Дочь самурая. Трилогия (СИ)
«Может хрен с ним? Пощупает и отвалит. НЕЕТ!! Такие оскорбления нужно смывать кровью, а то не успеешь опомниться как начнешь свою задницу подставлять всяким… Сейчас тебе будет Ад и все тридцать три царства Янло!»
Тем временем убедившись в отсутствие реакции лапание стало все настойчивей.
Осмелевшая рука полапав задницу и бедро двинулась вверх и проскользнув под моей рукой двинулась к груди.
Внутренний зверь уже не рычал, а выл в диком бешенстве. Чувствуя что глаза начал застилать кровавый туман рука сама собой дернулась к испытанной шпильки. Черта с два! Удалось только приподнять до уровня пояса. От начавшегося на подъезде к станции торможения толпа качнулась туда-сюда.
И уловив это момент рука рванулась вверх в попытке успеть оценить форму груди.
В момент открытия дверей Хикэри перехватила руку и с довольным урчанием дорвавшегося до врага зверем выкручивает обеими руками кисть одновременно приседает добавив к усилиям весь свой вес – чувствуя как под ее пальцами сустав изгибается самым неестественным образом. Кажется ей даже слышится звук лопающихся сухожилий, но в это момент все перекрывает дикий крик боли. Перепуганный криком народ во всю прыть силой уходя от неведомой опасности дернулся в разные стороны удачно вынося ее в открытые двери. Поправив сумку на плече, не обращая внимания на поднимающуюся за спиной суету она направилась к спуску с платформы. День определенно прожит не зря. В ближайшие время этот придурок точно никого лапать не будет. Не сможет.
Его настигло справедливое возмездие в моем лице. Во имя, ха-ха-ха, Цукиери!
⁂8 июня 1992 г.
Токио.
Дворец Акасака
8 часов утра
Дворец Акасака (яп. 赤坂離宮) – резиденция императоров Японии. Именно здесь останавливается Сумеро Микото при своем пребывании в Токио. Изначально он был построен как императорский дворец для наследного принца в 1909 году. Дворец располагается в Мото Акасака (район Минато, Токио). Свои текущие функции он исполняет с 1925 года.
Император и кронпринц Германии встретились за завтраком.
– Сегодня прибывает из Киото моя мать и мы вечером идем на официальный прием во дворец Сиккэна, – царь явно был расстроен, – Кейтаро предложил ей гостевой дворец при том что Акасака это мой официальный дворец в конце концов. Мотивирует она тем что там три священных святилища и она собирается провести там торжественное моление и исполнением императорских ритуалов.
– Ты не будешь в этом участвовать? – Фридриху было явно любопытно. Ты сколь-помню никогда не делился подробностями.
– Изволь, Три дворцовые святилища: Преосвящённое, Монаршее и Божественное. В первом я вместе с императрицей буду почитать божественное зеркало, реликвию Императоров Японии и олицетворение богини солнца Аматэрасу, пращура Императорского рода Японии; во втором – я как Сумеро Микото без нее поминаю души покойных Императоров прошлого; в третьем – императрица без меня поминает восемь божеств-хранителей дворца и божества Неба и Земли. Затем мы вместе идем в Императорскую лабораторию, где хранится освященный крест, который именуют крестом Сусаноо и который символизирует Россию как страну Бога Сусаноо. Торжественный молебен проведет митрополит Японский – глава японской православной церкви…
– Смешение язычества с христианством… – недоуменно передернул плечами немец. Его «сумрачный германский гений» как сказал поэт времен Георгия Великого похоже оказался в тупике.
– Как у японцев это совмещается лучше не спрашивай, дружище! – император был явно опечален. Впрочем у Японской православной церкви это нареканий почти не вызывает…
– К слову – почему тронный зал во дворце сиккэна? – осведомился кронпринц, – твой дворец ведь Акасака.
– Дело в том, – объяснил император, – что дворец сиккэна на самом деле наш дворец и официально называется Императорским, а сиккэн носит титул Хранителя Императорского Дворца в Эдо, ну и живет там. А когда ему приспичить тронный зал использовать, то свой трон он ставит на ступеньку ниже, выражая нам свое почтение.
