В любви и на войне все средства хороши! Книга 2 (СИ)

Но тут вмешалась сама судьба, не иначе. Потому что Рон сам внезапно покачнулся и мучительно застонал. Глаза его закрылись, словно от сильнейшей боли и он, откатившись от меня, перевернулся на спину, хватаясь руками за голову. А я вдруг почувствовала, как ровный поток магии, перетекающий из меня куда-то дальше, вдруг истончился и иссяк, словно в нем больше не было необходимости.
Странно, амулет и так был полон под завязку, так куда же она уходила? Или… Рон! Не может быть, чтобы моя магия подпитывала его. Он же ведь давно выгорел и уже не может работать с потоками. Или для магии это не играет роли? В любом случае, сейчас ему плохо. Очень! А я даже не знаю, чем ему можно помочь, чтобы облегчить страдания? Разве что, отправить в беспамятство, чтобы не было болевого шока? Так и ему помогу и себе путь расчищу.
Сказано — сделано. Хорошо меня Грэг натаскал, нужную точку я нашла сразу. Сильное нажатие и спустя пару секунд мужчина обмяк под моими руками. А я, убедившись в том, что сердце бьется размеренно, а дыхание стало глубоким, быстро соскочила с кровати на пол. Одеться и переплести растрепанные волосы в тугую косу — было делом пары минут. Еще некоторое время понадобилось на то, чтобы снять с шеи Рона мой накопитель. А потом найти в его вещах нарисованный от руки план пещер. Веревки, к сожалению, не нашлось, но полагаю, я и без нее смогу обойтись. Не бегать же сейчас по постоялому двору в поисках недостающего снаряжения?
Хотела было оставить Рону взамен его медальон, но почему-то это у меня не вышло. Шнурок на котором он висел, словно укоротился и теперь ни в какую не хотел сниматься. Разумный этот артефакт что ли? А разве такие бывают? Просто обрезать шнурок ножом почему-то рука не поднялась. А вот взять кинжал Рона с собой не побрезговала. Хоть какая-то, а иллюзия защиты. Так мне как-то спокойнее стало на душе.
В последний раз, окинув взглядом распростертого на постели мужчину, я не удержалась и, подойдя ближе, в последний раз приникла поцелуем к его губам. Думать, что на прощание не хотелось. Пусть будет «на удачу»! Заботливо укрыв его одеялом, я тихо вышла из комнаты, притворив за собой дверь, и вернулась к себе.
Оставшиеся сборы провела в рекордные сроки, постоянно опасаясь, что сейчас вот-вот кто-то ворвется ко мне и остановит. Но все было тихо. Только в крови моей постепенно разгоралась искра какого-то сумасшедшего азарта и странного предвкушения. Вот она, настоящая опасность и в то же время реальный шанс прекратить затянувшуюся, давно уже никому не нужную войну! И я это сделаю. Не знаю, чего мне это будет стоить, но сделаю обязательно! Я так решила.
  
Глава 27
 
Как я добиралась по дороге, а потом по лесной тропе до побережья, минуя «заградительные зоны» — это отдельная песня. Чуть не заблудилась в дороге. Но вышедшая вовремя из-за туч луна не дала заплутать в лесу и помогла добраться до нужного мне места в целости и сохранности.
Безмагическую зону я, как и в прошлый раз совсем не почувствовала, зато как только со всего размаха влетела под действие инфразвука, тут же стрелой отбежала обратно на безопасное расстояние. Пришло время проверять мою задумку в деле. Почти пустой амулет ментальной защиты, я прижала к своему накопителю и ненадолго чуть приоткрыла «створки», позволяя магии перетекать из одного предмета в другой. Раньше я так делать не умела, но сегодня, пока ждала ночи, чтобы пойти к Рону, попробовала поэкспериментировать и к своему огромному удивлению поняла, что и это могу теперь делать. Возможно, дар развился в достаточной степени, чтобы проявились разные способности манипуляций с магической энергией. Вот только сама я от этого магом так и не стала. ЧуднО.
Вновь ставший работоспособным амулет, дал мне возможность с легкостью преодолеть опасное место и вскоре я вышла на побережье, где и наткнулась на лежащую у самой кромки воды лодку. С ней тоже пришлось повозиться, сначала отвязывая веревку от дерева, а потом сталкивая лодку в воду. Она, как назло, оказалась ужасно тяжелой, но упорства и злого азарта мне было не занимать и в конце концов этот раунд тоже остался за мной!
 
