Сто лет после нас (СИ)

Но что поразило всех солдат-федералов – никто из ублюдков не просил пощады!.. Не просил, и всё! Обычно они умирали, молча глядя в глаза своим убийцам, кто со страхом, а кто с ненавистью! Но были такие, кто улыбался… только улыбка эта была страшна! Многим соратникам Иона было непонятно: как это возможно – улыбаться на пороге смерти, если тебя терзают боль и ужас наступающей смерти?!
После того, первого боя, вечером, всем солдатам федерации, на столы были выставлены дорогие вина и шикарная еда – еда достойная героев! Многие из них впервые в жизни пробовали настоящие мясные бифштексы – они и названия такого ранее никогда не слыхали! А такой напиток, как вино, никто из них просто не знал – в системе воспитания такие продукты не были предусмотрены…
* * *
Великая Федерация, хоть и богата всем наследием Земли, но «стратегия выживания» предложенная ВМП, опиралась на основополагающий акт:
– неравные блага общества – не равным её членам!
И это – сама справедливость! Не может же быть так, чтобы курсак-первогодок был равен мастеру и учителю, а Член ВМП – сборщику мусора или тому же курсаку?! Ведь так? Так! Кто же с этим станет спорить?..
Поэтому, все жители Федерации «первого уровня» это «производители»: участники процессов производства материальных товаров. Это и два нижних уровня руководителей производства всех товаров, это и курсаки МеЛов, и солдаты первых пяти лет службы… и многие-многие другие, чей труд был малоэффективен, а, значит – дёшев!
Все они содержались так, как и заслуживали жители первого уровня – получали в потребление только «еду 1 уровня». А это: комбинированные очень питательные смеси, в которых присутствовали необходимые для здоровья элементы и ингредиенты – так обо всей их еде говорилось с ЭП. Это и синтетические напитки с витаминами и микроэлементами, и многое другое, изобретённое и составленное лучшими учёными Федерации… оснований возражать, конечно, ни у кого никогда не появлялось!
И одежда у жителей первого уровня, тоже была не так хороша, как у сограждан второго или третьего уровня! В ассортименте и по качеству: всего несколько моделей и простые неброские цветовые гаммы. Жильё им предоставлялось самое простое: с небольшим Экраном и малым числом каналов. Оно было без душевой кабины – только с умывальником над унитазом, и, конечно же, без «порта прямого канала пневмодоставки» товаров… В общем, всё было продумано до мелочей и всё это прекрасно стимулировало к росту каждого члена свободного общества!
* * *
Да-а, пир тот был великолепен! Все они теперь – соратники! Вчерашние курсаки МэЛа могли теперь себя таковыми называть – бой они выдержали с честью, никто из них не побежал, и никто не щадил врага!
Правда, сержанты, выпив свою порцию вина, вдруг развязали языки и со смехом стали вспоминать эпизоды первого боя: кто, чего и как делал! При этом, закатываясь смехом, они сообщили, что основа общего их героизма – это те самые пилюли, что они раздавали перед боем. Мол, без них, всех вчерашних курсаков, пришлось бы собирать по окрестным лесам ещё две недели – говорили они и хохотали! Но соратники этому не поверили…
Поэтому, перед вторым боем, уже через несколько дней, кое-кто из тех «неповеривших», взять-то таблетку – взял, но отложил её приём, спрятав в карман обмундирования. То же сделал и Ион…
* * *
В этот раз косморазведка донесла, что в одном из поселений ублюдков, замечены скопления боевой силы, а это лучшая новость для настоящих воинов! Ведь чем больше будет уничтожено солдат врага, тем быстрее грянет Победа – таковы правила, которым их учили в МэЛах! И они отправились на своих коптерах, в указанный район, где враг собирал силы. Отправились, чтобы убить их всех!
Ион сидел, зажатый плечами вчерашних курсаков, в вибрирующем, продуваемом холодным воздухом, коптере и ему было как-то не по себе. Он стал задумываться в последнее время: почему следует их убивать – тех, кто не хочет жить так, как живут все подданные Федерации? Где здесь вина?
