Навсегда в моем сердце (СИ)

Выгрузив продукты, они приступили к делу, решив, что приготовят баранину на косточке в брусничном соусе с молодым картофелем и салат с рукколой, козьем сыром и орехами.
Буквально через полтора часа, кухню наполнили сумасшедшие ароматы, заставляющие, через каждые пять минут, заглядывать в духовку и мысленно торопить таймер. Накрыв на стол, они даже успели выложить баранину на красивое блюдо и порезать, когда входная дверь открылась, и в дом влетел громкий рев Макара.
— М-а-а-а-а, я съем все, но только быстро!
Когда он залетел на кухню, уставился на Стасю, которая была как куколка с укладкой, мейкапом и в платье и на маму в фартуке, изумленно вскинув брови и подходя ближе, осматривая накрытый стол.
— Кажется, я уснул и мне это снится?
— Ты что не получил моего сообщения? — спросила Стася
— Получил, но думал, что у меня еще есть время, — улыбнулся он — Псих не хотел отпускать, тискал и тискал, еле ноги унес — улыбался Макар
— Ладно, молодежь, веселитесь, а я пойду — сказала Вероника Дмитриевна
— Нет-нет, Вероника Дмитриевна, оставайтесь, веселее будет — улыбнулась Стася, и Макар подмигнул ей
— Давай, мам, успеешь ты уйти, а нет, так я тебя сам провожу, не переживай — хохмил Макар, отодвигая стул и усаживая на него маму
— Мисс, позвольте! — сказал Макар, отодвинув стул для Стаси и, поймав ее улыбку, улыбнулся в ответ
— Ну и, чем сегодня порадует меня моя милая женушка? — протянув ей тарелку, скривил мордаху Макар
— Баранина в брусничном соусе — покраснев, сказала она, и он удивленно вскинул брови
— Сама готовила?
— Сама-сама! Я лишь слегка помогала — улыбнулась Вероника Дмитриевна, смотря на них с улыбкой
— Значит, мне вдвойне повезло с тобой, Стась! Красивая, умная, а готовит как, м-м-м… — последние слова он простонал, откусив кусочек от мяса и смакуя — Нет, определенно, я счастливчик!
Восторг Макара помог ей хоть немного расслабиться, потому что она так сильно волновалась, что не могла откусить ни кусочка, насаживая на вилку салатный лист.
— Предлагаю тост! — протянув бокал с вином, сказал Макар — За двух дам, поселившихся в моем сердце, и дающих мне ту любовь и поддержку, в которой я бесконечно нуждаюсь! За мое сердце — тебя Стась, и за мою опору — за тебя мам! За вас обеих, самых красивых, милых и дарованных мне Богом — за мою сногсшибательность!
Стася и Вероника Дмитриевна переглянулись, и у обеих блеснули слезы в глазах и вырвался смех, но они подняли бокалы и, чокнувшись, сделали по глотку. Поставив пластинку, они разговаривали, веселились и танцевали. Макар, как джентльмен сначала пригласил маму.
— Ох, сынок, я так рада за тебя! — прошептала она, обняв его за плечи и поцеловав в щеки
— Спасибо мам, я знаю.
— Не переживай, я присмотрю за ней и не позволю отцу рассорить вас, она мне нравится!
Когда Вероника Дмитриевна сказала, что уходит к подруге и придет поздно, Макар и Стася проводили её и заверили, что все уберут. Вернувшись в гостиную, Макар притянул Стасю к себе и стал покрывать маленькими поцелуями, крепко прижимая к себе.
— Твое свидание самое шикарное — шепнул он и она рассмеялась
— Ну, с тобой мне не сравниться, но на самом деле оно еще не началось, точнее, началось, но не закончилось — усмехнулась она
— Ммм, даже так, интересно?
Джаз, вино, и пусть Стася лишь пригубила, решив больше не повторять старых ошибок, но она чувствовала, будто пьяна и отчего-то, ей хотелось улыбаться.
— Как насчет массажа? — прошептала она игриво на ушко, решив привести свой план по соблазнению в исполнение
Макар, ничего не сказав застыл, глядя на нее.
— От тебя хоть склянку с ядом!
— Макар, не шути так, дурак, — стукнула его Стася и он улыбнулся, целуя в губы — Тогда предлагаю убрать здесь все, и подняться к тебе в комнату
Закусив губу, Стася провоцировала его, и он это понял, отпустив её и отвернувшись. Убрав все со стола, он вернулся на кухню, неся последние тарелки, и увидел Стасю с тарелкой в руках.
