Вороток и балерина (СИ)
— Тааак… Что у нас тут? — пробормотал он себе под нос. Вся лента была забита новостями и домыслами относительно происходящего в Шуваево. — Ага… похоже туда вояки и направлялись… Потом почитаю. Где тут эта Чука… чоко… чика… Блин! Напридумвали же слов, хрен выговоришь! Эээ… Вот, вроде оно.
Действительно, зрелище было более чем странным. Судя по мелькающим в углу записи цифрам, снято видео было вчера вечером, в начале одиннадцатого. Места были вполне узнаваемыми, так что причин считать, что снято это где-то в другом месте небыло.
В сумерках фары машины осветили… нечто. Действительно, чем-то похоже на собаку, вот только её высота в холке превосходила автомобиль и её цвет… Просто назвать её черной язык не поворачивался.
Казалось, что огромного английского дога облили смолой или нефтью, но не гладкой, а как-будто пузырящейся, кипящей. Разглядеть детали на видео, снятого регистратором, было нельзя, но впечатление осталось довольно жуткое.
— Реально криповая хрень! — потрясенно вымолвил он. — Витек был прав!
Ладно. А что там с Шуваево? Вроде, село как село, в десяти с небольшим километров от города. Ничего особенного. Был он там пару раз проездом. Ничего примечательного или сколько-нибудь важного там не находилось.
Как он выяснил, всё началось с того, что с сегодняшнего утра туда было не дозвонится. Первоначальной, наиболее правдоподобной версией, была авария на вышке сотовой связи, но чуть позднее очевидцы начали рассказывать о выставленных на дорогах военных кордонах, что без объяснений разворачивали всех, кто пытался проехать по той трассе.
На текущий момент самой популярной версией была контртеррористическая операция. Может быть прямо в этот момент вояки берут штурмом дом, в котором засели… ну, злыдни какие-то.
Эта версия, правда, не объясняла военные вертолеты, да и больше сотни контрактников, которых Василий видел своими глазами. А ведь это, наверняка, ещё и не всё.
Внезапно, экран ноутбука мигнул и погас.
— Не понял… — удивленно произнес он, пытаясь включить его заново. — Всё ж нормально было…
Что-то неуловимо изменилось за окном, а в комнате отчетливо запахло горелой изоляцией. Привстав со стула, он удивленно уставился на яркий свет в коридоре, бьющий из дверей родительской спальни. Вбежав туда Василий подошел к окну и потрясенно застыл. На севере, над горизонтом разгоралось второе солнце.
* * *
— Нет… нет… Не может быть… — забормотал он.
Ноги стали ватными и им, казалось, внезапно стало не под силу удерживать вес тела. Необъяснимая слабость распространилась на все тело, живот скрутило, и его начало трясти.
Огненный шар над горизонтом из ослепительно белого превращался в оранжево-красный, одновременно принимая грибовидную форму. В небе над ним стремительно расширялось светлое кольцо.
Прошло, наверно, секунд тридцать-сорок и ударная волна достигла города. Сначала пол под его ногами заходил ходуном, а с полок посыпались вещи, а несколькими секундами позже, в окна ударил словно сильнейший порыв ветра. В спальне рамы затрещали но выдержали, а вот на кухне раздался мерзкий хруст и звон разбившегося стекла.
Глаза широко распахнуты, в голове пустота. Тем не менее, проснувшиеся инстинкты взяли на себя управление телом и он побежал. В домашней одежде и тапках он выбежал в подъезд, захлопнув за собой дверь, даже не подумав закрыть её на ключ. Он вообще ни о чём не думал.
Торопливо спускаясь по лестнице, перепрыгивая через три-четыре ступеньки он слышал рев и вопли ужаса раздающиеся из квартир, что лишь подстегивало его бежать быстрее, быстрее, балансируя на грани за которой последовало бы падение и спуск по лестнице уже кубарем.
На уровне второго этажа он услыхал как во дворе заводится двигатель машины. «Копейка» дяди Миши! Как же во время они её починили! Никакой электроники! Что ж ей сделается то?
Выскочив из подъезда он увидал выезжающую со двора машину.
— Дядь Миша! Дядь Миииишаааа!!! — заорал он в полный голос, устремившись за машиной, шлепая тапками по асфальту.
