Вороток и балерина (СИ)
Идти пришлось совсем недалеко, что не удивительно, принимая во внимание размеры поселения.
Кудым, ты пока разводи огонь, а я постараюсь урвать нам мяса. — Начал распоряжаться он. — Ну а ты, — обратился он к Василию, — Пока привыкай, осваивайся. Дальше все обязанности будем уже на троих делить. Ну и за Кудымом присмотри, помоги если у него чего-то не будет получатся.
Митрук убежал в сторону площади, где женщины уже караулили орков с добычей, а Кудым принялся складывать заготовленные ветви на кострище рядом с входом в землянку.
Сложив для начала тонкие и сухие веточки, он подоткнул под них высушенный мох, после чего достал из кожаного мешочка на поясе какую-то железку с камнем и принялся бить одно об другое.
От ударов железки о камень сыпались яркие искры, словно от болгарки, и от них, минут через пять затлел мох, а еще через несколько секунд вспыхнуло пламя, принявшееся пожирать скармливаемые ему веточки.
На дебильном лице Кудыма промелькнуло выражение довольства, и он, слегка поёрзав, уселся перед костром, после чего уставился на огонь своим фирменным остекленевшим взглядом.
С веток нормальных углей так просто не получишь и Василий начал подкладывать дровишки потолще, дополнительно обложив костер камнями, чтобы он не рассыпался.
Минут через двадцать-тридцать вернулся Митрук со свертком килограмма на три-четыре.
— Повезло! — произнес он довольно. — Вы тут начинайте жарить, но без меня не ешьте! — попросил Митрук, после чего скрылся в землянке, из которой вскоре показался с грубым глиняным кувшином на пару литров в руках. — Я пока за бухлом сбегаю. — предупредил он и скрылся из виду.
Кудым достал кусок доски на котором с помощью грубого ножа, а по факту просто заточенного о камень куска железки, начал нарезать мясо более-менее одинаковыми кусками, а Василий принялся нанизывать их на тонкие прутья, обнаружившиеся неподалеку.
— «Вот тебе и майские праздники! Вот тебе и шашлыки в лесу». - подумал он про себя. — «Дичь какая-то… Чудной лес, чудной поселок с его чудными обитателями — маленькими зелеными мужичками и бабёнками. Магия-шмагия, публичное переселение душ. Что дальше? Огнедышащий дракон?»
— «Я бы не стала на сто процентов отрицать такую вероятность» — откликнулась Туля. — «Может дракон, может ещё кто, смотря с какой стороны ветер подует…»
— «Ага, вот ещё и ты, шиза…» — мысленно обратился к ней Василий. — «Вот скажи мне, родная, где ты была неделю назад? Уж больно странное совпадение, что стоило мне попасть в мир «Магии и гоблинов», как и ты тут как тут. А?»
— «А может ты при перемещении головой ударился?» — выдала версию она.
— «Или на меня так воздух местный подействовал!» — передразни он её. — «Ответа не будет?»
— «Всё что я тебе сказала при встрече — правда. В каком-то смысле… С определенной точки зрения…» — произнесла она успокаивающим тоном. — «Со временем ты всё узнаешь. И к тому же, имеет женщина право на свои секреты?»
— «Секреты, секреты…» — проворчал мысленно Василий. — «Откуда мне знать, что ты там задумала?»
— «А откуда тебе знать, что задумал тот же Кудым? Или Митрук?» — спросила она. — «Или ты им безоговорочно веришь, а мне нет?»
— «Тут никому нельзя верить…» — подумал он.
— «Ну и хорошо, мысль в общем-то здравая, вот только что это меняет в наших отношениях?» — поинтересовалась она. — «Не будем разговаривать? Так тебе это нужно куда больше чем мне. Лично мне тут никто ничего не сможет сделать, а вот твоя задница под угрозой!»
— «Эээ! Мелкая! О чём это ты?» — чуть не прокричал вслух Василий.
— «Скоро поймешь, Мистер Сообразительный!» — съехидничала она. — «Хорошего вечера!»
Вернувшийся с полным кувшином браги Митрук, судя по поблескивающим глазкам, уже успел к нему приложиться. Пахло из кувшина мерзко. И уж насколько Василий не приучен к французским винам, предпочитая им недорогое пиво, но тут уже от одного только запаха его передернуло.
