Кто ты, Такидзиро Решетников? (СИ)

— Ну разве же я мог подвести другую часть уважаемого руководства компании? — светловолосый на мгновение спрятал взгляд за безукоризненным поклоном. — Ту, на чьей стороне я волей судьбы оказался?
Хоноке показалось, что в словах безвестного стажёра мелькнула снисходительная ирония.
Уэки, похоже, услышанным удовлетворилась, потому что в следующий момент вооружилась тремя гаджетами и принялась за настройку блока, утратив интерес к беседе.
— Такидзиро-сан, а каким образом ты так быстро сориентировался? — оказавшись в безопасности, Хаяси решила не откладывать то, о чём с новым знакомым всё равно беседовать.
Оставлять подобные темы незакрытыми начальник секретариата финансов не имела привычки.
— Испугался, — спокойно развернулся к ней Решетников. — С перепугу подумал, что нападение — лучший метод защиты. А дальше уже по готовой схеме.
— Непонятно. Объясни.
— Этот Фукудомэ — откровенный функционер, видно по лицу. Чиновник, скрупулёзно соблюдающий коридор прав в рамках должности. Очень боится что-либо нарушить, прям панически! — Хафу с безмятежным видом уверенно вещал о таких вещах, что Хонока где-то озадачилась.
— И?
— Поговорка есть, — пожал плечами полукровка. — Если хочешь обыграть хоккеиста, нужно что сделать?
— Что? — Уэки дала понять, что из разговора не выключалась и в беседе участвует.
— Ни в коем случае не играть с ним на его поле. Хоккеиста нужно обыгрывать в футбол, шахматы, карты, бадминтон, — ухмыльнулся Решетников.
— Занятная абстракция.
— Применительно к нашему случаю, — продолжил светловолосый. — Любая ревизия имеет чёткие полномочия, границы находятся в мозгах проверяющих, — он коснулся виска. — Эти золотые бейджи могут многое, но… чёрт, не знаю, как сформулировать. Короче, оно в голове как-то само родилось: если я с вами шагаю по восьмидесятому этажу не по работе, то мы уже не сотрудники, а парень и две девушки.
— Тройник, — спокойно кивнула Хаяси. — Тройничок. Продолжай.
— … и тогда он автоматически теряет право проверять то, что несу я. Мало ли, может мы целовались по углам? — пояснил Решетников.
— На восьмидесятом? — задумчиво бросила Уэки из своего угла.
— Хоть и на нём, — пожал плечами метис. — Ну да, нас застукали на горячем, но призвать к ответу могут максимум за нарушение трудовой дисциплины, ведь правильно? Это уже совсем другой расклад, не запрещёнка с новыми алгоритмами.
— Хм.
— Тем более, вы сами директора, — логично, в принципе, продолжил линию рассуждений стажёр. — С вас любые взыскания на тему распорядка дня — как с гуся вода. Вам эти угрозы — что камню ветер. Я не прав?
Уэки закончила подключение блока, потёрла ладони, выпрямилась и жизнерадостно потянулась:
— Да прав, прав. Большое спасибо, реально выручил.
— Присоединяюсь к благодарности, — сдержанно качнула головой финансистка, удерживаясь от следующих вопросов.
До поры. Надо посоветоваться с отцом или дедом и после этого побеседовать с Решетниковым повторно, без цейтнота и уже в другой обстановке.
Вдумчиво, аккуратно, не упуская никаких мелочей и, возможно, с подключением этого самого нового детектора: если в балансе есть хоть малейшее подозрение на расхождения дебита и кредита, даже финансист-новичок понимает, что землю нужно рыть до руды в поисках ошибки.
Иное чревато огромной недостачей, а новичком или дилетантом Хонока Хаяси категорически не являлась.
Да, метис был явно не врагом, но что-то в нём не сходилось и оттого слегка царапало, если фигурально. Надо разобраться, что именно.
— Репутационные потери на нашем уровне переживать легче, чем обострения грызни между группировками, — продолжила финансистка, старательно оставаясь объективной и по отношению к эпизоду, и в отношении персоналии стажёра. — Спасибо, Такидзиро-сан. Ты нас действительно выручил. Я лично свяжусь с твоим начальством, чтоб тебя… — договорить не вышло.
