Моя мачеха – ведьма

Он обернулся и, скользнув взглядом по шушукающимся, сбившимся в стайку служанкам, ледяным тоном ответил:
– Есть. Думаю, что тебе пора возвращаться домой.
– Ты… – Она запнулась, глядя на него расширившимися глазами. – Прогоняешь меня?
– Уверен, что мой дорогой дядюшка очень соскучился по любимой дочери, – коротко усмехнулся Уворд и, заметив зло вспыхнувший взгляд кузины, примирительно добавил: – Я постараюсь освободить немного времени и помочь с делами, которые привели тебя в столицу.
И, оставив Стайфу в гневе и растерянности, покинул дом. Полагая, что Лалин с его сыном отправились на прогулку, поспешил в сад, но тут кольцо с синим камнем, что украшало указательный палец левой руки, внезапно нагрелось. Выругавшись вполголоса, герцог перешёл на бег. Артефакт мог отреагировать лишь на вторжение, и Уворд заволновался о ведьме.
Неужели Антжэ Алсей решил действовать столь безрассудно, что средь бела дня подослал убийц в дом первого советника короля? Не настолько же он глуп? Тепло, которое то нарастало, то отступало, указывало верное направление, и вскоре герцог очутился в самой отдалённой части сада. Как раз вовремя, чтобы заметить молодого человека, крадучись пробирающегося через кусты.
Уворд не стал рисковать и, призвав силу, влил её в короткое заклинание петли, которую, раскрутив над головой, ловко набросил на незнакомца. Когда сверкающая магией сиреневая нить сжала шею, возможный убийца захрипел и упал на колени, а герцог, не тратя времени, быстро спеленал его руки и ноги.
– Попался! – Удовлетворённо рассматривая получившийся кокон, он отряхнул руки. – Это было разочаровывающе просто…
Внезапно воздух вспорол девичий крик:
– Диган!
Уворд обернулся и увидел спешащую к ним Лалин. Приподняв юбки, ведьма бежала так, будто спешила на помощь к любимому, и это не понравилось герцогу. Девушка упала на колени и потянулась к кокону, но коснуться не решилась.
– Что вы с ним сделали? – Оглянулась и обожгла Скетса возмущённым взглядом. – Это мой человек. Немедленно освободите!
Герцог сузил глаза.
– Что значит «мой человек»?
– Он же задыхается! – Ведьма, дрожа, смотрела на него снизу вверх. – Уберите удавку, умоляю… – Оборвала себя и, глубоко вдохнув, чётко произнесла: – Это Диган, он мне помогает в лавке.
– Ла-лин, я волнова… – изогнувшись, прошептал юноша. По щекам его от боли покатились слёзы, рот исказился. – На-шёл…
И захрипел. Ведьма, услышав этот звук, вскочила на ноги, вцепилась герцогу в руку и выдохнула в отчаянии:
– Уворд, умоляю, освободи бедного мальчика! Он ничего плохого не сделал, лишь искал меня.
– Он прокрался в мой сад, как вор, – холодно припечатал тот.
– Это я виновата, надо было предупредить Дигана, что меня некоторое время не будет в лавке. Не успела, потому…
– Лалин, – сухо оборвал её герцог. Взял за руку и, накрыв ладонь своей, проникновенно произнёс: – Неужели ты думаешь, что в мой дом так легко проникнуть?
Она открыла рот, чтобы ответить, но потом передумала. Поджав губы, нахмурилась, а Уворд кивнул, подтверждая её догадки.
– Вот именно. Поэтому я предлагаю посмотреть, какой магией обладает этот… – И с сарказмом закончил: – Бедный мальчик.
 
Глава 19. Единственный способ избежать одиночества – стать кому-то хорошим другом
 
Лалин
Признаю, я и сама была рада улизнуть из дома! Уворд вернулся неожиданно и стал свидетелем некрасивой сцены. Почему-то стало неловко, хотя я ни в чём не виновата. Это Стайфе надо было стыдиться, но с этой дамы всё как с гуся вода. Вывернула всё так, будто на неё наговаривают.
Зато я была горда тем, что моя догадка оказалась верна, и приготовленное зелье свело на нет возможные неприятности. Я приготовила противоядие наудачу, когда смешивала исцеляющие напитки для слуг. Всё это я мысленно проигрывала заново, когда рассказывала Дайку любимую сказку своего детства.
Мы расположились в основании самого потрясающего дерева, которое было в саду. Мальчик рассказал, что этот дуб посадил ещё его прапрадед. Могучий ствол было не обхватить даже нам с Дайком вдвоём, а на живописно раскинувшихся, будто диковинные змеи, корнях было так удобно сидеть.
 
