Дело Аляски Сандерс

– А под каким предлогом я окажусь в Маунт-Плезант? – спросил я. – Случайно мимо проезжал?
Лэнсдейн с минуту подумал, а потом сказал:
– В Маунт-Плезант вроде бы очень хороший книжный магазин. Организуйте там автограф-сессию. И мало ли, вдруг вам захочется провести денек-другой в этом прелестном городке.
– И что? – Я не понимал, к чему он клонит.
– Может случиться, что кто-нибудь с вами заговорит о грязном деле, которое там произошло в 1999 году. И у вас вдруг найдется, с чего начать новую книжку. Никто ничего не заподозрит.
Через неделю я, следуя совету Лэнсдейна, прибыл в Маунт-Плезант – проводить автограф-сессию в местном книжном магазине. Я намеревался пробыть в этом городке несколько дней.
  
Глава 11
 
Автографы
 
Маунт-Плезант, штат Нью-Гэмпшир
Четверг, 8 июля 2010 года
Гэхаловуд готовил меня к этой поездке, как к военной операции. Рассказал мне во всех подробностях о прежнем расследовании. По его словам, в книжном магазине Чинции Локкарт я легко войду в контакт с местными жителями.
– Все, что вам нужно, писатель, – это устроить так, чтобы с вами заговорили про Аляску Сандерс. Изображаете удивление и начинаете копать.
– И с чего начать? – саркастически поинтересовался я. – Спросить у книготорговца, не случилось ли у них славного грязного преступления, чтобы я сделал из него роман?
– Войдите в дружбу с местными. Скажите, что Маунт-Плезант напоминает вам Аврору, заговорите про Нолу Келлерган, и наверняка всплывет тема Аляски. Потом можете начинать копать уже открыто, ведь вам про это рассказали.
– А имена не подскажете?
– Попытайте счастья на заправке, где работала Аляска. Хозяин точно о ней упомянет.
– И что я делаю? Заявляюсь туда и говорю: “Добрый день, мне полный бак, чашечку кофе и какие-нибудь сведения про Аляску Сандерс?”
– Напрягите воображение, Гольдман. Ведь это ваша работа, разве нет?
Легко было сказать.
Выезжая на дорогу, ведущую в Маунт-Плезант, я раздумывал, каким образом мне добыть неопровержимое доказательство, обеляющее Уолтера Кэрри и Эрика Донована. Я уже почти прибыл на место, как мне позвонил мой издатель, Рой Барнаски.
– Алло, Рой?
– Гольдман, я тут узнаю из ленты новостей, что вы даете автограф-сессию в каком-то книжном в Нью-Гэмпшире?
– Совершенно верно.
– Какая муха вас укусила? Подписывать книжки в разгар лета в сельской местности? Хотите турне – так мы вам устроим грандиозный вояж в национальном масштабе! Незачем объезжать все крысиные норы Америки!
С Роем надо играть осторожно: стоит ему хоть что-то заподозрить, он все вывалит журналистам ради дармовой рекламы.
– Там прелестный книжный, – сказал я.
– Да их тысячи, Гольдман, этих прелестных книжных!
– Верно, но у этого трудности.
– Гольдман, трудности у любого книжного по определению! Чувствую, тут какой-то подвох… Что вы от меня скрываете?
– Ничего, клянусь.
В эту минуту позади взвыла сирена. В зеркало заднего вида я увидел полицейскую машину с включенным маячком, она гналась за мной.
– Вынужден вас покинуть, Рой.
– Что случилось?
– Полиция.
– Вы какое-то стихийное бедствие, Гольдман.
Если вы однажды решите отправиться в Маунт-Плезант, то сами убедитесь, что последний отрезок шоссе 21, на подъезде к городу, представляет собой прямую линию, которая так и манит превысить скорость. Повинуясь приказу патруля, я прижался к обочине. Позади остановилась полицейская машина, из нее вышла девушка. Я смотрел на нее в зеркало заднего вида: очень красивая, затянута в черную униформу, в солнечных очках. Примерно моя ровесница.
– Права и документы на машину, пожалуйста.
Я повиновался. Она была очаровательная и в то же время властная.
– Маркус Гольдман, – прочитала она на правах.
– Он самый, – улыбнулся я.
– Едете из Нью-Йорка?
– Да, по дороге заезжал в Конкорд.
– Чем вы занимаетесь в Нью-Йорке?
– Я там живу.
 
