Черные пески (СИ)
— Не-ет! — продолжал уныло протестовать тот, мотая головой, — Нет!
В его глазах плескалось непонимание. Не может же он, такой замечательный и умненький взять и умереть, просто выпив какой-то там воды? Не для того его мама на свет рожала и вообще так не бывает в его картине мира. Мы сражались за эту воду с падальщиками, несли ее несколько часов по одуряюще жаркой духоте, бегом минуя места, от вида которых кровь стыла в жилах. Мне не было жаль этих глотков, но спускать бестолковому щенку наглость я не собирался. Бить малолетнего дебила непедагогично. Значит, этот вечер сплошных унижений он запомнит надолго.
— Пока ты еще в сознании, скажи, что на могилке твоей написать?
— Боря интересуется, как тебя зовут, убогий. — перевела мой вопрос Дарья, подключаясь к воспитательному процессу.
— Ты врешь! — обрадовался он своей догадке. Вцепился в нее как утопающий в соломинку, — Он же врет⁈ Да, врет!
Насчет отдельной могилки, само собой. Похороны здесь проходят незатейливо. Подробностей он пока не видел, но по косвенным признакам должен догадаться, что копать здесь могилу напрасный труд.
— Воду вонючем болоте набрали, — безразличным тоном подтвердила Дарья. — Тебе же говорили: не пей, козлёночком станешь.
— Он не говорил! Он угрожал! — парень разрыдался, — А я же не знал! Я не виноват!
Достал свой новый боевой ножик и принялся нарезать на дощечке стволы «грибной травы», чтобы сменить пористую сердцевину в верхнем сегменте фильтра. Попутно продолжал морально наказывать неотеска.
— Это малогребущий фактор. Главное, ты умрешь. Примерно к утру твое тело почернеет, и ты обернешься упырем. Слабеньким и глупым, так что разницы ты даже не почувствуешь. Ты это, давай на выход, к своим будущим коллегам. Нам твой кровавый понос и корчи здесь не нужны. Мы тут живем, спим, едим. Пойми нас правильно. Не доводи до греха.
— Разве так можно? У вас есть лекарство? Зелье там какое? Должно быть лекарство! Вы же тут давно, наверняка есть! Дайте мне, я потом отработаю!
С парнем приключилась истерика. Ему очень хотелось жить. От одержимых с мертвяками убежал, а от боевого поноса — никак не сбежишь.
— Вот, это деловой разговор. Ладно, давай еще раз, как тебя зовут?
— Семен. Кашин.
— Сначала приберись за собой, Семен.
Указал на лужу желудочного сока с желчью посреди храма. Парень кивнул, наклонился за веником и его стошнило прямо на стену. Дарья грязно, под стать ситуации, выругалась. Вот беда, теперь воспитательный процесс затянется. А у меня на остаток дня были совсем другие планы.
Айна на правах хозяйки покормила своих подопечных. Странные, словно плохие копии людей, они ели с жадностью, игнорируя жуткий смрад сгоревшей плоти и блевотины. Не часто им доводилось досыта поесть в прошлой жизни. Вспомнились одержимые, убитые в первый день, они ведь тоже постоянно жрали. Не только в момент нашей встречи — их раздутые животы красноречиво говорили, что совсем недавно они дорвались до обильной пищи.
Нам же с Дарьей кусок не лез в горло. Из-за упыриной вони, пережитого стресса и насекомых, слетевшихся на пир. Пришлось мне с недотепой возиться, направляя его усилия советом. Потом успокоил парня, что насчет смерти пока твердой уверенности нет, но вот пронесет его наверняка. Сам занялся подготовкой к фильтрации добытой воды.
Даша нашла в себе силы пообщаться с Айной в надежде найти ответы на мучившие нас вопросы: кто виноват и что делать? Чужая речь в исполнении рыжей попаданки звучала не слишком уверенно, да и длинные ответы Айны она то и дело прерывала нервным жестом, погружаясь в раздумья. Краткое резюме по итогам разговора получилось таким: Айна считает нас Добрыми Странниками, кем-то вроде персонажей сказок. Наше появление здесь связано с Тысячеликим богом. Раньше считалось, что мы его союзники и призваны участвовать в вечной войне со Скверной. Теперь принято считать, что мы и есть порождения Скверны.
— Они там, у нее на родине, часом не охренели с такой логикой?
