Жена двух мужей (СИ)
Глупости. Со всем можно жить. Вернее, без любви можно жить спокойно… До тех пор, пока эта любовь не перевернет твою жизнь вверх тормашками.
Как по сказочному замку, я словно маленькая любопытная девочка бродила по дому, заглядывая в комнаты. Кухню я оставила на «закуску» , потому что там мне нужно будет основательно обжиться. Два стильных санузла – на первом и втором этажах. Четыре спальни и кабинет, он же библиотека.
Я вдруг почувствовала себя Татьяной Лариной, попавшей в дом Онегина. Чуть ли не на цыпочках обошла стеллажи с книгами, потрогала корешки…Много новых изданий, но есть и старые – очевидно, привезенные из дома. Фантастика, исторические, много книг по праву, бизнесу. Да, настоящая библиотека взрослого мальчика.
Рабочий стол и большое удобное кожаное кресло.
Вспомнилась сказка «Три медведя». Вот сейчас сяду в него и как начну раскачиваться, по-детски ловя кайф от неодобряемого в свете поступка, а потом грохнусь и сломаю его. А потом запрыгну на кровать Савы в надежде уловить его запах, раскинусь звездой или сгребу его подушки и буду валяться бессовестной счастливой тушкой.
А потом придет Строгов и как начнет рычать: «Кто сидел на моем кресле и сломал его? », «Кто валялся на моей кровати и измял ее?!» «Ой, а кто это тут лежит?!»
Я счастливо хихикнула своим фантазиям и нагло плюхнулась в хозяйское кресло.
Погладила гладкое отполированное дерево крышки стола, потрогала блестящие, наверно бронзовые ручки на выдвижных ящиках, а потом не удержалась и потянула один из них на себя. Было жутко стыдно, но так хотелось взглянуть на те мелочи, которые Сава считал нужным держать под рукой.
Выдвинув ящик, я поняла, что значит фразеологизм «Ящик Пандоры». То, что ни при каких обстоятельствах нельзя открывать, чтоб не накликать беду.
Поверх всего лежал обычный тетрадный лист с выраженной линией перегиба и неровным краем – свидетельством того, что его просто вырвали и не удосужились обрезать. Лист был бы обычным, если бы не одно но – он был заламинирован!
Еще не прикасаясь к нему, я почувствовала нервную дрожь, будто меня одним махом из лета перенесли в холодную осень.
Глава 17
Еще не прикасаясь к нему, я почувствовала нервную дрожь, будто меня одним махом из лета перенесли в холодную осень.
Плохая девочка Маша из сказки, потому что сует свой нос, куда нельзя. Черт, конечно, нельзя, и я никогда бы не полезла, но мной двигало что-то такое, чему я не могла противиться. Интуиция, бес толкал, не знаю. Я взяла его и, если бы стояла, рухнула б точно. Перед глазами, очевидно, от подскочившего давления словно запрыгали черные мушки. Меня кинуло снова в жар, и дышать стало нечем. Состояние такое, будто душа с телом расстается.
Я закрыла глаза и попыталась усмирить рвущееся дыхание. Этого не может быть! Мне просто снится дурной сон…
Однако острые края ламинированного листа врезались в ладонь, давая понять, что это не дурной сон, а более кошмарная действительность.
«Савелий! Спасибо за наши отношения, все было замечательно. Но теперь все изменилось. Я хочу, чтоб ты трезво оценил ситуацию. Что меня ждет с тобой? Полунищее существование? Твой отец уехал, значит, никаких связей, чтоб устроить твою жизнь, нет. А я молодая и красивая, и хочу жить достойно. Мне надоела бедность. Поэтому, когда вернусь от бабушки, я выйду замуж за Романа. Не твоя Алена».
Я сидела замершим кузнечиком, будто меня прошила молния, не в силах даже пошевелиться. Кровь молотом билась в висках, лишая возможности соображать. Этого не может быть! Чтобы как-то прийти в чувство, я буквально вцепилась зубами в запястье. Боль оттянула на себя чувствительность, немного утихомирив шум в голове.
Наконец я смогла снова взглянуть на бумагу. Я не употребляю наркотики, практически не пью, с гипнотизерами не сталкивалась. По голове не били, чтоб я могла забыть как это написала. Мозги отказывали соображать, глаза – верить себе. Но я не сплю – след от укуса еще хорошо заметен.
