Когда закончится август (ЛП)

На полке была большая коллекция статуэток, в основном детей.
Её голос испугал меня. — Вижу ты нашел мои Хуммели.
— Они так называются?
— Да. Я коллекционирую их.
— Я ошибался на твой счет, — поддразнил я, — ты не подросток. Тебе восемьдесят.
Она улыбнулась. — Не смейся над моими Хуммелями.
— Я шучу.
Она подошла ко мне поближе. — Вообще-то с ними связана классная история.
— Да?
— Была монахиня…Сестра Мария Иннокентия Хуммель. От этого они получили своё название. В общем, она изучала рисование перед тем, как отказалась от своей жизни и вступила в монастырь. Но даже после этой жертвы, она не потеряла свою индивидуальность. Она продолжала свое искусство, и рисовала этих маленьких людей. Кто то обнаружил это, и заключил с ней соглашение, превратив её рисунки в статуэтки. После Второй Мировой Войны, американские солдаты, служащие в Германии, отправляли их своим семьям. Мне нравилось слушать эту историю. Как по мне, они представляют собой ностальгию и невинность — надежду. Они делают меня счастливой. Или, по крайней мере, делали когда-то.
Интересно. Но больше не делали счастливой? — Как давно ты их коллекционируешь?
— С тех пор, как мне было около восьми. Я просила их на дни рождения и другие праздники. Я перестала их коллекционировать несколько лет назад.
— Почему?
— Это длинная история.
Она не уточнила. — В общем…Мне очень жаль, но моя мама не хочет присоединиться к нам. У неё плохой день. Это очень унизительно.
— Нет причины чтобы чувствовать себя унизительно из-за того, в чем нет твоей вины, — я вдруг осознал, что всё это приглашение полная чушь. — Она не хотела со мной знакомиться, не так ли? Ты сказала, что это была причина по которой ты пригласила меня.
И снова, не потребовалось много времени, чтобы узнать у неё правду.
— Нет, — сказала она. — Я просто хотела поужинать с тобой.
Я вздохнул. Я даже не мог злиться на неё. — Значит, давай поужинаем, тогда.
Паника вспыхнула на её лице. — Ужин…черт!
Она помчалась на кухню, открыла духовку и вытащила сгоревшую лазанью.
— Я должна была вытащить её до того, как пришел Эрик. Он полностью меня отвлек, и пока ты не сказал слово ужин, я даже не вспомнила, что готовила его.
Она бросила блюда в отчаянии. — Я не часто готовлю, но обычно я знаю как готовить лазанью, — пробормотала она, — Черт.
— Всё в порядке. Это просто лазанья.
— Нет. Должен был быть милый ужин. Я всё испортила. Появление Эрика действительно выбило меня из колеи.
Она почти была готова заплакать. Внезапно, всё чего я хотел, это успокоить её.
— Эй, к чёрту лазанью, хорошо? Сегодня прекрасный вечер. И у нас есть хлеб. Мы можем поесть его снаружи.
Она улыбнулась. — И салат. По крайней мере я не спалила салат.
Приступая к действию, я направился к её шкафам.
Хизер последовала за мной. — Что ты делаешь?
— Я смотрю, что у тебя есть ещё, чтобы мы могли быстро приготовить, — я повернулся к ней. — У тебя есть консервированные помидоры и паста?
— Ээ…да…в кладовой.
— Отлично. Я приготовлю пасту и быстрый соус к хлебу.
— Тебе не стоит делать это.
— Всё хорошо. Вообще-то я люблю готовить. Это как терапия после длинного дня.
— Тогда тебе стоит делать это чаще, потому что ты вроде бы как взвинчен большую часть времени.
Даже нервничая из-за меня, она не переставала вести себя как негодяйка.
— Ну, это и есть причина, почему я приехал на озеро, не так ли?
Развеяться. Но если кое кто будет продолжать отвлекать меня, это не поможет.
Она передала мне банку с томатами. — Ты действительно считаешь меня занозой в заднице?
Я посмотрел на неё, наполняя кастрюлю водой. — Ты хочешь правду?
Она кивнула. — Да.
Я закрыл воду и поставил кастрюлю на плиту. Она прильнула к стене, улыбалась и ждала моего ответа.
— Мне тяжело с тобой, но я не считаю тебя занозой в заднице. Я вообще-то восхищаюсь тобой.
Её глаза расширились. — Правда?