Я поглаживала густые, как у папы, волосы мальчика, прильнувшего ко мне, и закончила тихо:
– И жили они долго и счастливо… Понравилось?
Ответом была тишина, и я догадалась, что Дайк уснул. То ли сказка, которую так любила маленькая девочка из приюта, показалась ему скучной, то ли разморило на солнышке. Я осторожно передвинулась и, подхватив ребёнка на руки, перенесла в тень. Посадив, прислонила спиной к стволу дерева.
«Пусть отдохнёт».
И тут в груди будто что-то толкнулось, по венам разлился огонь и сердце застучало как сумасшедшее. Предчувствие беды накрыло неожиданно, как летний ливень, и я, поддавшись порыву, побежала. Я привыкла доверять своей интуиции, которая не раз спасала мне свободу, честь и даже жизнь, поэтому ни на секунду не усомнилась в себе.
И оказалась права.
Уворд мучил сына бедной женщины, которой, как Селле, приходилось зарабатывать на жизнь, присматривая за чужими детьми в то время, когда на своих не оставалось ни времени, ни сил. Я сочувствовала Дигану и его матери, поэтому умоляюще посмотрела на герцога, который в этот момент выглядел пугающе.
– Это моя вина…
Но что бы ни говорила, Уворд оставался непреклонен. Взяв меня за руку, будто обжёг, он поинтересовался:
– Неужели ты думаешь, что в мой дом так легко проникнуть?
От его тёмного взгляда меня словно молнией пронзило, все слова вылетели из головы, а сердце ледяным камушком упало в желудок. Конечно, я понимала, о чём говорит мужчина. Он же маг! Один из сильнейших в столице. И первый советник короля, который наверняка скрупулёзно заботится о своей безопасности. Вспомнить хотя бы воинов, которые окружали герцога всегда, когда тот покидал стены своего дома. Значит, здесь на каждом углу находились защитные артефакты, которые не пропустили бы чужого.
Я опустила взгляд на покрасневшего от недостатка воздуха Дигана и снова вздрогнула при виде светящихся нитей, впивающихся в кожу шеи юноши. Не верилось, что мой заботливый помощник и вечный засоня не тот, кем казался.
Уворд без малейших сомнений шагнул к моему помощнику. Наклонившись над юношей, замер, внимательно рассматривая жертву, а затем неторопливо потянул золотистую цепочку, которая украшала его шею. Из ворота рубашки выскользнул овальный кулон и сверкнул ледяной прозрачностью в пальцах мага.
Герцог поднёс его, будто монокль, к лицу и прищурился, глядя на паренька через волшебный кристалл. Брови Уворда дёрнулись в немом удивлении – видимо, то, что увидел мужчина, сильно отличалось от реальности. У меня же от радости ёкнуло сердце.
– Вы ошиблись? – с надеждой предположила я. Поймала недовольный взгляд герцога и тут же понятливо исправилась: – Да-да, маги не ошибаются. Я имела в виду, что ваше предположение не оправдалось…
– Не вы, – сухо поправил он и, сняв кулон, неожиданно протянул мне. – Хочешь посмотреть?
Я покосилась на артефакт с сомнением и опаской, потому что с самого детства привыкла сторониться предметов, в которых маги запечатывали часть своей силы. Боялась, что они могут раскрыть мой секрет. Но Уворд и так знает, кто я, поэтому несмело потянулась и приняла прохладный камушек.
Глянув через него на Дигана, я увидела не связанного паренька, а огромную рыжую собаку. И, кажется, даже услышала тихое жалобное поскуливание. Вскрикнув от неожиданности и испуга, я отшатнулась и, зацепившись каблучком за корень, рухнула в объятия герцога.
– Ты точно не знала, – поймав меня, констатировал Уворд.
– А у вас… тебя были сомнения? – дрожа всем телом, пролепетала я. Высвободилась из кольца рук Уворда и поёжилась. – О Трёхликая… Глазам не верю. Настоящий оборотень!
Некоторые путешественники, которые заглядывали в мою лавку, рассказывали о территориях, где такие существа обитали целыми стаями и следовали своим звериным законам. Но в Фаррии их отлавливали!