Порочные занятия (ЛП)

  
Сигги Шейд
 
«Порочные занятия»
 
Вне серий
 
Переводчик: Владислава В.
Редактор: Татьяна Н.
Каждому, кто любит неоднозначных героев,
способных ради Вас сжечь мир до тла.
  
Глава 1
 
ФЕНИКС
Мне нужен папик.
Прямо сейчас.
Потому что моя жизнь унылее, чем закат, затмевающий небо. Я тащусь по Марина-Хай-стрит, оглушенная грохотом уличного движения субботним вечером.
Он правда сделал это.
После многолетних угроз бросить мой неблагодарный и избалованный зад на произвол судьбы, папа наконец ушёл. Сегодня утром я вернулась домой и обнаружила, что дом пуст. Ни машины на подъездной дорожке, ни мебели, которую можно было бы заметить в окне, ни записки на пороге с адресом пересылки.
Только ключ, который больше не проворачивается в замке, и голова, гудящая в замешательстве. У папы слишком хорошие связи в преступном мире, чтобы умереть, и он не настолько импульсивен, чтобы позволить себя убить. Он бухгалтер, по крайней мере, если ему верить, и я никогда не видела при нем оружия.
Разве не мог он намекнуть мне на прошлой неделе или хотя бы сделать последнее предупреждение? Как мне теперь оплачивать учебу, если отец просто взял и исчез, а я даже не могу до него дозвониться?
Возможно, это звучит эгоистично, но папа — мудак. Он сексист, жлоб, и у него вспыльчивый характер… По крайней мере, по отношению ко мне и к тем, кто не может дать сдачи.
Он из вредности взял опеку, когда мне было пять, а потом каждую минуту бесился из-за моей принадлежности к женскому полу.
Челюсти сжимаются от негодования. Конечно, он дал мне крышу над головой, но с нее слишком часто сыпалась черепица и слишком больно била по голове. Вот, почему я не могу проявить и капли беспокойства о его жалкой заднице.
Ко всему этому, он сделал меня бездомной, ибо все, что у меня есть — это книги, мобильный телефон и то, что осталось на банковском счете.
На самом деле, у меня перерасход средств. Это делает мое положение еще более отчаянным.
Я прохожу мимо всех своих любимых мест на Хай-стрит: колумбийской кофейни, бутика, где продаются работы студентов, но, когда я приближаюсь к магазину с тонированными в красный цвет витринами, мои шаги замедляются.
Возле «Красной комнаты» припаркован серебристый «Мазерати». Именно о нём папа всегда мечтал, но никогда не мог себе позволить.
«Красная комната» — один из тех бессовестно смелых магазинов на Хай-стрит, где продаются непристойные книги, извращенные игрушки и экзотическое белье. Даже их продавец-консультант носит фетишистскую одежду.
Инстинкты призывают меня зайти внутрь и утопить печали в захватывающей истории, но дни чтения для меня закончились. Теперь книги — роскошь, которую я не могу себе позволить.
Разум подсказывает, что пора устроиться на работу. Я же напоминаю ему, что задолжала университету пятизначную сумму. Я никак не смогу совместить работу и выпускной курс. По крайней мере, официально точно нет.
Я кладу руку на витрину и вдруг вижу одного из покупателей у стеллажа с кожаными наручниками. Его темные волосы цвета красного дерева коротко подстрижены по бокам и зачесаны назад на макушке. Он отвернулся, поэтому мне видно только его острые скулы.
— Черт возьми, — шепчу я, и в животе пробуждаются бабочки.
Он высокий, чуть меньше двух метров, одет в угольно-серые джинсы, черный пиджак и ведет себя как один из папиных коллег. С расправленными плечами, чуть наклонившись, он заполняет своим присутствием все пространство. Его аура буквально сочится доминацией.
Горло сжимается, и чувство одиночества тонет в возбуждении. Он источает темноту, опасность, да еще и одет в дизайнерскую одежду.
 