— Ха! — усмехнулся он. — Разумеется, это не ваш виски! Грубое гоблинское пойло! Но знаешь, что я тебе скажу? Совсем скоро ты будешь рад и ему! Ну а пока, давайте жрать, раз уж есть такая возможность. А я еще и прибухну, а то чувствую, сегодня Арнаса с его кодлой пробьет на развлечения…
* * *
Не смотря на варварский способ приготовления, без соли, специй, без замачивания в маринаде, шашлык вышел на удивление вкусным. Тут, как говорится, «голод — лучшая приправа».
За всеми делами наступил вечер и начало смеркаться. Посёлок гулял. Повсюду слышался пьяный ржач, громкие беседы с выяснением отношений и даже, судя по всему то там, то тут «философские диспуты» переходили в банальную драку.
Василию было неуютно. Он небыл выпускницей Института благородных девиц, собственно, буквально два дня назад они с ребятами тоже вечерком посидели и отдохнули. Но отдохнули-то культурно! Не то, что эта вот… вакханалия…
К их костру нетвердой походкой подвалил какой-то гоблин, и, хлопнув Митрука по плечу заявил: «Пошла… пошли Митрух, Арнас зовет!» Тот как-то съежился и затравленно глянул на Кудыма с Василием.
Поднявшись, он, вздохнув, отправился за посыльным. Сделав пару шагов он обернулся и сказал Василию: «Слухай, если вдруг тебя сегодня позовут… Там, внутри есть светильник, жиром заправленный, так ты его возьми, легче будет…»
Васёк смотрел ему в след, а в его голове протяжно звенело: «Мляяя…» Внезапно, ему всё стало понятно, вот только радости это понимание не принесло… В голове метались тысячи мыслей, главная из которых — «А что делать? Что делать-то?!» Бежать из лагеря в ночной лес? А какая альтернатива? А ведь Мелкая всё поняла и ещё подкалывала его…
— Что, неужели только сейчас всё понял? — раздался у него под ухом вопрос.
Василий поднял голову и уставился на Кудыма, что смотрел ему в лицо абсолютно разумным и чуть насмешливым взглядом.
— Ааа… чего это ты… А, вот… А теперь… — расстеряно промямлил он в ответ.
— Это довольно интересная техника по расщеплению сознания. — произнес Кудым. — Я овладел ей в прошлой жизни, когда осознал, что гоблином быть мне ещё долго. Это можно сравнить с полётом на авиетке, когда ты сидишь, погруженный в собственные мысли, а автопилот везет тебя к месту назначения. Я лишь время от времени, образно говоря, «поглядываю в окно». Чтобы не делали с этим телом — меня это никак не касается, собственно именно поэтому Арнас со своей компанией предпочитают коротать досуг в обществе Митрука. Там, понимаешь ли, эмоции, а не просто тело. Я пытался его обучить этой технике, но увы… Всё же, он гобли, и не более того.
— А ты нет? — спросил Василий, всё еще находящийся в смятении.
— Ну, формально, уже вторую жизнь гоблин. Но это же просто тело… А вот до этого… Позволь мне сохранить это в тайне, скажу лишь только, что к бессрочной ссылке в гоблины меня приговорили не люди, не жрецы, а Небесный Суд Высших, как они предпочитают себя называть. И знаешь… Я не сразу пришел к этой мысли, но теперь я доволен. Только сейчас я по-настоящему счастлив и свободен!
— Свободен от здравого рассудка? И поэтому счастлив?! — поинтересовался ошарашенный Василий.
— Вовсе нет, отнюдь! — улыбнувшись ответил Кудым. — Официальная идеология нашего общества, Красный Зиккурат, постулирует разделение на расы, классы, ступени и уровни и задаёт человеку цель — расти, развиваться, совершенствоваться, и через это занимать всё более высокое положение, и таким образом всё общество бессмертных, в целом, будет двигаться к совершенству.
Вот только по факту, уже через сто лет после Эпохи Капа, когда окончательно сформировалось наше Государство в том виде, как оно существует сейчас, выяснилось, что подняться на следующую ступень ты сможешь только тогда, когда там освободится место…
Да и к тому же, если, вдруг, миллион гоблинов решат перейти в класс людей-ремесленников, то кто будет валить лес, добывать в шахтах руду, выращивать на полях хлеб?
Неее! Рабы нужны всегда, и стать им очень легко, а вот чтобы стать надсмотрщиком за рабами, нужно постараться! Расталкивая локтями, шагая по спинам! И даже поднявшись на ступень выше ты не почиваешь на лаврах, а постоянно ходишь под Дамокловым мечом! Как поднялся, так и скинут. И чем выше ты поднялся, тем грубее и жёстче идет игра, тем легче улететь в самый низ, а то и ещё ниже…