— Ты многим пожертвовала ради своей матери. Не только это — я вижу как тяжело ты работаешь, даже видел как ты делала покупки для пожилой дамы через дорогу. Ты хороший человек, и ты находишь время для других несмотря на то, что у самой полно забот.
— Ты следил за мной? — поддразнила она.
— Нет. Я проезжал мимо когда ты выгружала продукты с машины и помогала занести их в дом Миссис Бенсон. Ты не заметила меня.
— Я всё ещё думаю, что ты следил за мной, — она подмигнула и взяла баночку газировки для себя. — Эй, откуда ты знаешь её имя? Ты встречал Миссис Бенсон?
— Ох, я встречал Миссис Бенсон.
— О-оу. Что она сделала?
— Я как то проезжал мимо её дома и заметил, что ветер перекинул её почтовый ящик. Я постучал к ней чтобы отдать выпавшую почту и сказать, что подчинил ящик.
— И?
— Перед тем, как я успел сказать почему постучал к ней, она сказала, что я выгляжу лучше, чем те парни которых ей присылали раньше.
Хизер засмеялась и выплюнула немного газировки. — О, нет.
— Ты знаешь о чем пойдет речь.
— Да. Как то раз я случайно узнала об этом, когда пришла проведать её. Определенно это то, что я не забуду никогда- увидев своими глазами как Миссис Б тратит свою социальную страховку на мужской эскорт.
— Сколько ей лет?
— Девяносто.
— Черт. Ну, я думаю она знает, чего хочет.
— Она должно быть ужасно рассердилась когда поняла, что ты не в меню.
Так, как я помешивал пасту в кастрюле, я сменил тему. — Так, что хотел Эрик? Он сказал, чтобы ты подумала о том, что он сказал… Хизер скрестила руки и выдохнула в свои волосы. — Он хотел, чтобы я согласилась провести время с ним, пока он дома. Он сказал, что хочет поговорить о том, что произошло между нами. Я не знаю хорошая ли это идея. Обидишь меня однажды, позор тебе, обидишь снова…ты знаешь как говорят.
— Он сильно обидел тебя, да?
— Ну, мы были вместе долгое время в старших классах. Я всегда знала, что это риск, то что он отправится в колледж без меня. Я просто не думала, что он позвонит мне пьяный и весь в слезах, признаваясь, что он облажался и переспал с какой-то девушкой на вечеринке в кампусе.
— Черт. Мне жаль.
Она покачала головой, как будто отвергала моё сочувствие. — Но знаешь что, тем не менее? Он оказал мне услугу. По крайней мере я не потеряла больше времени с ним.
— Тебе никогда не стоит соглашаться на такое с кем либо. Мне всё равно, что он должен будет сказать, чтобы переубедить тебя в обратном.
Она продолжала смотреть как я готовлю, пока я не наполнил две тарелки пастой, похожей на волосы ангела, и не полил сверху красным соусом.
— Ты не против поесть снаружи? — спросил я.
— Да, сегодня хороший вечер.
Мы отнесли еду на боковую веранду. Солнце на половину село.
Пододвигая свой стул, она сказала, — Это действительно вкуснятина.
Мне должно быть стыдно, за то что произошло с ужином, но стоит сказать, мне приятно, что ты готовил для меня. Всё могло быть хуже с подгоревшей лазаньей.
Она улыбнулась, и мне с трудом удалось не улыбнуться ей в ответ.
Я указал на её тарелку. — Перестань улыбаться и ешь.
Хизер накрутила лапшу вокруг своей вилки. — Не могу перестать улыбаться, но хорошо.
Мне нужен замок для челюсти, потому что теперь я тоже улыбался.
Это было заразительно.
Какое-то время мы ели в тишине.
Вытирая свой рот салфеткой, я сказал, — Что бы ты делала, если бы эта ситуация не затянула тебя?
Хизер опустила вилку и начала обдумывать мой вопрос. — Ну, я была бы в колледже, вероятно в середине обучения. Я думаю, что позже, я бы хотела стать психиатрической медсестрой. Но потом, я бы также хотела найти то, к чему у меня будет страсть — также как у тебя с фото.
Твои фотографии великолепные, Ноа. Правда. Я хотела сказать тебе это.
Я никогда не показывал ей свои работы. — Ты гуглила меня, я понял.
— Да. Надеюсь ты не против. Твои фото с Гаваны захватывают дух. Я посещала твою страницу несколько раз. Как появились эти фото? Что заставило тебя выбрать Кубу?