Батарейка (СИ)
POV Егора.
Утром меня никто не тревожил, и когда я проснулся, в комнате уже было совсем светло. Вспомнив вчерашнее, я скрипнул зубами от злости. Лучше бы уж сразу убили, чем так измываться. Но видно я им зачем-то нужен…
Я сел и тут же моё тело прострелила боль. Особенно взмолилась о пощаде многострадальная пятая точка. Суки. Твари. Уроды. Ни хуя себе мир, где позволяется хватать первого попавшегося парня, тащить его в своё логово и насиловать до потери пульса. Правда, насчёт логова я перегнул – обстановка здесь скорее напоминает роскошный дворец, но что мне с этой роскоши, если я просто абсолютно бесправная кукла для секса? И ведь удрать я пока не могу – проклятый кулончик не даст. Но так я этого не оставлю. Ненавижу. Ненавижу. Ненавижууу…
И плакать я не буду. Не буду. Не буду, я сказал. Сейчас я попытаюсь встать, привести себя в порядок и узнать о том, куда меня занесла нелёгкая. Не может быть, чтобы я ничего не придумал. Я же умный. Я всё равно найду способ удрать отсюда. И отомщу.
Тсох* - напиток из коры тсохового дерева. Пьётся горячим и охлаждённым, со сливками или с пряностями. Считается, что тсох бодрит и проясняет ум.
========== Глава 4. Обалденный новый мир. ==========
POV Егора.
Я кое-как поднялся с роскошной кровати. Зеркало тут было во всю стеночку, я ведь уже это говорил, так что я сразу же получил возможность рассмотреть себя во всей красе и прелести. Всё тело сверху донизу покрывали фиолетовые и красноватые пятна и следы… укусов? Губы распухли, волосы растрёпаны, под глазами круги. Прямо-таки шлюха после «субботника». Но даже не это повергло меня с состояние лёгкого шока. На плечах и груди невесть откуда появились изящные узоры, сплетавшиеся в абстрактный, но красивый красно-чёрный рисунок. Это что, татушка такая? Что-то я не помню, чтобы меня вчера украшали таким образом, хотя братишки оторвались на славу. Если они меня так каждую ночь употреблять будут – я долго не выдержу. Элементарно сдохну от переёба. Вот и сейчас – тело как ватное, но голова ясная… Вроде…
Но тут в комнату влетели давешние малолетние слуги, и начался дурдом на выезде. Мягко, но настойчиво они меня опять повлекли на водные процедуры, потом смазали всё тело мазью, отдающей на запах какими-то горьковатыми травами, от чего все мои внешние повреждения стали пропадать прямо на глазах, и кожа становилась гладкой и нежной. Я с иронией подумал, что в моём мире за такое чудодейственное средство отдали бы душу дьяволу все косметологи и врачи-травматологи.
Потом, что особенно порадовало, мне принесли одежду. Ничего необычного – светлые мягкие брюки и рубашку, фасончиком и длиной скорее напоминавшую короткое свободное платье и украшенное красно-чёрными узорами, похожими на те, что появились на моём теле. На ноги мне выделили мягкие удобные домашние туфли, по фасону немного напоминающие гаремные шлёпанцы без задников, и тоже расшитые похожими узорами. Потом меня расчесали и вновь подвели к зеркалу, чтобы я смог оценить результаты их стараний. Я оценил. Странноватая одёжка и волосы, которые слуги попытались уложить в причёску, делали мою половую принадлежность абсолютно неясной, но, как я понял из щебетания слуг, им казалось, что я очень хорошенький и что ни у кого из владельцев соседних земель нет такого прекрасного Источника.
Я попытался было поговорить с ними, но парни напрочь отказывались вступать в беседу со мной, хотя между собой трещали как сороки. То ли им было в диковинку, что я вообще разговариваю, то ли получили строгий запрет на приватные беседы. Мысленно плюнув, я пока отказался от этой затеи, тем более, что в животе у меня требовательно забурчало, и слуги, дружно всплеснув руками, тут же препроводили меня за накрытый стол. Сначала я удивился количеству наставленных на нём мисок и мисочек, но едва только сел, как умопомрачительные запахи съестного заставили меня просто наброситься на еду. Слуги смотрели, как я ем, и умилённо кивали. Нет, будь у меня менее крепкие нервы, я бы точно расколотил об их головушки всю столовую посуду, но жизнь в детдоме меня приучила ко всякому, и я спокойно слопал всё, что мне дали, запив здоровенной чашей напитка с изумительным медово-шоколадным вкусом. Слуги называли этот напиток «тсох» и он был куда вкуснее всех напитков моего мира, вместе взятых. Когда я поел, слуги дружненько убрали посуду, поклонились мне и бесшумно исчезли. Всё-таки по их лицам я понял, что их разбирает любопытство, но в разговор со мной вступить они так и не решились.
