Смерть императору! (ЛП)

Мальчик на мгновение задумался. В колонии были и другие дети его возраста, с которыми можно было играть, а летом они рыбачили на реке и охотились в лесах, окружавших ферму Макрона, до которой было полдня пути. Он кивнул. - Наверное, да. Но снова становится холодно.
Макрон вздохнул. - Да, слишком верно. Долбанная зима в этой провинции была создана богами, чтобы испытать нас. Холодно, сыро и липко. Дороги превращаются в густую жижу, которая полностью облипает калиги, и мы застряли тут, чтобы есть соленое мясо и любые свежие овощи, которые нам повезет сохранить.
- Продолжай, - лукаво сказала Петронелла. - Ты отлично справляешься, подбадривая парня.
Катон потянулся за чашой подогретого вина и сделал глоток.
- Ах, да ладно, Макрон. Все не так уж и плохо. Ты достаточно хорошо с этим справляешься, - он указал на дом во дворе. Когда-то здесь располагалась резиденция легата8, пока строился легионерский каструм9. Работа была прекращена, когда было принято решение о создании колонии на этом месте. В поселении сохранилось еще много бывших военных построек, хотя большая часть вала была снесена, а оборонительный ров засыпан. Среди существующих зданий было много новых построек, в том числе форум, театр, арена и внушительный храмовой комплекс, посвященный императорскому культу.
- У тебя лучшее место в колонии, Макрон. У тебя также есть прибыльная ферма в поселении, и ты являешься старшим магистратом сената колонии. В довершение всего, ты наслаждаешься величайшей удачей, урвав Петронеллу в качестве жены. - Катон поднес к ней свою чашу и мягко склонил голову. - Я бы сказал, что ты хорошо устроился. Прекрасное завершение твоей военной карьеры, мой друг. Ты заслужил это. Ты сможешь прожить свой заслуженный покой в мире и комфорте.
Петронелла улыбнулась, затем взяла мужа за мускулистую руку и обняла.
- Думаю, да, - сказал Макрон. - Хотя иногда я не могу не скучать по старой жизни.
- Это естественно. Но ты не мог служить в армии вечно.
- Я знаю, - грустно сказал Макрон.
Наступила пауза, прежде чем Клавдия откашлялась. - Здесь мирно, но было бы мудро не принимать все как должное.
Катон повернулся к сыну. - Почему бы тебе не пойти и не посмотреть, не хотят ли твои друзья поиграть?
Взгляд мальчика переместился на деревянные тренировочные мечи, лежавшие на столе. - Могу ли я взять их с собой?
- Если ты будешь достаточно осторожен, - сказал Катон. - Я не хочу услышать о сломанных костях или окровавленных носах. Понял? И возьми с собой Парвия.
Прежде чем Катон успел передумать, Луций схватил гладии и побежал к кухонному блоку в задней части дома. Мгновение спустя он появился с долговязым мальчиком, который был на несколько лет старше его. Парвий был немым мальчишкой, которого Макрон и Петронелла спасли с причалов Лондиниума в прошлом году и приняли в свой дом. Четверо взрослых смотрели вслед мальчикам, пока те бежали обратно через двор и исчезли в коридоре, ведущем к передней части дома. Макрон усмехнулся. - Осмелюсь сказать, что еще до конца дня несколько детей уйдут домой с синяками и ссадинами.
Катон кивнул и слабо улыбнулся, прежде чем повернуться к Клавдии. - Я не думаю, что разумно обсуждать некоторые вещи при Луции. Он хороший мальчик, но у детей есть привычка повторять то, что они услышат.
- Я знаю. Мне очень жаль. - Она сложила руки. - Но ты не хуже меня знаешь, что будущее провинции висит на волоске. Я слышала это от Нерона много раз, когда жила во дворце. Он ненавидит этот остров. Это постоянная трата казны, и он скорее потратит серебро на развлечения в Риме, чтобы толпа была счастлива, чем на покорение племен, так и не принявших римское правление, на обеспечение которого потребовалось гораздо больше времени и военных ресурсов, чем ожидалось. Каждый год легионы и вспомогательные войска нуждаются в новых рекрутах, чтобы восполнить понесенные потери. Она пожала плечами и покачала головой. - Право, я не знаю, сколько еще он будет это терпеть.
