Граф Воронцов. Книга I (СИ)
— Дмитрий Юрьевич Воронцов, — окликнул он меня, — Перед тем, как сфера показала прочерки, что-нибудь было?
Вспоминая рекомендацию, честно-честно покачал головой. Отрицая все.
— А цвет тумана⁈ — он искоса посмотрел на Ягу, возможно, затыкая ее.
Немного подумал и решил не врать. Кто знает, может, цвет всегда такой?
— Серый, — спокойно ответил я.
А вот его брови поползли вверх от удивления. Даже толпа за моей спиной ахнула.
«Ворон… Ау!»
Но гордый птыц не отзывался.
«Скажи-ка мне, пернатый друг… что не так с серым цветом в вашем стеклянном мячике?»
Результат был нулевым.
— Могу поздравить тебя с зачислением на первый курс, Воронцов, — голос ректора вернул меня в реальность, — Боевой класс. Принят.
Собственно говоря, на этом все и закончилось. Пузато-усатый в компании высокого седого дрыща повели меня обратно, к фонтану, а там уже…
Там меня сопроводила бабуська. Причмокивая по мере ходьбы, она несла одну и ту же чушь. Которую, пока что, мне не суждено было узнать.
— Главное, что не черный… главное, что не черный.
— О чем это вы⁈
—… главное, что не черный.
* * *Мадам Мамзелькина, а точнее — Антонина Петровна, оказалась той еще душкой. Несмотря на свой могучий возраст аж в сто пятьдесят лет, она оказалась живчиком. И когда она сопроводила меня в одну из башен…
Она неслась по лестнице вверх быстрее меня! Даже не кряхтела! Когда я уже окончательно выдохся.
Конечно, не обошлось без подначивании в сторону моей телесной слабости и не забывала припоминать мне одну «мудрость».
— В крепком теле крепкий дух! А у тебя… как-то не по-человечески.
То, что мне нужно заниматься физическим состоянием организма, я и без нее прекрасно понимал. Но из-за уважения к ее преклонному возрасту решил никак не комментировать. Авось еще обидится, а бабулька она сильная. Магически, по крайней мере.
У самой вершины башни меня ждала старинная картина с изображением какой-то мельницы. Что было самым удивительным, так это движения на рисунке.
Лопасти мельницы реально крутились, рожь колыхалась, а маленький человечек на телеге запряженной каким-то ослом двигался вперед-назад.
От разглядывания меня отвлекла бабка.
— Здесь находится переход в мужское общежитие. Отныне ты — житель нулевого уровня, студент академии и мой подопечный. — и тут она представилась еще раз. — Запомни раз и навсегда. Я, Антонина Петровна Мамзелькина, преподаватель боевых-магических искусств и доцент кафедры магической силы.
Я это запомню, но все еще не понял одного. Почему мой старик хотел, чтобы я нашел именно ее⁈ Но она сама ответила на мой вопрос.
— Женечке передай от меня кое-что, — она вытянула сухенькую ручку, в которой костлявыми пальцами держала небольшую коробочку, — Лично в руки. Если проигнорирует, голову отгрызу.
Сомнений в ее словах не было.
«Значит… давняя знакомая?»
Но и тут был ответ.
— Я его просьбу помню. Не дам тебе сгинуть раньше времени, но и не думай, что тебе легче учиться от этого будет. Семь шкур сдеру, всю дурь и пот из тебя выбью. Но если…
Ее веко сузилось, хоть глаз и остался таким же.
— Если я учую от тебя дурман, которым пичкаешь других, или узнаю, что ты торгуешь на территории академии… то я.
Я выставил перед собой руки и замахал ими.
— И в мыслях не было.
Мой ответ ее устроил.
— Спасибо, господе, что душа человеческая попала. Хоть человеком станет…
Так… у меня внезапно вопросы появились к деду. И как понять «хоть человеком станет»? Прошлый же ушел с концами… или нет?
Пока я раздумывал, Баба Яга уже начала уходить.
— Погодите, что связывает вас с Михалычем? — решил сразу выяснить все у нее.
