Роман с Любовью (СИ)
— Ситуации разные бывают. Никто не застрахован, — проговорил он неожиданно серьезно. От былого веселья не осталось и следа.
Рядом со мной будто стоял совсем другой мужчина — уверенный в себе, значительный. Даже тон поменялся. Если бы я не знала наверняка, что Рома простой водитель, если бы своими глазами не видела, как бедно он живет, могла бы подумать, что передо мной большой начальник.
Роман продолжил:
— По реакции людей на какое–либо происшествие, можно многое сказать о самих людях. Мы с Любовью договорились решить вопрос полюбовно. Что делает нам обоим честь.
Тамара Олеговна и ухом не повела.
— Иванова, знакомься: Ольга Дмитриевна, моя подруга, и Юрий, ее сын, — нажала голосом. — Мы вызвались помочь Юре с ремонтом. А что это у тебя там? Обои? — она подошла к тележке, достала рулон и принялась крутить в руках. — Вы моющиеся выбрали? Не хило.
— Это наше. Но в магазине есть еще, — заметил Роман, чуть приподняв бровь. Мне стало смешно, но я сдержалась.
— Приятно познакомиться, Люба, — сказал Юрий с милой улыбкой. Потом протянул руку Роману, тот ее пожал.
Может быть мне показалось, но взгляды мужчин, обращенные друг к другу, были какими–то недобрыми. Я поправила подол платья и облизала пересохшие губы.
— А у вас большая площадь повреждения? — спросил Юрий.
— Огромная! Пострадала даже лежанка для кошки.
— У вас есть кошка? — изумился Юрий. — У меня тоже. Вот это совпадение.
Роман закатил глаза так круто, что, могу поспорить, ему стало больно.
— Ну-с, мы, пожалуй, пойдем, еще много дел, — заявил он, положив руки на мои плечи.
Я настолько обалдела от такой наглости, что не сразу среагировала. В местах касания кожу странно грело еще некоторое время, пока мы возвращались к рядам обойного клея, валиков и прочих нужных штук.
Почему–то пылали щеки.
— Ты же был зверски голоден, — заметила я. — Неужели аппетит резко испортился?
— Спасал тебя от неприятной компании. Можешь, кстати, не благодарить.
— Почему же неприятной? Я обожаю свою начальницу, мы крепко дружим, — солгала я.
В ответ Роман улыбнулся. И я невольно улыбнулась тоже. Признаться, ходить с ним вдвоем между рядов в тысячу раз приятнее, чем слушать бесконечные упреки.
— Иванова! Иванова, да подождите же вы! — раздалось за спиной. — Мы готовы составить вам компанию!
Я перевела растерянный взгляд на Романа и свела брови домиком.
— Бежим? — не то пошутил, не то предложил он.
Глава 11
— Лучше день потерять, потом за пять минут долететь, — философски заметила я.
— Главное, хвост, — понял меня с полуслова Роман, и мы никуда не побежали.
Более того, развернулись и встретили опасность лицом. Вернее, животом. А точнее, грудью. Тамара Олеговна не ждала быстрой капитуляции и едва не протаранила нас, успев затормозить лишь в полуметре. Своих спутников она где–то потеряла на просторах магазина, но пока еще не сообразила, что настигла беглецов в гордом одиночестве.
— Давай, покажи свою решительность, — шепнул сосед.
А я что–то совсем растерялась. Вид заведующей всегда будил во мне робость и неуверенность в себе, а уж ее беспардонность и привычка решать дела нахрапом совсем отбивала желание возражать.
— Понимаете… — проблеяла я. По–другому и не скажешь, очень жалкой выглядела моя попытка избежать нежеланного общества.
— У нас весьма недвусмысленные и интимные планы, если конечно слово «интимные» вам о чем–то говорит, — невинно заметил Роман.
— Что–о–о-о-о? — начала багроветь Тамара Олеговна. — Это вы меня, заслуженного библиотекаря, обвиняете в невежестве?
— Ну что вы, любезная, о вашем невежестве и мысли не было! — театрально испуганно вскинул руки в защитном жесте Роман, что не могло не вызвать у меня улыбку. Вообще, я впервые видела, чтобы кто–то так откровенно издевался над нашей Тамарой. — Сами посудите, как я смог бы назвать невеждой такого продвинутого юзера энциклопедий и каталогов? Я всего лишь осмелился намекнуть на практическое значение употребленного мною слова.
