Липовый барон

Я замутил с брюнеткой, у которой спал на бедре. Халла, баронесса Вандис. Имений нет, весь её ранг только от того, что батя у неё камердинер [63] при короле. Все имения – это дом в Мрачном, замка нет, силы за её отцом, кроме связей, нет никаких. Обычная баронесса из «новых», у которых благородных в роду почти нет никого. Дворяне второго сорта.
Кстати, по поводу дворян второго сорта, к коим и относится мой самозваный батюшка. Это особая каста за выслугу и подвиги. В отличие властительных, названые имеют как преимущества, так и обязанности.
Первые не платят налоги. Совсем никаких! Ну и до кучи – ряд прав и привилегий. Вторые платят налоги, возведены в ранг от барона и выше. Однако есть попущения на торговлю.
Старому дворянству, что присоединилось к новому королевству, тогда было невдомёк, что торговля – это нехилый кусок в прибыли, не всё решается отказом от того, чтобы платить налоги. Старому дворянству приходится изворачиваться, чтобы официально караваны им не принадлежали…
Есть ещё третья градация дворянства, так называемые домашние. Они, в отличие от названых, произведены в ранг баронами, графами, маркизами и герцогами. Прав нет никаких, а налоги платят и королю, и сеньору.
Есть какая-то градация, что домашний барон ниже названого, но я на этом себе уже всю голову сломал. Сам черт себе ногу сломит на разницах в титулах и привилегиях.
В общем, замутил я с брюнеткой. Не подумайте ничего лишнего, но к телу она меня допустила только на третий раз, хотя, по слухам, некоторым перепадало и на первый, и это несмотря на симпатию ко мне, что я инстинктивно чувствовал. Я понимаю, где я, а где властительный граф, точнее, его сын, не будем на него показывать пальцами. У кого есть мозги, сам догадается, на кого я намекаю.
Впрочем, кор-сэ́ Адрус Латьяун просветил меня касательно некоторых моментов. Меня считают бастардом, но с перспективой. Единственный наследник барона. Мой «отец» из новых, названых, но со своей землёй. Латьяун не сказал, но я понял, почему его батя не против, чтобы я общался с ним, а не с нищетой вроде моего десятника.
На это, по ходу, и клюнула названая баронесса. Я не буду гнать, что все бабы – мелочные и расчётливые скотины. Это так, и это факт, у всех женщин инстинкт – оставить своих детей в полном шоколаде. Их не поменять, и потому это надо принимать как данность. Так же как и бабам не поменять некоторые черты мужиков, которые мы сами за собой не замечаем.
А вот так вот, мои родные. Прежде чем судить кого-то, посмотрите сами на себя. Мы сами во многом не лучше. Это объективно и справедливо, если эти слова для вас что-то значат. Так сложилось, и всё на этом…
Впрочем, прежде чем я с Халлой переспал, много чего ещё произошло. Я опять поставил на аукцион Гумуса. Выручил аж целых тринадцать золотых. Помогло то, что Халла и ещё одна бабёнка поднимали ставки.
Эстетам и прочим морализаторам скажу: «Заткнитесь!» От оруженосца не убудет: ему – в кайф, а мне – прибыль!
Скажу ещё одно. Я, наученный своим опытом, почти сразу отдал выигранные деньги Гумусу, ну, почти все. Я свою подлую пьяную натуру знаю: пропью, прогуляю или проиграю. Таким манёвром я сохранил девять золотых из тринадцати, четыре опять проиграл.
На эти пьянки высшей знати я брал с собой Юдуса с Иваром. Первого – из-за прогиба перед непосредственным начальством, а второй мне просто нравится.
Юдус, как ни странно, кого-то уломал и потом обжимался с ней за занавесками. Ивар тупил. Хороший боец – это не только счастье в бою, но и проклятье в мирной жизни.
Кто знает фанатов любого рода деятельности, связанного с риском, тот меня поймёт. Им бабы не нужны: они во всем себя пытаются контролировать, вместо того чтобы просто расслабиться. Сам таким был в молодости и потому знаю на своей шкуре. Потащишь такого фанатичного придурка с собой в бордель, так он ещё отбиваться будет…
С Халлой вначале, до того как мы переспали, получилось вообще нелепо. Я вёл себя настолько развязно, что ей надо было бы реагировать. Дала бы пощёчину, но нет…
 
Что было потом, я плохо помню. Уединились куда-то, чтобы я без свидетелей объяснился, ну и как-то всё само собой произошло. Раз пошла со мной после всего произошедшего, значит, не так уж я и накосячил! В противном случае не пошла бы! Что творится в головах у женщин – хрен знает. Говорю по факту.