— Ну, нет, загружай все в посудомойку, и валим отсюда! — рыкнул он ей в ухо, укусив за мочку уха
 
Они шли за руку, поднимаясь по лестнице, и он не сводил с нее взгляда, не веря в происходящее. Парень их встретил недовольным рычанием, потому что, начав целоваться у двери, они чуть не упали, прислонившись к ней, и ввалившись внутрь.
Он остолбенел, увидев, как преобразилась его комната, повсюду были расставлены и зажжены свечи, а еще приятный аромат ванили и кокоса, заставлял его рецепторы трепетать, когда он втягивал этот аромат.
— Когда ты все успела? — спросил он, поворачиваясь к ней
— Я попросила Парня присмотреть за свечами и если что, бежать вниз, чтобы предупредить о пожаре! — пожала плечами Стася, и он расхохотался, толкая её и запирая дверь на ключ
— Не боишься?
— Тебя, нет — сказала она и прошла к проигрывателю, ставя очередную пластинку и подходя к нему
Толкнув его на кровать, она крутанула головой, заставив волосы закружиться в безумном танце, когда из динамика полилась заводная мелодия, заставляя Макара опереться на локти и смотреть на все с интересом.
Стася кружилась по комнате, выгибаясь и задавая темп, одновременно снимая с себя, какую-то часть одежды, решая оголиться не полностью, потому что впереди Макара ждал обещанный массаж. Но когда она осталась в одном нижнем белье, цвета ночи, он почему-то вскочил с кровати и подошел к ней, резко обрывая её танец — провокацию, впиваясь в губы со стоном.
— Что ты со мной творишь?
— Что?
— Безумие, чистое безумие!
Он приподнял её и, преодолев расстояние от окна до кровати в два шага, бросил на постель, заставив взвизгнуть и соскочить.
— Нет, Макар, а массаж?
— Какой массаж, Стась, я сейчас умру, если не попробую тебя на вкус — шептал он, смотря на нее исподлобья и тяжело дыша
— Вот поэтому ложись, я сделаю тебе приятно, и не спорь, это мое свидание — серьезным тоном добавила она
Он усмехнулся и сдался, падая лицом на кровать и обнимая подушку со стоном.
— Девчонки, вам имя — вероломство! — прошипел он, но она услышала и улыбнулась, поцеловав его в затылок, и он тут же замер
Она потерла руки между собой и, сев ему на попу, осторожно прикоснулась к спине, чувствуя, что это впервые такой тесный контакт между ними, если не считать белья на ней, и боксеров на нем, потому что пока она танцевала, он махом скинул с себя всю одежду, заставив её смеяться.
Она взяла заранее приготовленное масло и налив себе на руку, растерла между ладонями и положила ему на плечи, начав мягко водить ими, втирая его. Её руки вели молчаливое исследование его тела, ласкали, мяли и трогали Макара, пока он лежал вниз головой и явно кайфовал, давая Стасе время, привыкнуть к себе.
Она закусила губу, чувствуя, как напряглись мышцы на спине, стоило ей слегка поерзать на нем, и замерла, но тут же продолжила, почувствовав, как все откликнулось в теле на этот маневр. Она спустилась пониже, чтобы провести рукой по его упругой попке, но стоило ей только приспустить боксеры, как он тут же перевернул её и теперь уже она, лежала под ним распластанная и возбужденная от его взгляда.
— С огнем играешь, малышка — шептал он ей в губы и, склонившись над ней, оттянул её нижнюю губу, тут же лаская языком
— Сладкая, как мед, нет — шоколад…и крепкая, как алкоголь!
Он подсунул руку ей под спину и расстегнул бюстгальтер, откидывая его в бок и зависая на её полушариях, которые она пыталась прикрыть рукой.
Он коснулся губами, обхватывая сосок и лаская горошину перекатывая во рту.
— Твою мать… — его стон был похож на рык, и он снова стал целовать её, лаская руками все тело.
Он спускался ниже и ниже, не пропуская ни одного сантиметра её дивной кожи, который сводил с ума, заставляя терять контроль. Он поддел каемку трусиков и потянул вниз, но натолкнулся на руки Стаси.
— Расслабься, я не стану делать ничего, что тебе не понравится, и если вдруг ты не захочешь, просто скажи.