В любви и на войне все средства хороши! Книга 2 (СИ)

Слишком быстро все происходит. Слишком стремительно. Словно, придя к согласию с самой собой и разрешив себе довериться Рону, я отпустила долго сдерживаемые чувства на волю. В отместку они затопили меня с головой. Всегда такая спокойная, предусмотрительная, сдержанная, сейчас я просто не узнавала себя. Даже в эмоциях к Максу все было намного более рационально и отстраненно. Теплота, нежность, волнение — да. Но то, что я раньше принимала за любовь — ею точно не было. Теперь я это точно знала. Потому что тот ураган чувств и эмоций, который будил во мне Рон не шел ни в какое сравнение с прошлым опытом.
Про те отношения, что были у меня до знакомства с Максом и вспоминать не хочется. Краткая мимолетность, навеянная тоской и страхом одиночества, завершившаяся слишком быстро, чтобы быть чем-то настоящим.
И вот сейчас я с волнением ожидала того момента, когда мы вновь останемся с Роном наедине. Как он поступит тогда? Как мне вести себя с ним? Как не сдаться под напором его нежности и страсти? Да и стоит ли вообще пытаться перед ним устоять?
Однако все мое беспокойство и предвкушение стало бессмысленным. Как только я осознала. Что Грэг взял нам всем отдельные комнаты. Точнее, когда мы зашли на постоялый двор, он заказал нам две комнаты. А уж потом, подошедшие по очереди Рон и Макс тоже взяли себе по одной. Как я поняла, сделано это было для конспирации. Словно мы и не вместе идем. Разумно.
Вот только когда я за ужином спросила об этом Грэга, он не только подтвердил мою догадку, но и добавил, что таким образом он держит свое обещание, данное мне в Саутаре: никаких больше совместных комнат с Роном. А потом с невинным видом добавил, что на обратном пути после выполнения задания, мы сможем аннулировать наш брак прямо в этом городке. Храмы здесь имеются, так что проблем быть не должно. Пара фраз жреца, подтверждение обоюдного согласия — и мы в разводе. Проще простого! Но сначала — первоочередное, потом уже личные дела.
От его слов я надулась, как мышь на крупу. Даже аппетит резко пропал. Какой развод? Я же уже почти передумала! Вот прохиндей нам достался в начальники. Слово он свое держит, как же! А по-моему, так просто издевается. Не слепой же он, в конце-то концов, явно видит, что с Роном у нас дела пошли на лад, а все туда же.
Однако возразить мне ему было пока нечего. И предъявить — тоже. Обещал — делает. Он — молодец, а я— дуреха непоследовательная. Охо-хонюшки, запуталось-то все как… Да и Рон тоже хорош: молчит, ничего не говорит конкретного, только смотрит и целует изредка. Кошмар!
От охватившего меня разочарования, я не стала долго засиживаться за столом и через силу запихав в себя остатки ужина, поднялась к себе. Все равно, похоже, до завтра мы с Роном и Максом не встретимся, они тоже новую легенду поддерживают. Хотя предыдущая мне нравилась гораздо больше!
Пребывая в полном раздрае эмоций и чувств, я наскоро помылась, — в этот раз забота Грэга о моем комфорте восторга не вызвала, хотя благодарность была, — и легла спать. Быстрее засну, быстрее настанет завтра.
Проснувшись утром от тихого стука в дверь, ощутила себя выспавшейся и полной сил, но вот глухое раздражение так никуда и не ушло. Вопреки робкой надежде, Рон ночью ко мне не пришел. Хотя на что я вообще рассчитывала? И откуда вообще подобные ожидания взялись?!
Умылась, оделась и собралась я быстро. Завтракала с Грэгом в молчании. Просто не было настроения говорить. А он и не пытался вести со мной беседы. Сам о чем-то напряженно размышлял. Парой слов обменялись лишь когда нам принесли заказанную в дорогу еду. По настоянию Грэга разделили ее поровну, разложив по своим вещмешкам. К чему бы это? Неужели разделяться планирует? Надеюсь, мне не придется дальше идти одной? Тем более, что наших спутников я в зале не приметила. Уже ушли? Или позже догонят?
Но одну меня, вопреки опасениям, не оставили. Город мы покинули вместе с Грэгом, направляясь дальше пешком по тракту. Однако прошло еще не меньше часа, прежде чем с обочины дороги из-под полога густого смешанного леса раздался тихий свист. Услышав его, Мортон тут же свернул в сторону, утягивая меня за собой и, как только отошел подальше от тракта, свистнул в ответ. Вскоре рядом появились Рон и Макс. Причем, подошли со спины и так тихо, что я их даже не услышала, вздрогнув от неожиданно заданного вопроса:
 