Свой первый опыт гребли веслами я, наверное. Не забуду никогда! В руках матросов. Доставлявших нас на корабль и потом на берег, эти куски дерева загребали воду с поразительной ловкостью и силой. А у меня так и норовили вырваться из рук и уплыть в море. Или перевернуть лодку вместе со мной. В общем, промучилась я с ними долго, пока, наконец, не приноровилась немного. И все равно те самые обещанные сто-сто пятьдесят метров показались мне длинною в целый океан. Хорошо, хоть погода стояла относительно безветренная и волны были не слишком большими.
Когда я благополучно вылезла на берег, мне захотелось упасть ниц и расцеловать этот мокрый холодный песок. Но я смогла сдержать этот порыв, собрав последние силы и вытащив лодку как можно дальше на песок, чтобы ее не унесло волной. Дав себе несколько минут на отдых, я поднялась на уже заметно дрожащих ногах и отправилась дальше к видневшейся впереди скале с черным отверстием огромной пещеры, ведущей в самое ее чрево.
До цели моего путешествия осталось совсем немного и пока удача сопутствовала мне. Надеюсь. Так будет и дальше.
Осторожно пробираясь полутемными тоннелями, ведущими вглубь горы, я обмирала от страха, но упрямо шла вперед. Азарт и боевой задор, будоражащие кровь и кружившие голову, когда я решилась на эту авантюру и сбежала спасать мир и любимого уже давно прошли, оставив после себя четкое понимание совершенной непоправимой глупости. Но отступать было поздно. Осталось лишь довести задуманное до конца.
Поэтому я кралась как настоящий шпион, шаг за шагом приближаясь к цели своего путешествия. Участки, наиболее ярко освещенные закрепленными на стенах факелами, старалась миновать как можно быстрее. Темный дорожный плащ с низко надвинутым на голову капюшоном не только помогал сливаться с темнотой, но и защищал от гуляющих в тоннелях сквозняков, заставляющий трепетать факельное пламя, отбрасывающее на стены причудливые тени.
Пару раз мне показалось, что я заметила какие-то притаившиеся фигуры, но списала это на свое разыгравшееся воображение. Тем более, что встречи с несколькими патрульными обходами, я пока успешно избегала, вовремя ныряя в попадавшиеся ходы-отнорки или забиваясь в какую-нибудь расселину и молясь при этом всем богам, чтобы моя маскировка и плохое освещение скрыли меня от чужих глаз. Пока помогало. Никто меня не заметил, не окликнул, не остановил. И это придавало хоть немного уверенности в том, что все идет хорошо. У меня все получится.
* * *
Тем временем, за медленно крадущейся по коридору фигурой неотрывно наблюдали две пары внимательных глаз.
— Долго мы еще будем следить за этой неумехой? Зачем вообще это нужно? Пристрелить ее по-быстрому и дело с концом, — в шепоте говорящего слышалось глухое раздражение. Ранний час и гулкие, продуваемые всеми ветрами коридоры, заменившие ему удобную койку в казарме, явно не располагали к хорошему настроению.
— Да погоди ты, вечно спешишь. Чуть что, сразу пристрелить! Как новое оружие выдали, так в любого готов палить, не задумываясь. Потому до сих пор в лейтенантах и ходишь, — спокойный тихий голос его собеседника явно выдавал в нем человека вдумчивого и хладнокровного. Этот никуда не спешил, игнорируя мелкие неудобства, вроде пыли, покрывающей пол и острых камешков, впивающихся в тело. — Тут понять надо. Недавно депеша пришла с предупреждением о странной активности отавийцев в связи с нашим проектом. Похоже, они начали что-то подозревать. Поэтому и у нас удвоили караулы.
 
— И что с того? Вот к нам пришел лазутчик, значит, нужно его убрать и дело с концом. А ты ей еще и пройти даешь. Специально караулам приказал топать погромче, чтобы издалека слышно было. Даже ловушки отключил. Небось, прямо к самому негатору подпустишь. А ведь ее еще на берегу засекли. Там бы и порешили. Чего возиться-то?