Оставшись в одиночестве, я начал было обдумывать, что делать дальше. Голова прояснилась и слабость в теле куда-то исчезла. Незнакомый мне мир казался, несмотря на все его красоты, на редкость отвратительным местечком, подставлять свою задницу двум придуркам-извращенцам в качестве оплаты за комфорт и кормёжку было просто противно и унизительно, а выхода никакого не предвиделось. Стоп. Если я буду думать таким образом – превращусь в того, кем меня так хотят видеть. Судя по тому, что я успел понять, меня оттрахали столь поспешно и жёстко не только потому, что я так завёл братишек в сексуальном плане. Тут было что-то ещё. И почему я – Источник? Может, это как-то связано с особенностями этого мира? Да, мне сейчас очень важно получить информацию. Как можно более полную информацию. И выяснить, есть ли у меня перспектива жить свободно и без осложнений. Почему-то мне сразу было понятно, что мне в мой мир вернуться не удастся. А если и удастся – то только в виде мёртвой тушки, пронзённой ржавыми арматуринами. Так что будем работать с тем, что имеется в наличии.
У меня сейчас в перспективе три задачи. Выжить. Удрать. Отомстить.
Отомстить хотя бы потому, что я не бесчувственная секс-кукла и не кусок мяса на рыночном прилавке. Может быть, в этом мире так и принято – но я не отсюда. И вовсе не собираюсь прощать такое.
Скрипнула дверь, оторвав меня от раздумий, и в комнату вошёл третий из братишек – младшенький. Я насторожился. Вчера он в групповухе не участвовал – может, явился с утра добрать своё? Нет уж, так просто я не дамся, зубами грызть буду, если что…
Но младшенький предусмотрительно не стал подходить ко мне слишком близко, мило так улыбнулся и сказал:
- Светлых небес тебе, Источник! Меня зовут Дальрин, не бойся меня, я не причиню тебе вреда.
Ага, щас. Так я тебе и поверил. Но если он настроен поболтать – почему бы и нет. Информации-то у меня по-прежнему с гулькин нос. Поэтому я временно загнал весь негатив глубоко внутрь и ответил:
- Здравствуй. Меня зовут Егор. Может быть, хоть ты объяснишь в какой дурдом я попал?
Глаза у парня стали круглее, чем у пластмассового пупсика, видимо столь связного ответа он не ожидал, но с удивлением он справился и ответил мне:
- Хорошо, Экор. Я буду называть тебя так. Только это не… дур…дом… а замок моих братьев. Их зовут Дальхем и Дальхаш.
- С ними я уже познакомился, - ехидно кивнул я¸- результаты впечатляют. Всю жизнь мечтал, чтобы меня трахнули два здоровых мужика.
- Правда, мечтал? – наивно поинтересовалось это местное чудо.
- Ага, - ответил я. - Теперь вот сижу и думаю – удавиться или с крыши прыгнуть.
- Ты что!!! – испуганно воскликнул он. - Даже думать о таком не смей! Амулет тебе не даст этого сделать, а Дальхем тебя сильно накажет.
- Да что ты! Уже боюсь!
- Правильно боишься, - вздохнул Дальрин, снова поняв мои слова буквально. - За неповиновение тебе могут отрубить сначала ступни, а потом ладони. Двигаться ты не сможешь, а пользоваться тобой будет даже легче. Так что не стоит, только себе навредишь.
Я замер в полном шоке и охуении, представив себе эту ситуацию, и с ходу сообразив, что может быть куда хуже, чем вчера. А этот придурок меня ещё и утешать принялся:
- Да не бойся, ты ведь мне это не всерьёз сказал, про «удавиться». А Дальхем никого зря не наказывает.