Доверь мне свое имя (СИ)

– В первый раз, когда ты воздействовал на нас музыкой, – попыталась вспомнить я. – Тогда ребята нашлись в своих комнатах, и мне показалось, призрак привиделся под влиянием твоей магии.
– Ладно, допустим. Такое могло быть. Дальше?
– Потом она подсела ко мне на скамейке у озера. Я решила, что она живая. Мы разговаривали, а потом она растаяла. И в лазарете Маделена тоже появлялась. И тоже исчезла.
Сокол забегал по жилищу Дерека из угла в угол. От выражения его лица становилось страшно. Возникло ощущение, будто что-то неотвратимое нависло над нашими головами, а мы и не заметили. Но ведь Маделена – только дух!
– Значит, так. – Эден остановился перед нами. – Я немедленно подниму всех на поиски этой девицы.
– Призрака? – изумилась я.
– Лучик, ты никогда не была пустоголовой, нечего и начинать.
– Эден, Маделена исчезала прямо у Лучика на глазах, – возразил Дерек.
– Да, потому что она знает истинное имя ректора этой академии и прикрывается защитной магией! – выпалил император. – Подумай сам, твоя Маделена является исключительно к Лучику. Почему? Потому что Лучик тебя знает, Лучик к тебе спускалась, на нее так легко повлиять – она наивная восемнадцатилетняя девушка, которая верит в призраков, насланных злым принцем.
– Только в первый раз, – пробормотала я, чувствуя смущение. А потом до меня постепенно дошло, о чем толкует Сокол… – Подожди! То есть она хотела через меня…
– Выманить Дерека из подземелья – как вариант, а потом внушить тебе что-нибудь. Мало ли! Ты еще не умеешь защищаться. Почему именно для тебя открылся проход? Может, это не академия отреагировала на твой страх, а Маделена внесла коррективы? Сама она по каким-то причинам до Дерека добраться не могла, а тут ты – милая невинная девочка, которой так легко задурить голову! А коронация – удобный момент, чтобы показать всем, какое ректор чудовище, избавиться от Нокса – единственного подозреваемого, а заодно и от меня. Если ее подослал дядя, все логично. И Маделена ваша жива. Она убила Глорию Нокс и теперь желает избавить дядю от неудобного племянника.
– Подожди, – осадил его Дерек. – Если она жива, то должна что-то есть. Полагаешь, она три года ворует на кухне, и никто этого не замечает?
– Логично, – кивнул Эден. – Значит, Мирра должна быть с ней в сговоре. Немедленно с ней побеседую.
– Я с тобой, – нахмурился Дерек. – Если это действительно Маделена…
– То она сможет опять на тебя повлиять, ты на нас кинешься, а она уйдет. Нет уж! Побудь пока в подземелье. Здесь, похоже, безопасно. А я навещу кухарку.
– С Эденом пойду я, – сказала тихо. – И, Эден, ты ведь не единственный представитель императорской семьи в академии. Нужно усилить охрану императрицы и Света.
– Я приставил к ним Мрака, – внимательно посмотрел на меня Сокол. – Но ты права, если у нас тут бродит та, кто запер ворота академии, одного Мрака может быть недостаточно. Идем на кухню, после я найду, кто будет присматривать за Марией и Светом.
– Я скоро вернусь и обо всем тебе расскажу, – пообещала Шторму.
– Буду ждать, – ответил он. – Будьте осторожны, Маделена опасна. Тем более, зная мое истинное имя. Это она тут сейчас заправляет, не я. Конечно, при условии, что она действительно жива.
– Вот и проверим, – рыкнул Сокол и первым направился к выходу из подземелья. Мне оставалось только поспешить за ним.
  
УРОК 19. Нет таких тайн, которые не становятся явью
 
На минуту мне показалось, что подземелье не выпустит нас – слишком я была напугана! Если у Маделены есть над ним власть, разве так сложно нас запереть? Сюда никто не проберется, и мы умрем от голода. К счастью, опасения не оправдались. Дверь открылась, мы очутились на первом этаже. Эден не смотрел на меня, слишком сосредоточенный на своих мыслях. По крайней мере, мне так казалось ровно до того момента, как император остановился и обернулся.
– Позволь задать тебе вопрос, Лучик, – серьезно сказал он.
– Да, конечно. – Я вдруг почувствовала себя кроликом перед удавом. Давно меня не посещало такое ощущение рядом с Соколом.
 