— Нет, просто власть поменялась. Ее город захватила Уния Праведников, которая чтит своих собственных богов, а Тысячеликого снисходительно терпят, поскольку он сдерживает Скверну лучше остальных.
Дарья закончила рассказ:
— У прежнего повелителя этого ее Мухосранска была жена из наших. Праведники ее сожгли за колдовство.
Пользуясь паузой, Семен влез в разговор, но был дружно послан. Настроение не подходящее, чтобы отвечать на глупые вопросы. Следовало обдумать новую информацию. Расспросить сорколина. И решить вопрос с осаждающими храм покойниками.
Глава 10
Когда Боец, это имя за бывшим рабом-солдатом закрепилось с общего одобрения, окончательно пришел в себя, Дарья расспросила его через Айну, как тот здесь оказался. Сорколин говорил кратко, предложения давались ему с большим трудом. Айна немного дополняла, а Дарья домысливала в процессе перевода.
А дело было так. Некий военачальник Крил Ковул в честь рождения сына, это важно, выставил своих боевых слуг на поединок против опытного гладиатора Золтана Куветли. Во славу богов и по древнему красивому обычаю. Сначала пару, потом тройку с неизменно печальным результатом — рабы погибали от ударов умелого воина. Лилась на арену кровь, Крил Ковул и его гости пировали и радовались, прочая публика неистовствовала. Во второй тройке смертников шел наш рассказчик. Он ранил гладиатора копьем и сразу потерял сознание. Другие бои, свидетелем которых ему доводилось бывать прежде, всегда заканчивались одинаково. Слуги складывали тела поленницей и те исчезали с залитой кровью арены «при великом свете и громе» по воле высшего жреца. Во дают стране угля! Используют телепортацию для уборки трупов, которые летят прямиком сюда. И жрецам удобно и нам не скучно!
Айна от себя добавила, что так «хоронят» не только рабов и казненных преступников, но и нищих, умерших от болезней, погибших на полях сражений. Некоторым покойникам отрубают или разбивают головы — такие не восстают, а служат пищей нежити и здешнему зверью. Ага, именно от них остаются скелеты, а вот восставшие благодаря скверне упыри распадаются золой и хрупкими осколками костей. Еще один пазл сложился, дополнив картину мира. Можно сказать, сорван покров тайны с появления костяных завалов, виденных здесь неоднократно.
Слово за слово, выяснились другие любопытные подробности: гладиаторские бои обычное дело в теократическом государстве Унии Праведников. А четырехпалые рабы — это искусственные квази-люди, выращенные особыми жрецами для войны, тяжелой работы и прочего. Насчет «прочего» Айна по малолетству раскрыть постеснялась, но мы люди взрослые, всю глубину падения местного общества додумали сразу. У бесноватой девки все половые признаки в наличии, например. Это я мимоходом разглядел, пока она корчилась в припадке. Хотя смотреть там, прямо скажем, не на что. Накормить, обнять и заплакать.
По просьбе Дарьи свою историю злоключений рассказала Айна. Девушка родилась в селении или районе, было не очень понятно, но пусть будет поселке Нижние Цветущие ступени, название которому дали возделываемые террасы южного склона гряды. Местечко на окраине крупного населенного пункта с поэтическим названием Гром Бога гор. Про сам город она знала, что он большой, в нем «тысячи и тысячи» жителей, которые одеваются ярко, едят сытно, живут торговлей и ремеслами. Еще есть каменные храмы, все много больше и красивее нашего, а самый огромный из них Дом Бога. Вокруг невыразимо красивые, высокие и просто огромные дома из гладкого камня. В три-четыре этажа или даже выше. В городе полно чудес, и первое — купол, защищающий жителей от Вековечной тьмы и ее порождений. Другое чудо — многоярусные сады, полные дивных цветов и деревьев, что дают сладкие плоды круглый год. Там бьют фонтаны, возвышаются статуи богов, царей и героев, поют птицы и наслаждаются жизнью лучшие люди. Вода с гор сама течет в дома знати и потом уходит под землю. Есть в ее бывшем городе театр. Удивительное место, о котором ходит много разговоров. Много больше, чем о дворце и сокровищах Повелителя. А еще несколько раз в год случаются празднества. Все одеваются в лучшие одежды, украшают дома и волосы цветами, досыта едят, поют и танцуют.