Так или иначе мы должны выехать из Акасака к четырем часам и в шесть уже в тронном зале я и… Её Величество торжественно приветствуем тебя и заслушаем отчет сиккэна о положении в Японии. Милостиво кивнем ему и удалимся. Затем у нас святилища и в десять вечера часа начнется праздничный банкет Императрица она останется на ночь на бдение у зеркала, молясь Аматерасу, так что за нее отдуваться буду я. И все это завершиться примерно к часу ночи – мы покинем дворец и возвращаемся в Акасака. Празднества идут три дня и все эти дни с тобой обречены все вечера проводить в Императорском дворце. Но все ночи ты можешь проводить не один. Кстати как твоя симпатяшка, как ее? Каяо? Пригласи ее на банкет и прием! Она дворянка?
– Да, ее отец был полковником императорской армии, а сейчас владеет ткацкими фабриками. Но… откуда ты знаешь? – спохватился Фридрих.
– Помнишь я говорил тебе про час, так вот полиция развернулась за сорок минут, мои примерно так же., – император откровенно забавлялся, – а рядом сидела молодая пара с коляской. Ну вот они тебя фотографировали, ну и ее… Ты был великолепен, не обижайся, – царь похлопал немного обиженного кронпринца по плечу, – лучше перебдеть и я им указал, что бы потом к вам ближе десятка метров не подходили, твои немцы справятся и так. Кстати, ты ей признался кто ты?
– Нет конечно, – растерялся кронпринц, – я сказал, что я в свите принца как граф фон Лауэнбург.
– Ну и как? Произвел впечатление?
Мы договорились сегодня встретиться в том же ресторанчике в 11 часов – Фридрих несколько засмущался.
– Отлично, тогда бери трех-четырех моих японцев, они знают пару отелей, куда можно попасть быстро и вперед на штурм, друг мой, а я прогуляюсь по бульвару Омоте-сандо, загляну на Такэсика и буду в ресторанчике обедать с двух.
Итак – приступай…
⁂Примерно год до описанных выше событий
– Прошу ознакомиться – Ваша Светлость! – Освальдо указал на разложенные на пластиковом столе образцы. Вот это – он ткнул в россыпь мелких электронных деталей напоминающих паучков, – это криотроны – элементы системы подрыва: они позволяют подать сигнал на детонаторы с абсолютной точностью. А это части инициирующей сферы – он указал на изделия напоминающие детали детского конструктора или головоломки. Одни имели форму конического шестиугольника, а другие – пятиугольника. Из таких когда придет момент мы сложим взрывную сферу и они сожмут наш плутоний до размера мандарина. А вот и цилиндр из плутония. Вокруг него будет цилиндр из бериллия, этот металл отражает нейтроны. К сожалению, бериллий очень плохо поддается обработке – он тверд – хрупок к тому же ядовит. Придется использовать алмазные резцы – или из карбида бора. Но мы нашли выход… Далее, вокруг бериллия находится оболочка из вольфрама легированного рением. Его как и бериллиевые обкладки мы заказали на электротехническом филиале «Тошиба Кикай». Этот сплав используется там для изготовления нитей в электронных лампах и для других изделий. Он намного проще в обработке, чем чистый вольфрам. Мы заказали изготовление частей для якобы новой вакуумной лабораторной печи… – продолжил Освальд. Мы выбрали «Тошибу» ибо там применяется порошковая металлургия – металл не плавят а формуют и прессуют виде порошка.
– Ээээ? – Кейтаро зачем то посмотрел в сторону Асано.
– Все дело в процессе спекания, господин! – пояснил бизнесмен. При нем материал нагревается до такой температуры, что поддается формовке. Плавить и затем отливать детали слишком трудно, да и не нужно для наших целей. Вот и наш заказ будет сформован в сегменты путем спекания. Следующий слой – это уран-238 – закуплен в Германии – его там много. И вот вокруг этих цилиндров и будет собран инициирующий заряд из тротила и гексогена с добавками…