Решительные меры (СИ)

Том тогда подавился бутербродом и чуть не умер, а потом запретил сестре спрашивать об этом у кого-бы то ни было. Но Перси есть Перси. Ей разве запретишь?
Том только мог провести серьезный разговор с крестником Гарри, напугав мальчишку так, что он не скоро вообще задумается о своих члено-метаморфических способностях.
— Она говорила так, будто мы с ней знакомы, — Том озадаченно нахмурил брови. — У меня отличная память, и я не припомню, чтобы нас представляли друг другу.
— Я больше половины гостей не знаю, но все они знают меня, — дернула плечом Перси. — Бесит. Каждый норовит представить мне своего сыночка или дочку.
— Тебе шестнадцать, ты из богатой семьи с древними корнями, твой брат выходит за Гарри Поттера, к тому же ты красотка. Считай, сезон охоты открыт, — подмигнул ей Том. — Я своё отстрадал, теперь твоя очередь.
— Не-е-е-т! — взвыла Перси, патетично вскинув руки к небу. — За что?! Если мама возьмется за меня всерьез, мне придется выйти замуж за какого-нибудь дементора и сбежать с ним в Азкабан. Не надо было помогать вам с Гарри, сейчас никто бы на меня не обращал внимания!
— Тебе же нравится, когда все на тебя смотрят, — не поверил ей Том. — Скольким волшебникам ты успела нажаловаться на несправедливость по отношению к ведьмам?
— Многим, — хитро хихикнула сестра. — Я познакомилась с некой Августой Лонгботтом, огонь-женщина! Мы с ней поболтали о колдунах-козлах и, представляешь, оказалось, её подруга заседает в Визенгамоте и совсем не против взять меня на стажировку к себе сразу после школы…
— Ого, — уважительно кивнул сестре Том. — Визенгамот? А ты хитрая гадюка. Горжусь!
— Найду себе мужа маме назло. Там столько богатых стариков, которые готовы помереть от счастья сразу на свадьбе и оставить меня богатой безутешной вдовой…
— Это бабушка тебя научила? Забудь о богатых стариках, они всех нас ещё переживут. И будешь ты не вдовой, а постельной грелкой и заодно сиделкой.
— Что мешает мне приказать какой-нибудь ядовитой змейке укусить моего супруга?
— Тринадцать лет в Азкабане за предумышленное убийство? — выгнул бровь Том.
— Ты такой скучный, — фыркнула сестра.
К ним вдруг подошла тучная молодая ведьма в голубой мантии с блестками и нагло прервала беседу.
— Мистер Риддл, я Патриция Долиш, помните, мы с вами встречались на приеме в том году? — она ухватилась за локоть Тома, ослепительно улыбаясь. — Кто бы знал, что вскоре вы станете членом нашей семьи!
Том вежливо улыбнулся, пытаясь вспомнить, каким боком Долиши породнились с Поттерами.
— Моя кузина Рене приходится троюродной племянницей мистеру Поттеру-старшему, со стороны Флимонта. Её прабабушка была из рода Флимонт, вы же знаете, что Флимонта Поттера назвали в честь фамилии его бабушки? — затараторила незнакомка, сверкая своими темными глазами.
Том попытался вычислить в уме, какой дальности родственница перед ним стоит, но быстро запутался. Одно он мог сказать точно: к семье Поттеров эта ведьма относилась так же, как песни Маркуса к детскому творчеству.
— Конечно знаю, — важно кивнул он. — Простите, Патриция, мне нужно уладить несколько организационных вопросов. Увидимся позже.
Он схватил Перси за локоть и потащил к деревьям, постоянно проверяя, не смотрит ли кто на них.
— Я с ума сойду с этими родственничками, — простонал он, спрятавшись за деревом. — Все, чья фамилия хоть как-то засветилась в родословной Поттеров, пытаются завести со мной дружеские связи. Мало мне было моей собственной родни, теперь меня достает родня Гарри!
— А ты как хотел, — захихикала сестра. — Ты же важная шишка теперь, приближенный самого Крауча. Это тебе не знаменитость из газет, это же шанс устроиться на теплое местечко благодаря протекции.
— К чёрту всё, — Том помассировал переносицу, прогоняя ноющую тупую боль. — Давай просто передохнем тут немного. Я так устал.
Они притаились в тени, и хихикали над гостями, как в старые добрые времена, когда Том ещё не съехал от родителей и исправно посещал все вечеринки. Ему не хватало общения с сестрой. В последнее время они виделись очень редко: Том стал старшим помощником Крауча и все свободное время посвящал либо работе, либо Гарри.