— НЕТ! — Светловолосый буквально рявкнул. — НЕ ВЗДУМАЙ!..те. Хаяси-сан.
Хонока вздрогнула.
— Хороший специалист все свои служебные вопросы закрывает без помощи снаружи, — пояснил голубоглазый уверенно. — Давайте, если не справлюсь, тогда обращусь? Но думаю, что всё будет нормально.
 
— Хорошо, — согласилась финансистка после паузы. — Вот мой прямой сотовый номер или можешь в секретариат набрать, я предупрежу, чтоб с тобой соединяли сразу.
Хоть какую-то благодарность нужно выказать прямо сейчас. Пусть даже такую.
— И мой личный сотовый, Такидзиро-сан, я отвечаю только по нему, — а Уэки повела себя, словно встретила закадычного друга, с которым теряла контакт. — На звонки рабочего откликаюсь хорошо если раз из десяти, — пояснила она дружелюбно, — потому, если что-то срочное, стучись сюда. Или в мессенджер, когда я на встрече.
Хонока удивлённо покосилась на коллегу, хотя ничего не сказала вслух. Оригинально. Ладно, начальница секретариата; но директор департамента первой пятёрки — и престарелый стажёр тридцати лет с первого этажа⁈ Звонить напрямую на личный⁈
Даже тридцати с лишним лет, педантично поправила себя мысленно финансистка через мгновение. Престарелый стажёр тридцати с лишним — если сравнивать с нами, вошедшими в Совет Директоров в двадцать восемь.
Различиями стартовых точек и семей она в подобных анализах принципиально пренебрегала.
— Принял, — и хафу озадачился чужим радушием, но вида постарался не подать.
— Если твой разговор с начальством логистики не сложится и из-за нас будут проблемы, звони мне тоже, — продолжила айтишница. — На позиции стажёра точно что-нибудь придумаем. Либо с переводом в компанию моих родителей, либо я попытаюсь попросить твоего директора лично.
Хаяси тихо присвистнула, теперь уже не скрывая эмоций.
— Чего⁈ — айтишница ткнула финансистку кулаком. — Всё равно слухи, считай, понеслись! А дать его уволить с бессрочного контракта — получается, он из-за нас пострадал!
Ей и правда без разницы, убедилась после этих слов Хаяси. Репутация известного плана в нашем здании Уту просто не интересует.
Если даже весь небоскрёб будет шептаться, что директрису айти имеет прямо в офисе бесперспективный стажёр-хафу, выпускнице факультета математики тупо плевать, такой склад мышления.
Ладно. У каждого своя жизнь, тем более Ута — человек самостоятельный и взрослый.
Хонока неодобрительно вздохнула, но удержала комментарии при себе.
* * *
«Готово! Интеграция с базовым сервером завершена. Теперь новый блок — часть общей конфигурации, не импортированная принудительно железяка», — завершив настройку, Ута Уэки первым делом отписала в закрытом чате напарнице по утреннему приключению.
Их семьи дружили давно, потому справедливо, если Хонока порадуется первой. Она тоже участвовала, рисковала и даже неизвестным образом реализовала спасительный вариант — парня-логиста с первых этажей, как там его фамилия.
И не запомнишь с первого раза, в отличие от цвета глаз.
«+++.!!! )))» — тут же пришло в ответ от Хаяси-младшей.
Судя по отсутствию внятного текста, финансистка занята работой, но рада не меньше: теперь на еженедельных бюджетных разборках в зале совещаний их семьи будут точно знать, в каких моментах конкурирующая группировка акционеров пытается лукавить (это чтоб о регулярных чужих намерениях сказать мягко).
Вроде одно дело делаем, одна корпорация, подумала Ута. И совместный бизнес, и благопристойный фасад партнёрских отношений — а по факту всё равно что гражданская война. Неявная, но оттого не менее напряжённая.
Потому что тут тебе и разведка (хоть и только что установленный собственноручно блок), и штурмовые силы (ревизия в её департаменте), и оккупационные подразделения (увольнение чужих людей и расстановка своих на нужные должности), и бог знает что ещё по списку.
На бюджетном планировании каждая из двух групп акционеров предсказуемо продавливает свои интересы, пытаясь влезть в чужие компетенции. Не только в этой корпорации, везде достоверность намерений «партнёров» нужно понимать на старте — на этапе установочного совещания по каждому проекту.