Директриса застыла в нерешительности, потом перевела взгляд на меня и спросила:
— Иванова, этот твой сосед меня сейчас оскорбить пытался?
И столько в невинном вопросе прозвучало скрытой угрозы, что в душе родилось сочувствие к Роману, и с каждой секундой оно увеличивалось и крепло. При этом, я не имела в виду что–то практически интимное.
— Что вы, Тамара Олеговна, — тут же заверила начальницу. — Юзер — это необидное слово. Им обозначают продвинутого, то есть весьма умелого пользователя компьютером.
— А–а–а-а… — протянула она.
Между строк явно читалось: «Ладно, живите, пока я добрая».
Резко развернувшись и так ничего и не произнеся вслух, директриса зашагала прочь, а мы… Для начала выдохнули и уж потом расхохотались. Причем, так сильно и искренне, что у меня на глазах выступили слезы.
— Юзер… — хрюкала я.
— Весьма умелого пользователя… — подхрюкивал мне Роман.
Покупки продолжили в прежнем составе, но я улыбалась, осознавая, что намек соседа на отсутствие личной жизни у Тамары Олеговны остался незамеченным. А может она все поняла и поэтому ушла? В любом случае, не стоит ее недооценивать, слишком грозный соперник, закаленный в суровых чисто женских коллективах.
Потратили много. Но во всех случаях, когда я сомневалась в покупке из–за ее слишком высокой цены, Роман просто клал товар в корзину. И когда заказали доставку, ибо все мешки с сухими смесями увезти на прекрасной машине не представлялось возможным, стало немного грустно. Сама от себя не ожидая подобной смелости, я вдруг спросила:
— Домой? Или у нас еще не закончились интимные планы?
А он… Роман посмотрел на меня так, что все тело от кончиков пальцев до самой макушки словно горячей волной омыло. Ох, я ничего подобного даже после прочтения самых горячих любовных романов не испытывала. Мужчина рядом со мной был такой настоящий, понимающий, разделяющий мое странное чувство юмора. И вообще, мне впервые в жизни кто–то настолько сильно нравился, что я, практически отбросив все приличия, сама пыталась затянуть маленькое приключение, прекрасно осознавая, что это не свидание, а всего лишь деловая встреча.
— У нас интимных планов на всю жизнь хватит, — почему–то хрипло произнес Роман, и его взгляд изменился, стал таким голодным, словно он меня собирался съесть вот прямо тут.
Наваждение какое–то. Я тряхнула головой и попыталась разрядить ситуацию:
— Жизнь — это долго, а некоторые интимные моменты в пять минут решаются.
— Откуда знаешь? — брови соседа удивленно поднялись, а губы растянулись в ехидной ухмылке.
— Читала, — смутилась я.
— Читала она… — передразнил Роман. — И поскольку я сегодня твой рыцарь…
— Ты рыцарь? — восхитилась его наглости.
— Да, а что? — не моргнув глазом, соврал этот наглец. — Сама посуди, от ремонта замка не отказываюсь — раз, от дракона тебя спас — два…
— От какого еще дракона? — нахмурилась я, усаживаясь в машину, потому что в эту секунду передо мной любезно распахнули дверцу. И тут до меня дошло: — Ты про Тамару, что ли?.. — почему–то спросила я шепотом.
— Что ли! — глумливо скривился Роман. — Доходит до вас, принцесса, как до утки — на пятые сутки.
— А ты… А ты… — и аргументов не нашлось, поэтому я зачем–то легонько треснула его своей пустой крошечной сумкой по плечу.
И упс!.. Сосед тут же напрягся, выпрямился и стал вмиг серьезным.
— Я не хотела! — только и смогла пискнуть.
— Поздно, Любонька. Поздно! — трагическим тоном заявил Роман. — За это ты со мной пообедаешь там, где я скажу. И немедленно, слышишь? Возражения не принимаются. Плачу, разумеется, я.
— Извини, — решила быть вежливой. Правда, это произошло спустя пять минут тишины, когда машина уже покинула парковку и влилась в поток транспорта на трассе. Кажется, эта дорога вела за город.
— И не подумаю! — заявил сосед. — Ты драчунья и дебоширка, но после десерта, если съешь его весь, я, так и быть, тебя прощу.