Аккуратно, словно боясь, что рассыплется положила компромат на себя туда, откуда взяла, и чтоб еще раз убедиться, что я не спятила и это не мое больное воображение такие штуки выделывает, я пошла в ванную. Лицо мочить простой водой нельзя, поэтому я просто стащила джинсы подставила ноги под холодные струи. Не голова, но все-таки. От заледеневших ног поползли мурашки по коже, заставляя шевелиться и шевелить мозгами.
Я снова вернулась в кабинет. Достала злосчастный листок. Да, почти мой почерк. Буквы овальные, ровные, без каких –либо фирменных загогулин. Только не мой. У меня привычка сильно надавливать на ручку, словно запечатывать слова. Но здесь без нажима. Значит, кто –то подделал мой почерк и вручил это Саве.
У меня снова заколотилось сердце. Теперь понятно, почему он уехал, не дождавшись, пока я приеду. Понятно, почему он меня «не узнал», почему со мной разговаривал, как с падшей женщиной – с плохо замаскированным презрением.
Божечки! Я снова вернула на место улику и спешно выскочила из кабинета. Какой-то бразильский сериал?! Это невозможно! Я что, избранная, что со мной такое приключилось? Мысли носились в голове, как шарики в барабане спортлото, так же хаотично и бестолково. Впервые в жизни я почувствовала, что хочу выпить чего-то крепкого. Чтоб только остановить этот чертов барабан, от которого начало уже мутить.
Я думаю, Сава не обидится, если я приложусь к какому-нибудь коллекционному винишку. Ага-ага! Особенно, если в доме нет еды. Пойду лучше попробую спокойствия подзанять у природы. Благо за ней не нужно далеко ходить. Заодно и осмотрюсь. Я надела шорты и пошла к прудику, снова потянувшись к воде. И это решение меня спасло от неминуемых неприятностей.
Только я уселась на большой валун, намереваясь опустить ноги в воду, как ворота разъехались, и машина Савы выкатилась на дорожку. Не замечая меня, он ринулся в дом, очевидно, забыв что-то важное. Пару минут отсутствовал, затем вышел на крыльцо и, увидев, что я изображаю русалку, ринулся ко мне.
- Что ты делаешь? Осмотрелась уже? – его глаза превратились в стальные лезвия, полоснувшие по моей не умеющей врать душе. Со страху, что я сейчас дрожью в голосе выдам себя, я бессознательно нашла лучшее решение. Неловко повернулась, собираясь слезть с камня, и сама камнем плюхнулась в воду и забарахталась, как собачонка.
- Алена! – испуганно вскрикнул Строгов. – Не ушиблась? Вон же специальный заход пологий.
Но я ничего не могла сказать, потому что стресс накрыл меня с головой.
Видя, что я не совсем в себе, он скинул туфли и, легко перемахнув через каменное ограждение, прыгнул ко мне. Подхватив меня под мышку, мощными гребками он увлек меня туда, где было мелко.
Если до этого я не могла ему ответить, то сейчас и вовсе потеряла дар речи – Сава подхватил меня на руки и понес в дом.
Первый страх прошел, и Сава начал выговаривать мне.
- Что ж ты, как маленькая?! Тебя нельзя одну оставить?
- М-м-можно! – трясясь от страха и волнения, заикаясь, пробормотала я.
От того, что Сава взял меня на руки, а сначала прыгнул в воду в одежде, чтоб спасти меня, я просто потерялась и чуть не забыла, как дышать, замерла мышкой и боялась, что у меня случится истерика от переизбытка эмоций. Мозг просто отказывался воспринимать действительность.
- Ты на камне сидела, как Русалочка. Только без хвоста, наверно, поэтому и пришлось тебя спасать. Ты халат себе купила? Вода хоть и не холодная, но ветер свежий, поэтому сейчас высушись и чай горячий выпей. Дрожишь, как осиновый лист. Замерзла?
Я не могла сказать, что дрожу не совсем от холода, а скорей от нервов, и ничего не могу с этим поделать.
- Алена! Ты ж еще и еды небось не заказала! Честное слово, как ребенок, глаза да глаз за тобой нужен!