Хранительница Дворцового сада (СИ)

— А ты не боишься, что вторым ударом тебя может убить.
Эйдан вдруг засмеялся. Довольно нервно и неловко, но…
Провел ладонью по лицу.
— Нет, — сказал он. — Тот удар магией никак не повредил мне. Меня оглушило, да. Я потерял сознание. Рукава обгорели… Но мне самому это никак не повредило, даже ожогов нет. Ну да, покраснело немного, но уже все сошло. И даже наоборот, у меня такое впечатление, что часть этой силы так и осталась во мне.
— Разве такое бывает? — спросила я. Книгу отложила. Это совсем не те разговоры, на которые я рассчитывала, но не менее интересно.
— Так бывает со всеми хранителями, — сказал Эйдан. Помялся и все же подошел ближе, сел на краешек кровати, правда, как можно дальше от меня. И все равно, я оценила этот шаг. — Первая в жизни молния часто оглушает, — сказал он. — Мало кто может выдержать и остаться в сознании. Выйдет ли из парня хранитель — определяет не это, а скорее степень ожогов на коже. Если ожоги сильные, то, скорее всего, молния помощнее, настоящая, с неба, а не в учебном зале — убьет. Если ожоги слабые, но есть шанс попытаться примерить крылья.
Он улыбался. Слегка дико и слегка странно, так, что мне становилось не по себе.
— Значит, ты мог бы быть хранителем? — сказала я.
Эйдан покачал головой.
— Вся штука в том, что это не небесная молния. Сила, которая ударила в меня там — это совсем не та сила. Вернее… я не знаю, как объяснить правильно, я сам еще не разобрался. Гиллеврей считает, что это был не небесный огонь, а огонь Бездны.
— Темная сторона силы.
По-дурацки звучит, если говорить это в реальности и всерьез.
— Что-то вроде того, — согласился Эйдан. — Самое интересное, что в самом начале, сразу после Распада, когда только появились хранители, все было устроено немного иначе. И вместе с ними был еще хранитель Бездны. Было четыре пары цветных крыльев у хранителей Земли, белые у хранителя Небес и Огненные у хранителя Бездны. Кстати, ты знала, что изначально хранитель Небесного свода и хранительница Дворцового сада — это один человек? Одна. Правда, потом как-то это разделилось, думаю, просто не хотели отдавать такую силу в руки женщины, тем более, чужачке. Хотя изначально такая сила была и у своих…
У Эйдана лихорадочно блестели глаза. Я прямо чувствовала, как мысли и новые идеи роятся в его голове.
— Это ты все вычитал? — спросила я. — Роул говорил, что книга о зарождении службы хранителей должна быть у тебя.
Эйдан кивнул.
— У меня. Хлоя, ты не понимаешь. Крылья Роула — это твои крылья! Они должны быть твои. Ты сильнее его.
Ох, ты ж…
Вот только крыльев мне еще не хватало! Я вообще высоты боюсь.
Как-то даже слегка нехорошо стало.
— И что ты хочешь этим сказать? — спросила осторожно.
— Хлоя… — он начал, потом вздохнул.
Потом поднялся на ноги, прошелся по спальне туда-сюда. Вдохнул поглубже, собираясь с силами. И, наконец, решился.
— Хлоя, я вообще-то о другом хотел поговорить, когда шел сюда. Думаю, ты права, нам сначала стоит разобраться между собой, а уж потом… Возможно, все это не случайно и у нас с тобой есть шанс что-то изменить. Подожди, не говори ничего. Слушай, я… — он дернул воротник, словно тот душил его. — Ты не хочешь прогуляться со мной?
— Прогуляться? — удивилась я.
— По крышам, — сказал Эйдан.
Возможно, этой мой шанс, но…
— Я не умею. Я вообще очень неуклюжая, я свалюсь. И я боюсь высоты.
— Я буду крепко держать тебя, — сказал Эйдан. — Прости… мне очень тяжело говорить здесь, а там все намного проще. Не знаю, почему так… Пожалуйста, пойдем со мной. Я буду все время держать тебя за руку, ты не упадешь.
Хорошо.
Я переоделась. Эйдан тоже надел свои ботинки, которые не дают упасть с крыши.
Это было немного странно, но такой случай я не хотела упускать. Видела, насколько это важно для него.
А настоящую причину он мне сказал только потом, когда мы уже сидели на крыше собора. Он сказал — в его спальне, скорее всего, есть магическая прослушка. Это не точно, и, может быть, у него просто паранойя, но он не может откровенно говорить там.
 