— У вас все в порядке?
Спрашивал Рон, вроде, Грэга, но я чувствовала его внимательный взгляд на себе. А когда обернулась, поняла, что не ошиблась в своих ощущениях. А еще заметила, что Рон почему-то хмурится при этом.
— Все чисто. А у вас?
— Слежки не было, — ответил уже Макс. — Подозрений не вызвали.
— Хорошо. Тогда дальше сделаем так. Ты, Рональд остаешься с Эрин и пока двигаетесь вдоль тракта, но лесом. Мы с Максом пока отлучимся, но скоро вас догоним. На тракт не выходить, вдвоем не светиться. Понятно?
— Так точно! — явно привычно отчеканил Рон. — Один вопрос, наставник, как вы потом нас найдете?
Ответ прозвучал коротко и для меня лично совершенно непонятно:
— Медальон.
Но Рону, видимо, и этого хватило. Понятливо кивнув, он подошел ко мне и встал рядом, словно охраняя. А стоило нашим спутникам раствориться под сенью леса, взял за руку и повел за собой.
И все бы ничего, вот только молчание, повисшее между нами, было каким-то натянутым. Не то самое чувство, когда хорошо с человеком помолчать рядом, все и так понятно без слов, а совсем другое. В воздухе разлилось напряжение. Казалось, что идущий впереди мужчина, крепко сжимающий мои пальцы, чем-то недоволен и это заставляло меня нервничать.
Ведь я очень рада была видеть его после краткой разлуки, а он как будто бы и не очень. Что могло послужить тому причиной, мне было непонятно. Но оставаться в неведении и дальше, накручивая себя всевозможными предположениями одно другого страшней, было и вовсе невыносимо.
Поэтому, замедлив ход и чуть потянув руку на себя, я остановилась. А потом, не размениваясь на экивоки, прямо спросила:
— Рон, что-то случилось? — голос, вопреки попыткам сказать это спокойно, прозвучал как-то жалобно. — Что-то не так? Объясни.
Ответом мне был сдавленный стон отчаяния, словно Рон смирился со своим поражением. А когда он резко ко мне обернулся, я чуть не отшатнулась, пораженная бушующими в его взгляде эмоциями, основной из которых было чувство острого голода. Казалось, мог бы, так и съел бы меня всю, без остатка.
Стремительным движением прижав меня спиной к широкому стволу сосны и склонившись к лицу, он прошептал почти в губы:
— Прости, Эри, но я так больше не могу! Это выше меня! — после чего впился в них жадным, сводящим с ума поцелуем.
Тело его прижималось ко мне так близко, практически вдавливая в твердый, шершавый ствол, что я со всей откровенностью ощутила нарастающее возбуждение мужчины. И это заставляло кровь бежать по венам быстрее, от ощущения привычного уже в его объятиях чувства эйфории.
У меня и в мыслях не было возмутиться таким наглым произволом. Более того. Я и сама приникла к нему, жарко отвечая на поцелуи, оглаживая его плечи и спину руками и даже не пытаясь сдерживаться, взять себя в руки, прервать сладкое безумие охватившее нас обоих. Мир просто перестал существовать. Или мы превратились в его незаметную частицу, растворившись друг в друге и став единым целым.
Не знаю, как далеко это могло бы зайти, но первым остановился Рон. Чуть отстранившись, он уткнулся мне носом в макушку, крепко прижимая к себе и словно уговаривая сам себя лихорадочно, с мукой в голосе зашептал:
 
— Нам нужно остановиться, милая. Не то я возьму тебя прямо здесь и сейчас. Ты такая сладкая и мягкая. Такая желанная. И вся моя. Моя! Слышишь? Моя… Но сейчас не время. Не так у нас с тобой все произойдет. Я хочу любить тебя долго и страстно на постели, когда нам никуда не нужно будет спешить. Когда ты сама придешь ко мне, осознанно и добровольно, а не сдашься, поддавшись влиянию момента. И потом останешься со мной. Навсегда. Потому что брак наш будет подтвержден и аннулировать его ты уже не сможешь. Я подожду.