– Что происходит между тобой и Дереком? Между вами отношения?
Ноги вдруг сделались ватными.
– Я люблю его, – ответила тихо-тихо, а Эден лишь склонил голову, принимая мой ответ. – Но как ты…
– Иногда мы бываем слепы, Лучик, – холодно ответил он. – А иногда видим больше, чем нам хотелось бы. Что лучше, как ты считаешь?
– Не знаю.
– Вот и я не знаю. Но Дерек Эвернер – хороший человек. Надеюсь, ты будешь с ним счастлива. Если, конечно, все будут живы.
На этом Сокол счел наш разговор исчерпанным, развернулся и продолжил путь, а я почему-то ощущала себя несчастной и виноватой. Я ведь ничего не обещала Эдену! Так отчего настолько больно? Будто я его предала. Наверное, это испытывает каждый, кто не может ответить на чувства человека, которого считает другом.
А император летел впереди, и те, кто попадался у нас на пути, торопились убраться. В столовой в это время было пусто. Эден сразу свернул в коридор, который вел на кухню, и без стука распахнул двери в обитель мисок и поварешек. Мирра как раз драила кастрюли, ей помогали трое студентов.
– Ваше величество? – изумленно переспросила кухарка, будто не поверила своим глазам.
– Ожидали кого-то другого? – презрительно спросил Сокол. – Или императоры не ходят по кухням? Оставьте нас!
Студенты мигом исчезли, и на кухне находились теперь лишь я, Эден и Мирра. Кухарка дрожала, будто над ней навис дикий зверь, а Сокол резко спросил:
– Где прячется Маделена?
– Что? Кто? – Мирру затрясло сильнее, она попыталась отступить, но Эден перехватил ее за передник и подтянул ближе.
– Маделена. Бывший преподаватель академии, возлюбленная Дерека Эвернера. Где она? И прежде, чем скажете, что вам это неизвестно, вспомните о том, кто сильнейший маг в академии. Это не вы. И даже не ваша подруга, которую вы покрываете.
– Я не знаю, где она прячется, – мигом сникла кухарка. – Ваше величество. Клянусь! Она всего лишь несчастная девушка. Ректор Эвернер поступил с ней подло…
– Скорее уж, она с ним, – хмыкнул Сокол. – Но я готов выслушать вашу версию. Говорите, Мирра, или вам придется пожалеть о нашей сегодняшней встрече.
– Я все скажу!
Мирра упала на стул, а Эден так и стоял над ней, контролируя каждое движение. И, если честно, в эту минуту и я сама не стала бы спорить с его величеством.
– Мы с Маделеной поладили с ее первого дня в академии, – вздохнула кухарка, начиная свой рассказ. – Она приехала сюда такой молоденькой, восторженной. Думала, сможет учить студентов магии. А затем ректор Эвернер стал не давать ей прохода, шантажировал: если она не будет с ним, то вылетит из академии.
Я слушала – и понимала, что это полнейший бред! Дерек никогда бы так не поступил, не тот он человек. Видимо, понимал и Сокол, он лишь сильнее нахмурился, слушая рассказ Мирры, но не перебивал.
– Потом бедная девочка была вынуждена стать его любовницей, – продолжила кухарка. – Но не стерпела унижений и применила против него магию. Ректор Эвернер пропал, а саму Маделену я встретила в парке, голодную, несчастную. Да, она все еще живет в академии, только об этом никому нельзя знать! Иначе ректор…
– Да замолчите уже! – выкрикнула я, не в силах слушать подобные глупости.
– Нет, пусть говорит, – обернулся ко мне Сокол. – Итак, вы подкармливали Маделену все это время.
– Я оставляла для нее пищу в парке, – ответила Мирра. – У озера есть беседка, там она ее забирает.
– В котором часу?
– Не знаю, обычно я оставляю ее с наступлением темноты, и утром ничего нет. Прошу!
– Эй, студенты! – крикнул Сокол. – Как вас там… Лис! Дуб!
Ребята, которых он ранее выгнал, заглянули в двери.
– Берите кухарку и сопроводите ее в карцер, – скомандовал Эден. – А потом найдите декана Ферроуза, пусть позаботится, чтобы пленница никуда не подевалась и ни с кем не разговаривала. Лучик, за мной.