Искаженная спираль (СИ)
— Харука-сан, ты посвятила Шин-куна в нашу ситуацию с боевым крылом?
— Хай, Хизуми-доно, даже начала составлять график…
— Погоди, я думаю есть смысл передать этот груз Шин-куну, все же у тебя есть и другие обязанности. Сама-то что скажешь?
— Хизуми-доно, по словам Вашим, Шин-сан в делах боя, более искусен, а дела с учебой пригляда требуют и внимания.
— Ну вот и отлично, перескажешь Шин-куну имена и график, да и спокойно займешься своими обязанностями.
— Хай, Хизуми-доно, благодарю Вас.
— И Харука-сан, вне церемоний и не при посторонних — деловым. Тебя, Шин-кун, это также касается.
— Хай… - увидев мою благожелательную рожу бойцы решили исправится.
— Как скажете, Удзумаки-доно, — сказала Харука и срулила по делам.
— Хай! — тоже, вполне соответствуя статусу-рангу-деловому ответил Шин.
— Шин-кун, расскажи о себе.
— Хай. Джонин, специализации печати на земле и воздухе, стихии вода и ветер, ниндзюцу знаю слабо, на уровне чунина. Тайдзюцу Удзумаки знаю в соответствии с рангом, Кендзюцу несколько хуже, но владею на неплохом уровне. Кеккай..
— Погоди, Шин-кун, в бою я тебя видел и скажу тебе прямо, весьма впечатляет. Кстати, я бы хотел, чтобы ты занялся тренировкой перспективных. Да и меня погонять стоит, хотя несколько позже. Я-то в печатях и кеккайдзюцу на уровне хорошо если токуджо, а остальное генин, не выше. А первый вопрос был о том, как в стране источников ты оказался, да еще с семьей.
— Хизуми-доно, отдыхал на момент разрушения Узушиогакуре с семейством, в онсене. Узнав о атаке, ушел в леса, построил дом. Мстить, не вырастив сына, счел недостойным. Позволите вопрос?
— Да, Шин-кун, задавай.
— Ваша скорость, Хизуми-доно, это не скорость генина. Я не встречал джонинов, работающих столь быстро, если это не нинтайдзюцу райтона. Вы, по моему скромному мнению, недооцениваете себя, Хизуми-доно.
— Это, даже не знаю, как тебе объяснить-то. В общем, моя скорость — это простое телесное мерцание. Никаких печатей и секретов, но я могу немного управлять им, да и вижу окружение. Почему — не знаю, но отличий от обычного шуншина в моем нет. А вот во владении техниками шиноби, кроме ряда нин техник, все, как я тебе и описал. Ну может чуть лучше, тренировался, но по книгам, сам понимаешь, толк если и есть, то невелик.
— Благодарю за разъяснение, Хизуми-доно. За тренировки возьмусь, по вашему слову.
— И да, Шин-кун, мне будет нужен глава боевого крыла. Надеюсь им станешь ты.
— Хай, Хизуми-доно, я вас не подведу.
Ну а нормально перекусив и окончательно отойдя от “травматических обнимашек”, поперся я стену колупать, ибо надо рожей мелькать, скорбной и горделивой. Да и занимался я стеноколупанием еще пару дней.
А еще через пару дней, к вечеру, в Конохагакуре приехал второй приличный человек в этом мире, дайме Хи но Куни.
29. Мы делили тень огня
А за ужином нагрелся переписывательный амулет. На свиданку звал меня сам змеиный саннин, Орочимару рекомый. Подумал я, да и морду салфеткой, перед выходом, вытер. В целях сохранения высокого культурного облика.
Сам Змеелюб поджидал меня в подворотне, с видом таинственным и значительным, отвел за пару кварталов и продемонстрировал занимательное зрелище.
Из здания администрации дружным потоком, аки муравьи трудолюбивые, вытаскивали пачки и коробки чиновники да несколько АНБУ. Документы, подумалось мне, что Орыч мне, вполголоса, подтвердил:
— Сарутоби, еще сегодня днем, встречался с главами кланов. Не на совете, — пояснил на мое некоторое офигение Орыч, — в частном порядке. Договорились ряд “моментов” забыть, документы — уничтожить. Меня же в известность поставить о встрече подзабыли. Сейчас это добро оттаскивают на полигон и там сжигают. Хизуми-кун, насколько полон твой нашпионенный архив?
— Если о документах из администрации, то все. Полностью, что было в Башне Каге, — что, кстати, обошлось в несколько бессонных ночей, далеко не все оказалось на бумаге, однако подобный исход я предполагал, и ряд домов духов содержали полную копию всех бумажек, вплоть до Корня.
