Доверь мне свое имя (СИ)

– Я пойду, – сказала, поднимаясь на ноги. – До встречи на занятиях, Дерек.
– Скоро увидимся, Лучик, – ответил он.
Увы, полчаса – это так мало! Хотелось остаться, продолжить наш разговор, но Нокс правильно поступил – Дереку нужно отдыхать. Наговоримся потом. Я же покинула подземелье, поднялась в свою комнату и долго стояла у окна, глядя на парк – к счастью, уже почти освобожденный от последствий бури. И даже не подозревала, что это были последние спокойные мгновения на долгие дни вперед.
  
УРОК 11. Много мужества нужно, чтобы задать вопрос. Еще больше – получить на него ответ
 
На следующий день из лазарета выпустили Сокола. При этом от практикумов его освободили еще на неделю, а вот на лекции принц явился, вызвав волнения среди студентов. Тот, с кем они не желали садиться рядом, вдруг снова стал для них героем, и ряды вокруг его обычного места были забиты битком.
– Наконец-то, – пробормотал Зной. – Теперь мы точно не будем сидеть рядом с Соколом.
Но возмущался он больше по привычке – случившееся после соревнований изменило все. Прошлые обиды были забыты, войны прекращены. А в лекционном зале появился его высочество, не подозревая, какие бурные обсуждения вызывает его персона. А может, и подозревая, я не спрашивала. И вообще догадывалась, что его выпустили из лазарета только потому, что у Виллы сдали нервы – когда Соколу было скучно, он становился совершенно невыносим, и закрытые во второй раз ворота академии не прибавляли ему благодушия.
За Соколом следовали Мрак и Медведь. Кузена его я пока не видела, да и вообще мало сталкивалась со Льдом в последние дни. Эдену так и не рассказала о нашей встрече на лестнице – не желала беспокоить, пока он болеет, но стоит все-таки это сделать.
Принц остановился, обвел взглядом ряды студентов и направился к нам.
– Сгинь, – привычно буркнул на Инея, дождался, пока у моего друга закончатся эпитеты в его адрес, и сел рядом.
– С возвращением, – кивнула я. – Ты снова ведешь себя как…
– Принц, – подсказал Сокол, пока Мрак и Медведь размещались за нашими спинами.
– Полнейший принц, – вздохнула я. – Как самочувствие?
– Лучше не бывает, – заверил его высочество. – Отлежал все бока, сосчитал все трещинки на потолке, готов убивать.
Похоже, его и чума не возьмет… А среди пятикурсников бурлили народные волнения – на нас бросали взгляды, что-то бурно обсуждали.
– Ты разочаровал своих поклонниц, – заметила я. – Дамы готовились, прихорашивались, а ты!
– Что? – усмехнулся Сокол.
– Не сел с ними.
– А был обязан?
Я пожала плечами. Не был, конечно. Да и соскучилась я по его невыносимому высочеству, что уж таить? Впрочем, появление декана Брега положило конец нашей беседе. Началась лекция.
Занятия тянулись, как обычно. Будто для четвертого и пятого курса все еще был в них смысл. Для первого он остался неизменным – наша магия должна была полностью раскрыться, и вне академии этого не случится.
Следующий конфуз произошел в столовой – за стол принца пытались вернуться те, кто не так давно его покинул. Сокол окинул взглядом однокурсников и занял другой стол – свободный. Зной, Иней и Клен уже начали посмеиваться. Даже с важным видом сели рядом с Соколом.
– Опала? – спросил у него Зной, и это был едва ли не первый раз на моей памяти, когда Зной первым начинал разговор с принцем.
– Опала, – кивнул Сокол, усмехнувшись уголками губ. Он оставался совершенно спокоен, будто ничто происходящее его не заботило. И вообще, как мне показалось, думал о чем-то своем. Поговорить бы с ним… Потому что в лазарете рядом всегда были чужие уши, да и меня впускали максимум на десять минут – больному нужен был покой.
– Уделишь мне полчаса сегодня вечером? – неожиданно спросил Сокол.
Я даже вздрогнула.
– Да, конечно, – ответила торопливо.
– Тогда после ужина встретимся у двери в парк, – сказал он.
– Договорились.
Видимо, не только мне хотелось обсудить с ним происходящее, но и наоборот. Заодно расскажу о подозрениях Пушинки. Кстати, Лед не явился на обед. Сокол это никак не прокомментировал. Он кузену, конечно, не нянька, но неужели вообще не обратил внимания, что его нет? И на лекцию Лед так и не пришел.
 