Да и просто, на крыше дышится легче. Я видела, как напряженные морщины на его лбу разглаживаются, как он начинает спокойней дышать. Возможно, все этот только в его голове, но сегодня я готова сыграть по его правилам.
Он держал меня за руку, как и обещал. Еще в спальне протянул, я осторожно коснулась… Я видела, что ему стоит серьезных усилий сделать это. Но он хочет. Может быть, ради меня, может, просто назрела необходимость что-то преодолеть в себе. Может быть — исключительно ради спасения мира.
У него здоровенная лапища, между прочим, сильная, крепкая.
Но пока мы шли, он все равно смотрел в сторону. Ладно, пусть так. Первый шаг сделан.
По коридорам, длинным галереям во внутренний двор, и потом огромный пустой храм Гойра. На алтаре поблескивает огонь… Куда-то в бок и по винтовой лестнице наверх, безумно долго и высоко, так, что у меня ноги заболели, я тяжело дышала. «Еще немного», — Эйдан виновато улыбался мне.
На башенку и открытую площадку.
— Нам туда, — Эйдан показал на огромную ротонду в центре.
Нужно перелезть балюстраду и пройти по крыше, по самому коньку. Да здесь этаж десятый, наверно, по высоте!
— Да ты совсем сдурел?
— Я буду крепко держать тебя, не бойся, — Эйдан внимательно смотрел на меня и моей руки не выпускал. — Мне упасть не дадут волшебные ботинки, а тебе не дам упасть я.
— Зачем это?
— Пожалуйста, — попросил он.
И все же, заскоков у принца — хоть отбавляй. Но это честно, с другой стороны, он пытается справиться со своими страхами, я со своими.
— Только очень крепко держи, — согласилась я.
Он серьезно кивнул.
И так легко, отработанным движением, перескочил через парапет на крышу. Протянул мне руки.
— Давай, Хлоя.
Вот куда я лезу?
Главное, вниз не смотреть.
Перелезла, неуклюже, но как смогла. Эйдан честно держал меня, стоял совсем рядом, так, что я постоянно чувствовала его руки и даже его дыхание.
А вот поставить на ноги не смог. У меня просто ноги подгибались, и я не могла сделать и шаг. Вернее, на месте еще более-менее стояла, схватившись за него, но двинуться — уже никак. Голова кружилась.
Тогда Эйдан подхватил меня на руки и понес. Я уткнулась ему в плечо, и мне все равно, что он там думает. Мне страшно.
Дойдя до конца, до ротонды в центре, попытался поставить меня ноги, задумчиво хмыкнул.
— Ладно, — вздохнул. — Я думал вон туда, наверх. Но туда ты не залезешь, и мне тебя не затащить.
Я глянула и ужаснулась. Как он себе это представлял? Едва ли не выше моего роста… хотя там, как раз, вполне удобно бы было сидеть. Но высоко. Я не полезу.
— А что, были такие, кто соглашался туда?
— Да, — сказал он.
— Я точно не полезу.
Невольно вздрогнула даже.
— Ладно, — Эйдан вздохнул и чуть виновато улыбнулся. — Тогда посидим здесь, тут тоже хорошо. Вид красивый.
— Может и красивый, но я даже не хочу смотреть. И не говори мне, что я привыкну. Я только ради тебя, ради разговора по душам. Первый и последний раз.
— Хорошо, — согласился он. — Садись. Можешь прислониться спиной к стене, так удобнее, а я здесь. Не бойся, я так и буду держать тебя за руку.
И все же, он волновался сам. И чем дальше, тем больше это было заметно. Не высоты он боялся, конечно, чего-то другого… Прошлого. Своих мыслей.
Я села, кое-как устроилась поудобнее, стараясь не смотреть вниз, а только на него. Не выпускать его руки ни на секунду.
Эйдан сел тоже. Нахмурился.
Он долго молчал, я молчала, давая ему время собраться с мыслями. И я уже хотела было начать сама…
 
Эйдан вздохнул, облизал губы.
— Меня Нив научила лазить по крышам, — сказал он. Решился. Он смотрел куда-то в одну точку, перед собой. — Нивен. Нам было лет по пятнадцать… Не знаю, может быть, тебе уже что-то рассказали? — он быстро глянул на меня.