 
— Смотри! — Персея пихнула Тома локтем в бок. — Начинается шоу «Леди и Бродяга»!
Из толпы вынырнула бабуля и гордым лебедем поплыла к фуршетному столу слева от сцены, игнорируя идущего за ней следом Блэка.
Надо отдать ей должное — выглядела она просто шикарно в своем белоснежном коктейльном платье, с идеальными смоляными локонами, свободно струящимися по спине и мягко падающими на плечи, стройной фигуркой и осанкой королевы. Кобель Блэк бегал за ней уже полтора года, но так и не смог добиться благосклонности. Бабушка считала его ветреным и слишком любвеобильным. И бедным, что, скорее всего, и было настоящей причиной холода в сердце.
Том намеренно не говорил ей, что Блэк — наследник древнейшего и благороднейшего Дома, и что золота в его сейфах куда больше, чем у Риддлов и Поттеров вместе взятых.
Пусть бабушка полюбит мужчину за его личность, а не за кошелек, ради разнообразия.
— Роуз, давай потанцуем! — ныл Блэк, следуя за ней, как пес на привязи. — Сколько можно бегать от меня? Ты же знаешь, что я не отстану!
Том специально усадил их за разные столы на противоположных концах поляны, но Блэка это не остановило.
— Мистер Грюм! Рада вас видеть! — бабушка начисто его проигнорировала и поздоровалась с отставным аврором, бывшим начальником Поттера-старшего, который стоял в одиночестве и хлебал что-то из своей фляжки.
Волшебный глаз Грюма закрутился в глазнице со скоростью бешеной белки, и аврор расплылся в ужасающей улыбке.
Том знал, что этот глаз видит сквозь все препятствия. Том не хотел это знать.
— Роуз, — хрипло поприветствовал бабушку Грюм, низко поклонившись и прильнув тем, что у него служило губами, к руке бабушки. — Как всегда обворожительна!
Том поспешно отвернулся.
— Надеюсь, бабушка понимает, что Грюм видит сквозь её платье, — протянула Перси.
— Фу, — скривился Том. — Не хочу об этом думать.
— Роуз, ты что, хочешь заставить меня ревновать, флиртуя с этим конструктором? — взвыл Блэк, остановившись прямо возле Грюма.
— Блэк! — рявкнул тот. — Как был тупым мальчишкой с гноем бубонтюбера вместо серого вещества, так и остался!
— Конструктором? — Бабушка поморщилась от грубых слов, но не ушла. Она приподняла одну тонкую бровь, ловко проигнорировав все остальное. — Это что-то из вашего мира, о чем я не знаю?
— Отнюдь, — усмехнулся Сириус, мелкими шажками вклиниваясь между ней и Грюмом. — Ты только посмотри на него! Глаз можно вытащить, ногу отстегнуть — ну просто лего-человечек!
— Я из тебя темномагический паштет сделаю, жертва инцеста! — Грюм выхватил свою палочку и наставил на Сириуса, но тот сделал то же самое одновременно с ним.
— Ты моих родителей не оскорбляй, они всего-то троюродными кузенами были! Это ты у нас тут жертва таксидермиста в запое.
— Вау, дуэль за нашу бабулю! — прошептала на ухо Тому Перси. — Вот бы наш дед это видел, он бы умер гораздо раньше, захлебнувшись смехом.
— Только не дуэль на празднике! — взвыл Том, схватившись за голову. — Лили нас всех убьет!
— Ой, да брось, — пихнула его Перси. — Скажешь, что не уследил. Влетит только этим двоим. Ну же, Том, давай повеселимся.
Том сделал глубокий вздох и подумал, что сестра права. Ему необходимо немного веселья, пока он не закипел, как котел перед взрывом.
— Ладно. Какой праздник без хорошего мордобоя, — ещё раз вздохнул Том и достал из кармана галеон. — Ставлю на Грюма. Он выглядит, как машина для убийств.
— А я на Сириуса. Любовь творит чудеса, знаешь ли, — Перси приняла ставку.
На поляне меж тем разворачивался грандиозный скандал. Гости стягивались к напряженно замершим друг напротив друга волшебникам и оживленно шептались. Заблестело золото, доставаемое из карманов, заблестели глаза предвкушающих шоу волшебников, заблестели магические огоньки, вспорхнувшие над дуэлянтами плотной стайкой, чтобы никто ничего не пропустил.