– А где это твой братец? – спросил Иней.
– Простудился, разбирая завалы в парке, – ответил Сокол. – Теперь принимает горячее питье из рук прекрасной Пушинки.
Судя по лицу Инея, он жалел, что Лед не подхватил что-то похуже простуды. Но вопреки всему между нашим курсом и компанией принца воцарился хрупкий нейтралитет. Я была искренне этому рада – надоело разрываться между друзьями. После обеда мы направились на практикум, затем на отработки, а после ужина, надев теплое платье и пальто, я вышла в парк, надеясь, что по вечерней прохладе Сокола придется ждать не слишком долго.
Впрочем, он уже был здесь. Шагнул ко мне из темноты, слишком бледный в светлой куртке, больше похожий на привидение.
– Долго ждешь? – спросила я, подходя ближе.
– Нет, – ответил он. – Да и потом, после лазарета и запаха лекарств хотелось вдохнуть свежий воздух. Прогуляемся?
Принц предложил мне локоть, и мы медленно побрели вдоль аллеи. Сокол глядел на изломанные деревья и думал о чем-то своем. Я тоже молчала, прислушиваясь к шороху листьев под нашими ногами. Так мы и шли почти до самого озера, сели на скамью у воды.
– Ты хотел поговорить, – напомнила я.
– Да, – согласился Сокол. – Только разговор будет непростым. Послушай, Лучик…
И замолчал. Я смотрела на него, ожидая продолжения, а принц медлил. Затем все же заговорил:
– У меня было много времени на размышления в лазарете. Ты знаешь, эти три года… Сначала я сходил с ума от злости, потом вроде бы смирился, затем начал злиться еще больше, ненавидеть весь мир. Когда узнал о смерти отца, готов был на все, чтобы выбраться. А теперь… теперь вот остановился, и оказалось, что все это время я бежал по кругу.
– Это не твоя вина, – сказала тихо.
– Моя, – возразил Сокол. – Так вот, мне было, о чем подумать все эти дни. И… Почему так трудно подбирать слова?
Я все еще не понимала, о чем он. Наверное, о чем-то глубоко личном. Поэтому просто сидела рядом и ждала, пока слова отыщутся.
– Я люблю тебя, Лучик, – вдруг проговорил принц.
– Что? – Показалось, будто ослышалась.
– Я люблю тебя, Лучик, – уверенно повторил Сокол. – Ты заставила меня снова начать дышать. Поначалу мне казалось, дело в том, что ты здесь лицо новое, и мною движет любопытство. Желание забыться, возможно. Но нет… Я… влюбился. Так глупо… Никогда не думал, что это со мной произойдет. У меня есть невеста там, за пределами академии, Лучик. Мы никогда не виделись, мне известно лишь ее имя, титул и то, что однажды она должна стать моей женой. И меня это устраивало. Так живут императоры. Мой отец тоже женился не по любви в первый раз, и мне не казалось это чем-то неправильным. Они с матушкой хорошо ладили, много времени проводили вместе. Она была очень умной, моя мама. Мари тоже умная, но она другая, слишком мягкая. Наверное, это он в ней и нашел. Прости, я не об этом…
А я не знала, что ему сказать. Никогда в жизни не чувствовала себя хуже. Разве может быть что-то более болезненное, чем момент, когда твой друг признается в своих чувствах, а ты любишь его, но только как друга? Как близкого человека, почти брата… Но не как мужчину.
– Понимаю, ты вряд ли ожидала услышать нечто подобное. – Сокол посмотрел на меня. Впервые за все то время, что говорил. – Но я не тороплю тебя с ответом.
– Подожди!
В голове все путалось. Как ему сказать, чтобы понял? Как объяснить?
– Я слушаю, Лучик, – тихо ответил принц.
– Сокол… – Теперь у меня слова никак не желали находиться. – Ты дорог мне, правда. Очень дорог, но… я тебя не люблю. Не хочу, чтобы ты ждал напрасно.
– Твое сердце занято? – уточнил он.
Я кивнула.
– Что же… – Сокол поднялся со скамьи. – Тогда просто считай, будто этого разговора не было, Лучик. Меньше всего мне хотелось тебя огорчить. Забудь.