Или вот ещё: кому они мешают, эти лесные люди, пусть бы себе и жили в своих лесах? Хотя про них с ЭП всегда говорили, что все они злобные и агрессивные, что они ненавидят всех пришлых, не слушают никаких советов и живут так, как им нравится! Ну и что? – задавался он вопросом. Они могут жить так, как хотят, могут не любить тех, кто им навязывает свои порядки и всех, кто пытается их подчинить! Всё вроде выходило ровно – могут! Где же он не прав?..
 
Однако, у него хватало ума никому не задавать этих вопросов – какие-то укромные уголки памяти иногда показывали ему и такие картинки, где всё было совсем не так! Здесь, в этих уголках, хранилось такое, расскажи он о нём, никто не похвалил бы его. Всплывали какие-то стены, забрызганные приторно пахнущей кровью, кто-то пронзительно кричал, слышны были звуки ударов, выстрелы и вспоминалась боль, пронзающая его! Боль от железных рук, схвативших его маленькое тело поперёк туловища, сжавших-смявших его, и куда-то несущих… Что это были за воспоминания – он не знал! Как и не мог понять, каким образом он иногда угадывает, что скажет или сделает в следующий момент тот или иной из окружающих его курсаков и преподов МэЛа. Это у него получалось, но он это скрывал. Потому что знал: как только он расскажет о своём умении, в его жизни всё изменится и, скорее всего – в худшую сторону…
Не всегда он предчувствовал явственно и чётко, но сегодня перед вылетом, что-то накатило на него: сильное беспокойство, чувство тревоги, страха и чёткое нежелание ехать со всеми… однако, солдат – это солдат! Хочу-нехочу здесь нет, и приказ солдату – закон для него!
* * *
Не долетели они туда, куда направлялись! Удар-взрыв, огонь и темнота… ощущение одиночества и пустоты, сквозь которое в сознание проник серый свет, пробивающийся с трудом сквозь полуоткрытый левый глаз и зыбкое марево качающегося мира …
А вокруг него оказался совсем другой мир! Мир, не имеющий никакого отношения к тому, в котором он только что был! Он был переполнен чёрным дымом и противным запахом горелого мяса! Ион начал приходить в себя и вместе с этим, стал ощущать то, чего раньше не знал – острую, просто непереносимую боль в ногах, в груди, во всем своём истерзанном теле… Это было, как погружение в кипяток… он закричал и тут же потерял сознание…
* * *
Опять очнулся… какое-то время лежал, прислушиваясь к себе, пытаясь понять меру понесённого ущерба – всё болело! Тогда он попытался раскрыть глаза, чтобы осмотреться – и это у него не вполне получилось: один левый глаз чуть приоткрывался, а правый как будто бы слипся. Пришла мысль: надо протереть глаз и убрать то, что мешает его открыть. Он поднял руки к лицу, стараясь рассмотреть пальцы, но скрюченные, липкие от крови и грязи кисти рук не слушались его. По болевым импульсам Ион попытался определить, где и какие повреждения получил, выходило: ничего целого и не осталось!
Но самое плохое было то, что вокруг была тишина… а это могло означать только одно: их коптер сбили, все, кто летел в нём погибли, а остальные улетели. Может быть, они сейчас уже ведут бой, а звуков боя не слышно из-за дальности расстояний. Или бой уже закончился и кто-то из соратников спешит к нему на помощь… сколько же таких предположений можно придумать? Как и где найти костыль-поддержку совсем угасающей надежде и после ждать?..
– А может и не стоит ждать помощи? Она не придёт – подумалось ему, и эта мысль застала его врасплох…
– Как не придёт? Как они могут бросить своих, терпящих бедствие соратников? Как это возможно? А он? Он – молодой, никого не обидевший и ничего преступного не совершивший – почему он должен умирать здесь, в этих ужасающих снегах, в этих страшных непролазных лесах?!
Ему показалось, что кто-то схватил его железной, знакомой уже рукой, за горло и стиснул-сдавил с невероятной силой!! Паника – понял он, нужно успокоиться, ведь только спокойствие и разумные действия спасут его… и он вновь уплыл в то пространство, где не было боли…
* * *