Вот только всё без толку… Не угнаться. Не замечая его криков старенький ВАЗ 2101 набирая скорость вырулил на улицу и умчался вдаль. Быть может, Михаил Яковлевич его просто не услышал, за шумом двигателя, а может…
«Бежать, бежать!» — стучала в голове единственная мысль. А куда, куда бежать?! Подальше от взрыва. На юг! К Октябрьскому мосту.
Не одному ему пришла в голову такая мысль. Люди, удивительно много людей, высыпали на улицу и побежали в том же направлении. Откуда вас столько?!
Любая толпа и без того не отличается разумным поведением, а толпа перепуганных вусмерть людей… если и отличается от стада диких животных, то не в лучшую сторону.
Коллективный разум, если тут вообще применимо слово «разум», через отдельных своих представителей на бегу вещал для толпы: «Война! Это война! Промахнулись! Следующей ракетой накроют город!»
В панике, на адреналине, забег начали все, а вот продолжать его достаточно долго… тут сил и выносливости хватало далеко не каждому. Но стоило им замедлить бег, как напирающая сзади толпа сбивала их с ног и… продолжала бежать дальше.
Лёгкие Василия горели огнем, а в правом боку начинало покалывать. Паника чуть отпустила и на данный момент бегущая толпа представлялась ему большей опасностью, чем ядерный взрыв.
Изловчившись, он выскользнул из потока и свернул с центральной улицы на боковую и продолжил свой бег через дворы, параллельно основному потоку людей. Он успел внутренне порадоваться своей сообразительности, как…
На микроскопическую долю секунды вокруг него вспыхнула сфера, словно из голубовато-белого стекла, диаметром метра четыре, после чего, её содержимое, включая Васю, круг асфальта под его ногами и кусок скамейки просто исчезло, оставив после себя идеально круглый кратер.
* * *
Мир мигнул. Вот, но бежал через дворы, а теперь вокруг него открытое пространство, а сам он падает вниз вместе с круглым куском асфальта, на котором он внезапно оказался.
Высота падания оказалась невелика, всего пара метров. От удара круг под его ногами резко накренился и раскололся на части. Устоять на ногах было решительно невозможно и он полетел вперед на красноватую, сухую, каменистую землю.
С воздухом творилось что-то неладное. Словно выброшенная на берег рыба он вдыхал его раз за разом, но воздух не насыщал. Из последних сил Василий приподнялся на локте и огляделся в поисках помощи.
Пустыня, плоская и безжизненная. Ни клочка травы, ни кустика. Из-за весящей в воздухе пыли небо кажется не голубым, а слегка красноватым. Более всего это напоминало ему виденные в интернете фотографии, сделанные на Марсе. Вот только ни на одной из тех фотографий он не видел остатков строений, подобных тем, что он видел в полукилометре от себя.
Остовы домов в один, два, три этажа — были видны совершенно отчетливо. Много… Целый посёлок, или даже городок. Мёртвый, давно мёртвый, как и всё вокруг.
Повернувшись, он посмотрел в противоположную сторону и оторопел. Посреди пустыни виднелась огромная зеркальная полусфера, высотой, наверно с километр! Никогда он не видел своими глазами ничего подобного!
Вот только к пожару в легких прибавилась слабость и тьма, заволакивающая его взор. Потеряв сознание он окончательно рухнул на землю. Его тело начали сотрясать конвульсии, а ноги, босая и обутая в тапок стали сучить по земле. Прошло пару минут и он затих.
Внезапно, земля в радиусе нескольких метров вокруг него потемнела и из нее проступила черная, маслянисто поблескивающая жидкость. Подобно ртути она побежала ручьями к лежащему телу и принялась оборачивать его в черный, пузырящийся кокон.
* * *
Первое, что он ощутил, это ударивший в нос запах нагретых солнцем полевых трав. Лежал он на чем-то мягком и колючем. Мимо, жужжа, пролетела какая-то мошка, её товарка, вероятно, решила прогуляться по его щеке. Стряхнув рукой досаждающую мелюзгу он наконец открыл глаза.
Голубое небо казалось бездонным. Где-то в вышине ветер шевелил листья деревьев, а тут, вблизи, справа и слева вид ограничивали стебли растений. Вон, даже цветы какие-то.