Но лучше бы этого не делал. Она обернулась ко мне, да так ухмыльнулась, что меня всего передернуло…
Дед, ну и изврат же ты…
* * *Комната, в которую я попал… внимание! Шагнув в картину! Была достаточно просторной. Имела две койки, огромное окно, и большой персидский ковер на полу. Соседа не намечалось пока что, так что я вдоволь отлежался, выбрав кровать около окна.
Вещей у меня не было. Ни личных, ни выданных — никаких. Поэтому обустраиваться не пришлось. На всякий исследовал всю комнату вплоть до миллиметра и, ничего интересного не найдя, вернулся на кровать.
— Действительно Хогвартс. Живые картины, спальня за картиной… Не хватает только двигающихся лестниц и страшных монстров в подвалах…
«Не буди лихо, когда оно тихо, Дима». — внезапно заговорил Ворон. — «Все же ты в изнанке и даже нулевой уровень изнанки не всегда безопасен. А если произойдет прорыв, то сюда хлынут орды тварей из уровней пониже».
«А тут поподробнее, пожалуйста!»
«Я же рассказывал, что изнанки нестабильны! Это касается и твоего мира. В любом месте может открыться случайный портал на другие уровни ближайшей изнанки и через эти порталы в мир могут попасть твари изнанки. Каждый прорыв это большие человеческие жертвы и поломанные судьбы, ведь не всегда рядом окажется маг, способный сражаться с тварями изнанки».
На мгновение я потерял дар речи…
Ну а Ворон и не думал умолкать.
«Это опасный мир, Дима. Он может многое предложить желающему, но у всего есть цена. Не стой на месте, становись сильнее и ты осилишь эту цену».
Мне следовало переварить эту информацию, но это потом. Сейчас же я внимательно слушал Ворона, который делился очень важной на данный момент информацией.
Например ночевать я обязан здесь. Выход с территории академии — только по разрешению Мамзелькиной. Но, как я понял, если имеется бизнес или что-то еще, в этом не было никаких проблем и таких вот «бизнесменов» спокойно отпускали решать дела. Впрочем, Ворон был уверен, что мне и отпрашиваться не придется.
Про черную дымку он ничего не сказал — не захотел, а вот про серую…
В истории мира было всего пять магов, которые, коснувшись сферы знаний или сферы уровня, разрушили ее. А перед этим, в серой дымке были показаны настоящие их уровни. Все пять магов стали в будущем врагами всего живого.
Один — маг смерти. Второй маг-стали. И все таком же духе.
«Хорошо, а я тогда кто? Методы прокачки наталкивают на мысль, что я вообще сущее зло, по типу некромантов? И потому я должен скрывать свой уровень?»
«Нет. Это совпадение…»
«Все совпадения — как случайности. А случайности не случайны, — ответил богу словами одной черепахи, — То есть, ко мне будет больше внимания, чем к остальным?»
«Сомневаюсь, — честно ответил тот. — Ваша группа сама по себе уникальна. Только сильные аристократы, да еще и боевой курс. Не думаю, что ты будешь сильно выделяться среди толпы. С учетом того, что я почувствовал рядом с тобой детей, которые уже на уровень выше тебя. А они, прошу заметить, только поступают».
Со слов ворона понял еще одну вещь, свой уровень можно маскировать. И он настоятельно порекомендовал кое-что сделать, как я научусь контролю.
«Никому не показывай цифру семь. Тем более, что она в твоем случае, очень размыта. Не забывай, что, находясь в среднем мире, ты убиваешь существ второго уровня Изнанки. А это…»
Это я и так без него понял. Как и то, что, если я сам окажусь на втором уровне Изнанки, меня там в порошок сотрут. Это здесь, «в родной Изнанке», я — царь и бог, и все мне посильно. А вот в настоящем.
За такие мысли ворон мысленно кольнул меня в висок. Хоть это было без физического воздействия, было больно.
«Нельзя думать о том, что средняя изнанка», — он опять меня «уколол», — «Нельзя жалеть о своих словах», — опять кольнул, — «Ладно-ладно, шуток, блин, не понимаешь».
На этом мы закончили сеанс «связи», Ворон замолчал, а я просто пытался переварить.
Единственная роскошь этой комнаты — радиоприемник допотопного вида, неожиданно издал странный пшик, после которого из него полился голос диктора.
Откашлявшись, он не с первого раза, но проговорил информацию на ломанном русском языке.