А я прочитала достаточно мрачных романов, чтобы осознавать свою привлекательность для такого «папочки».
Что? Не судите меня.
Мой настоящий отец только что исчез, даже не написав что-то вроде «катись к чёрту», и я не собираюсь спорить с ростовщиками.
Мурашки пробегают по спине при мысли о том, что эти люди делают с девушками, неспособными платить непомерные проценты. Такого не будет.
«Ты можешь это сделать», — говорю себе, потому что больше некому меня подбодрить. — «Иди туда и флиртуй так, будто от этого зависит твоя жизнь».
Вообще, так и есть.
Я прячу эту мысль подальше. Отчаяние непривлекательно, и я не хочу производить впечатление обедневшей студентки, ищущей мужчину, который оплатил бы ее счета. Кроме того, Господин Высокий, Мрачный и Загадочный выглядит соблазнительно. Немного старше парней из университета, но именно то, что мне нужно.
Изображая уверенность женщины, которая каждый день делает покупки в «Красной комнате», я открываю дверь и вхожу. Ноздри наполняются смешанными ароматами сгоревших свечей и благовоний. Это приятно, но и близко не так очаровательно, как мужчина, который теперь перешел к изучению кожаных пэддлов1.
Звенит колокольчик над дверью, и он поворачивает голову.
Паника накатывает на меня волной. Какого чёрта я делаю? Я не одета подобающе. Не готова к встрече с кем-то вроде него. Я не все продумала.
Наши взгляды встречаются, искра притяжения пробегает по позвоночнику, пробуждая моё желание.
У него ярко-голубые с зелеными бликами глаза, которые контрастируют со смуглой внешностью и густыми ресницами. Брови даже темнее, чем волосы, а от его тяжелого взгляда у меня дрожат колени.
Моё сердце взлетает, движимое сотнями безумных бабочек. Все инстинкты говорят мне опустить глаза, отвернуться, потому что смотреть на него — все равно, что дразнить хищника.
Но я не могу.
Его присутствие — магнит, я едва осознаю, как иду к нему на негнущихся ногах, колени все еще дрожат, а между ног с каждым шагом разливается жар.
Он задерживает на моём лице пристальный взгляд, который почти граничит с физическим прикосновением. Затем скользит по моему пастельно-розовому кардигану и серой юбке макси.
Я носила это ради отца. Мой наряд прикрывает каждый сантиметр кожи, иначе он будет разглагольствовать об искусительницах, шлюхах и неблагодарных сучках. Наряд, который делает меня невидимкой для таких мужчин, как тот, что стоит передо мной.
Его взгляд достигает моих туфель из толстой коричневой кожи, путешествует по бесформенному наряду и возвращается к лицу.
У меня перехватывает дыхание. Увидит ли он потенциал сквозь безвкусную одежду?
На его лице появляется пренебрежение, и он отворачивается к витрине с хлыстами.
Надежда, трепетавшая в груди, падает в желудок с глухим стуком. Его отказ обжигает горло, как кислота. Я пытаюсь проглотить разочарование, но оно возвращается.
Его должно было привлечь хотя бы мое лицо.
Отец говорил, что я похожа на свою мать, женщину со светло-серыми глазами и ослепительной улыбкой. Из-за этого он никогда не разрешал мне краситься. Желудок сжимается, но я отталкиваю наступающую пустоту.
Если я не привлекаю его внешне, придется найти другой путь. Я осматриваю магазин в поисках шанса, и мой взгляд останавливается на мужчине за прилавком, который одаривает меня обнадеживающей улыбкой. Он такой же высокий, как мой загадочный Господин, но тощий, с выпуклыми глазами, маленьким подбородком и кадыком, который подпрыгивает вверх-вниз над воротником рубашки.
Неторопливо подходя к нему, я провожу пальцем по высокому воротнику кардигана и держу свою настоящую цель в поле зрения. Он не обращает на меня внимания, но его присутствие ощутимо всюду. Я бы угадала, где он находится даже с закрытыми глазами.
— Привет, — говорю я с придыханием. — Какие фиксаторы у вас есть для удержания девушки во время самых жестких поездок?