- Он был бы дураком, если бы бросил Британию, - прорычал Макрон. - Мы заплатили за эту провинцию своей кровью. По крайней мере, нашей, легионерской. Если Нерон отбросит все это в сторону, здесь найдется много людей, как в легионах, так и в колонии, которые подумают, что пришло время для нового императора. Кроме того, большая часть работы уже сделана. Низинные племена не представляют угрозы. Они были завоеваны или разоружены и подписали договоры с Римом. Бриганты10 на севере находятся под нашим контролем, а единственные оставшиеся враги находятся в горах на западе. Новый наместник дал понять, что он собирается позаботиться о них. Не так ли, Катон?
 
Более молодой собеседник кивнул. - Это новости от нашего друга Аполлония из Лондиниума. Светоний11 концентрирует людей в Деве, чтобы нанести удар в горах. Идти будет тяжело. Мы с Макроном участвовали в предыдущей попытке. Это плохо кончилось.
- Это потому, что кампания началась слишком поздно в том злополучном году, - перебил Макрон. - Если бы не погода, мы бы покончили с этими ублюдками из горных племен. Мы бы взяли Мону и покончили бы и с друидами12.
- Но мы этого не сделали, - сказал Катон. - И теперь, когда у них за плечами победа над Римом, их будет еще труднее подчинить. Если кто и может это сделать, так это Светоний. Имеет опыт боевых действий в горах. Несколько лет назад отлично поработал в Мавретании. Я полагаю, что он был специально выбран для этой работы.
- Или он протиснулся в начало очереди, - усмехнулся Макрон. - Последний шанс поставить печать на своей репутации. Вы знаете, что из себя представляют эти аристократы. Все, что угодно, лишь бы добавить блеска фамилии и превзойти деяния их предков и их политических соперников.
- Этому Светонию потребуется вызывать к себе резервы? - спросила Петронелла.
Макрон взял ее руку и нежно сжал ее.
- Скорее всего нет. Нас здесь слишком мало, чтобы что-то изменить, если нас призовут в строй. В любом случае, мы здесь нужны. Пропретор знает, как важно иметь небольшой отряд ветеранов в тылу, чтобы гарантировать, что ни у одного из местных племен не возникнет соблазна поиграть, пока кота нет дома.
Клавдия криво улыбнулась. - Я думала, ты уже ранее говорил, что племена равнин не представляют угрозы.
- Значит, так и есть, - твердо ответил Макрон. - Тринованты13 вокруг Камулодунума кроткие, как ягнята.
- Я не удивлена, - сказала она. - В колонии с ними жестоко обращались ветераны, как мне сказали. Их земли были захвачены, а некоторые из их мужчин рекрутированы и вынуждены служить во вспомогательных когортах, и я слышала, что многие женщины подверглись насилию.
- Поначалу всегда возникают небольшие проблемы, - возразил Макрон. - Ребята в колонии привыкли к военной службе. Проходит несколько лет, прежде чем они научатся быть гражданскими лицами.
- А тем временем местным жителям приходится с этим мириться?
- Вот как все обстоит, - сказал Макрон. - Мы завоевали это место, точно так же, как завоевали земли отсюда до восточных пустынь. Как только они примут свою судьбу, племена будут довольны тем, что являются частью Империи.
- Интересно, - Клавдия повернулась к Катону. - Что ты думаешь?
Катон задумался, чтобы собраться с мыслями. Он не был так уверен, как Макрон, в безопасности этой части новой провинции. Урожай в этом году был плохим, и это не учли, когда сборщики налогов предъявляли свои требования к местным жителям. Голод и нищета вызывали недовольство, и, хотя тринованты казались достаточно послушными, трудно было представить, что унижения и страдания, которые они пережили от рук недавно навязанных им римских хозяев, не вызывали горького негодования, даже если бы они старались не показывать его. Однако в случае, если бы наместник Светоний и его легионы вели кампанию на самом дальнем конце провинции, это могло бы соблазнить горячие головы среди местных племен воспользоваться ситуацией. Макрон и ветераны колонии были достаточно сильны и способны подавить любые мелкие вспышки, но организованное восстание представляло реальную опасность для римских жителей Камулодунума.