мохнатого пушистика с огромными, в половину мордочки, глазами. — Завтра все решите!
— Ик, — прикрыла ладошкой ротик Ангелина, испуганно взирая на это чудо, что сейчас смотрелось милым и пушистым зверьком.
— Снежок, иди ко мне, маленький, — позвала Марша, улыбаясь во все тридцать два зуба. Ей нравилась реакция на пушистика, но особенно позабавило как отреагировала на него свекровь.
— Я сказал, всем спать, иначе пожалеете, — и повернувшись к ухмыляющемуся Дону, добавил. — Сам дурак, но тебя не жалко, а вот самку свою пожалел бы, если потомство здоровое хочешь, — покачал головой зверёк и степенно пошел в сторону Марши.
— К..какое потомство? — едва не подавился повелитель, проталкивая слова через внезапно пересохшее горло. Он перевел ошарашенный взгляд на Дель, что сидела и правда бледная, слишком бледная.
— Говорю же — дурак, большой вроде, а ничего не ведаешь, — добрался до колен девушки Снежок и запрыгнув, заглянул той в глаза. — Ты так быстро не заводи потомство. Рано тебе еще, — и повернувшись к отцу Марши, добил Повелителя, — приплод носит твоя самка, сильного мага, вкусного.
Надо ли говорить, что спать разошлись далеко не сразу?
Бес сидел в глубоком мягком кресле и с интересом следил как разгорается скандал. Он, конечно, был шокирован новостью, но быстро взял себя в руки. Возможно, еще потому, что не привык считать свою дочь девушкой. Теплая улыбка тронула губы мужчины, да, новость его тогда ошеломила. В памяти всплыли все нестыковки и странности, связанные с наследником и всё, встало на свои места. Слишком нежный для мальчишки, слабый и этот прикид, призванный отвлекать внимание.
Тогда-то Бес и выдохнул с облегчением, ведь он думал, что парень пошел в деда. Отец Беса был сильным магом, но именно эта сила и сыграла с ним злую шутку. Он любил мальчиков, молодых и неопытных. Они давали больше прочих эмоций. Он обожал ломать и развращать молодых, неопытных парней. Не мудрено, что его еще молодым уничтожили. Бес плохо помнил отца, но хорошо читал то отвращение окружающих, которое вызывало одно его имя. И своему сыну такой участи он не желал, но и поговорить с мальчишкой не пробовал. Брезгливость и страх сыграли злую шутку.
 
С Фрикаделлой еще предстоит тяжелый и долгий разговор. Она не знает о заговоре, об участи ее матери и ее роли в нем. Да и о том, как он относится к ней, тоже. Конечно, Бес постарался быть дружелюбным с девчонкой, но на ней висел ошейник и считать его эмоции она не могла. Да и Дон опекал ее, словно наседка, ни на минуту, не отходя и не отпуская. Бес видел, как она кидает на него быстрые взгляды, угадывал страх и растерянность в ее поведении. Хотя надо отдать ей должное, с императором она говорила на равных, вгоняя того в ступор и восхищение.