Халла меня чуть ли не изнасиловала. Набросилась с поцелуями в каком-то закутке. Мои шаловливые ручки освободили её грудь из плена глубокого выреза, задрали подол платья и кучу прочих юбок под ним, и всё это не прекращая целоваться. Я прислонил Халлу к какой-то стене. Так стоя и воссоединились. Она извивалась, сдерживала звуки и кончила раньше меня, что и неудивительно, учитывая, сколько я до этого выпил. Ну вот как-то так всё и было.
Из этой мимолётной интрижки на тот момент я усвоил только то, что благородные дамы не носят трусов. Так-то этот элемент одежды вообще не пользуется популярностью в королевстве, но, насколько я знаю, у некоторых трусы заменяют панталоны до колена под кучей юбок. Так вот, Халла не носила и этих панталон. Сквознячки, наверно, любит или, может, рассчитывает на кого-то вроде меня.
Потом над нами ещё подшучивали в компании, дескать: «Куда мы вдвоём удалились? Почему у баронессы так блестят глаза? И почему она придерживает лиф платья?»
С платьем мой косяк – немного в спешке надорвал. По своим эмоциям скажу другое. Несмотря на то что я обычно считаю таких женщин… В общем, и на старуху бывает проруха.
Баронесса, против моего ожидания, не устроила тихого наезда из категории: «Теперь мы вместе». По факту получилось что-то вроде «дружим организмами», и всё на этом. Сейчас я понимаю, что это было что-то вроде хитрого хода по заманиванию меня, попытка выработать привычку к постоянству, которое вроде как не жмёт ограничением моей свободы. Принцип тот же, что на рыбалке: хитрой рыбе надо дать заглотить поглубже и резко подсекать в сторону. Что тут сказать? Я не первый и не последний, кто попался на эту уловку…
И как мне относиться к ней после этого?! Явно не дура. А может, рассчитывала на более выгодную партию и потому не спешила гнать меня к алтарю. В любом случае, не глупа, а за это можно уважать. Это уже немало, учитывая тот факт, что к уму в данном случае прилагается красота.
* * *
В дальнейшем кураж начал набирать обороты. Я догадываюсь, кто послужил катализатором и предложил посетить кварталы черни. Вовремя сказанное слово в одном разговоре, намёки в другой компании, мол, мужиков много, а дам на всех нет… И как-то в один момент все спонтанно вспомнили о Весёлом городе. Что там, просто завопили о черни. Едем в Весёлый город!
Дворянки – на каретах, дворяне – на конях. Ивар, единственный почти трезвенник и, наверное, девственник, зорко озирается по сторонам. Так-то спасибо, родной, что ты после моего рассказа о том, как меня будут убивать при любой оказии, мечтаешь увидеть и первым достать убийцу.
Тебя я, Ивар, понимаю. Молод и силен, крут. А где свои навыки проявить?! Я буду не я, если тебя не спою и не подложу под тебя лучшую шлюху. Хотя по своему опыту знаю, что тут нужна не проститутка, а дама сердца. Идеал, пусть даже и придуманный, на который надо молиться и который толкает на подвиги.
Для справки: культ прекрасной дамы – это не только историческое явление, это ещё и явление психологическое, если и не психиатрическое. Сам таким был и могу доверять своему опыту…
Кто бы что там ни думал, но в Весёлый мы ехали не просто из прихоти. Я помню, где наибольшее количество борделей, и потому всю дорогу кричал, что самые высокие шлюхи мои, мне в мелких узко…
Гнусно и мерзко для кого-то звучит, но таковы правила игры. Как ещё мне найти женщин с Земли, кроме как по росту?! А вот так вот, мои родные. За одной мыслью всегда прячется другая, если и не третья. Почему мухи родятся? Потому что! Но сначала присядьте на корты и «не выдыхайте», первые три ответа забудьте, среди пяти оставшихся ищите смысл.