— Включая тайные свитки? — распустил язык Орыч, в прямом смысле слова.
— Вообще все. Не смотрел, что там точно. А в бумаге пока и не проси, не дам, — обломал я искренние порывы собеседника.
— Сссам все хочешь узсснать, и делитьссся не желаешь? — прошипел надувшийся Змеелюб.
— Нет, конечно. Просто пока в администрации порядок не наведешь — куда их? Твой подвал и подпалить могут, было бы желание, в Башне Хокаге — те же люди, что сейчас жгут. Да и в бумаге немного, в основном… ммм… файлами компьютерными, считай. Только на перенос на бумагу пару дней выйдет, да и потом куда?
— Вообще-то да, прав ты тут, — несколько ошарашено заметил Орыч. — Я рассчитываю на полное восстановление всех документов, — стал он виртуально примерятся к шапке Хокаге.
— Как пожелает Орочимару-сан, — низкопоклонски залебезил я, — все будет в лучшем виде. Удзумаки не нуждаются в этом, — жестом изобразил ничтожность писулек, — так что все, в полной мере будет в Вашем распоряжении.
— Ки-ки-ки, хорошо, Хизуми-кун. Да, выборы в полдень, тебе быть надо обязательно, сразу после назначения Хокаге роспуск и назначение в Совет Листа. Не выборы, но все же лучше при всех, ну и тебе быть тоже надо.
— Надо — значит буду, — смирился с неизбежным я.
Наутро решил к событию подготовиться. Эйкой собрал разбирающихся дам и повелел: величие мое в соответствующие рангу одеяния облачить, аксессуары всучить, предварительно тушку для облачения и акссесуаровсучения подготовить.
Началась соответствующая ситуации суета. Мое величие обмыли, маслами умастили. На голове ирокез, вида поганого, но полный глубинного внутреннего смысла соорудили. На ногти нацепили накладки, рожу и руки покрыли толстым слоем белил. Потом, на роже, долго изображали лицо, косметикой. Замотали меня в специально-перекрученный памперс, начулочили таби. Потом подбирали статусные хакама, чтобы не излишне длинны, но и урона чести из-за коротковизны не было. Опосля насобачили-завернули в косодэ, а поверх оного натянули кимоно. На этом же этапе приперли и насандалили дзори, поверх же оных нашнуровали цумагакэ.
После чего, нацепили поверх хаори, с монами Удзумаки и золотыми пуговицами с драконами. В ирокез воткнули розовую вуалетку, к счастью без вуали, но с изрядным цветком сакуры. На пояс закрепили церемониальный меч, в лапу впихнули веер.
И пошел я, весь модный, культурный и красивый, блистая накладными ногтями, ужасая восхищая прохожих нарисованной мордой лица. К счастью, аргумент, что я иду на совет, а не веду клан в битву, позволил мне флаг в задницу, сасимоно именуемый, не вдевать.
Вщемился в зал совета, произвел фурор преизрядный. Ряд лиц аж поперхнулись, от восхищения моей, в высшей степени модной и культурной персоной. Ну и осознание своих низин и быдлячества тоже поводом были, да.
Даже дайме, как и в прошлый раз, одетый статусно и пристойно, изволил глаза приоткрыть, мной полюбоваться и слегка кивнуть, в знак восхищения и одобрения.
Орыч, морда змеебесстыжая, рукавом пасть прикрыл и нагло ржал.
Тем временем Фугаку взялся за речь, в смысле как глава клана-основателя. Выдал сентенцию на тему, все течет, все меняется, не прошло и полугода, а у нас выборы, никогда такого не было и вот опять.
После же, речью овладел Обезьяныч, на тему что старость-не радость, молодым у нас дорога, старикам у нас почет. И только хотел нагло срулить в кусты, в стиле “я устал, я мухожук”, но был безжалостно перебит, заткнут и усажен на место.
Тут, за уже потасканную речь, уцепился Хиаши и начал втирать про кандидатов.
Ну а я говорильню решил пока не слушать, а осматривая окрестности, встретился глазами с Сенджу. Тетушка-сестрица пристроилась в уголке, но встретившись со мной глазами изобразила физиономией благодарную морду лица, указала на джуньяхира, исполняющую роль пряжки и скупыми жестами изобразила великую благодарность и готовность сделать вот прям щаз все, что пожелаю. Я же, прикрыл веером морду свою ехидную, очи закатил, а после минутной имитации тяжких раздумий, взглядом указал на сисяндры родственницы и, поверх веера обозначил два пальца.