– Догадываюсь. Я спрашиваю, чем вы занимаетесь по работе.
– По работе? – переспросил я.
– Да, кем вы работаете. Чем зарабатываете на хлеб. Кто вы по профессии.
– Я писатель.
Она и бровью не повела.
– И что вы пишете?
– Романы.
Она пожала плечами:
– Вы, наверно, не очень известный…
– Так, немножко.
– Я, во всяком случае, первый раз про вас слышу. Это вы за свои книжки купили такую машину?
– Нет, машина – это не книжки, это наркотрафик, – улыбнулся я.
Я почувствовал, как она расслабилась. Достала блокнот и что-то в нем написала.
– Что привело вас в Маунт-Плезант, мистер писатель Гольдман?
– Завтра я подписываю свои книги в книжном магазине Локкарт. Вы непременно должны прийти.
– Как знать, – ответила она и протянула мне квитанцию.
– Это ваш телефон? – спросил я.
– Это штраф за превышение скорости, сто пятьдесят долларов. Езжайте осторожнее!
Она села в машину и уехала. Наша встреча оставила у меня приятное впечатление, хоть и обошлась мне в сто пятьдесят долларов. Я взглянул на подпись под квитанцией, рядом с регистрационным номером: “Офицер полиции Л. Донован”.
В тот момент, видимо, слишком поглощенный любезничаньем, я ни с чем не связал это имя. Догадался лишь час спустя, в гостиничном номере.
В Маунт-Плезант я расположился на постой в чудесной гостинице с видом на цветущий сквер. Номер был просторный и удобный, у окна стоял письменный стол. Я уселся за него и стал изучать дело Аляски Сандерс, полученное от Гэхаловуда. Вот когда я его перелистывал, у меня и всплыло в памяти имя девушки-полицейского – Л. Донован. Она как-то связана с Эриком Донованом?
Я решил немедленно проверить. Открыл компьютер, подключился к интернету. Снова зашел на сайт ассоциации “Свободу Эрику Доновану”, на который наткнулся несколько недель назад, когда начинал свои разыскания о деле Аляски Сандерс. На этот раз я изучил сайт подробнее. На главной странице было слайд-шоу, и на одном из фото я узнал ту самую девушку-полицейского: Лорен Донован. Это была сестра Эрика. Фото было недавнее, сделано во время демонстрации в поддержку Эрика у мужской тюрьмы Нью-Гэмпшира. К несчастью, это место я хорошо знал – летом 2008 года там сидел Гарри Квеберт.
Ассоциация “Свободу Эрику Доновану” боролась за пересмотр приговора, полагая, что Эрик стал жертвой судебной ошибки. Основали организацию в 2000 году – вскоре после того, как его приговорили к пожизненному заключению, – Лорен Донован и адвокат-активистка Патрисия Уайдсмит, специалист по уголовному праву. Раз в месяц ассоциация собиралась у ворот тюрьмы. Сама Лорен много выступала в защиту брата. Я просмотрел несколько выступлений: говорила она ярко, за словом в карман не лезла. Поскольку я уже питал к ней явную слабость, то начал рассматривать фотографии на сайте, сам не зная – то ли для нужд расследования, то ли из желания еще раз поглядеть на нее.
Один из разделов, озаглавленный “Прежняя жизнь”, пестрел фотографиями Эрика – на рыбалке, в семейном магазине, на тренировках с Лорен перед бостонским марафоном и с родителями, на его двадцать девятом дне рождения, за несколько месяцев до ареста.
В обед я отправился на главную улицу. Маунт-Плезант выглядел живописно: аккуратные фасады магазинов и фонари, до сих пор украшенные бантами и баннерами по случаю национального праздника. Поел я в маленьком кафе, которое, как оказалось, находилось по соседству с редакцией местной газеты, “Маунт-Плезант стар”. Трудно было найти лучший источник, чтобы окунуться в события 1999 года. После обеда я отправился туда. Молодой человек за стойкой ресепшена поглядел на меня со значением и спросил:
– Это вы Гольдман?
– Да. – Мне польстило, что меня узнают по всей Америке.
– Рубашка у вас такая же, как на фото. Поосторожней, не то все решат, что вы вообще не переодеваетесь.