Играя свою собственную роль (ЛП)

– Ты все еще любишь ее?
Он в замешательстве посмотрел на меня.
– Конечно, я люблю ее. Она – мой лучший друг… – Внезапно его глаза широко распахнулись, когда он понял, что я имела в виду. Он снова вернул внимание дороге. – А-а-а… Ты спрашиваешь, ВЛЮБЛЕН ли я в нее? Типа гетеро-парень-сохнущий-по-своему-лучшему-другу-лесбиянке?
Н-да, когда ты это сказал, прозвучало, как диагноз…
Когда я медленно кивнула, Джош криво усмехнулся.
– Нет, я не влюблен в нее. Это было давным-давно. И мне нравится думать, что она тоже была влюблена в меня. – Он немного притормозил и посмотрел на меня. – Видит Бог, все было бы гораздо проще, если бы мы все еще были влюблены друг в друга, но это прошло. – Джош посмотрел в зеркало заднего вида, потом снова на меня. – Я тебе не соперник, Кэйд. Пока ты делаешь Робин счастливой, я на твоей стороне.
Я помотала головой, начав возражать.
– Я не это имела в виду… – Я замолчала и вздохнула. – О, черт, а может и это. Вы двое действительно очень близки, вы хорошо знаете друг друга, а все, что есть у меня – это небольшие… части ее. Это расстраивает.
Пару минут мы молчали, потом Джош похлопал меня по ноге.
– Если тебе от этого станет легче, Кэйд, она не так-то просто раздает части себя; и тебе она дала больше, чем получал кто-то еще уже долгое время.
Я снова повернулась вперед, вспоминая те краткие проблески чувств в ее темных настороженных глазах.
– Я хочу все. – Спокойно произнесла я, глядя на дорогу. – Хочу каждую часть ее.
Он сжал мое колено, и я повернулась к нему.
– Хорошо, – Джош медленно расплылся в улыбке. – Хорошо.
После этого беседа перешла на другие темы, и мы вернулись к прежней непринужденности. Двадцать минут пролетели стремительно, и скоро мы заехали на стоянку на главной улице Санта-Моники.
Мы прошли пару кварталов, обсуждая художественное оформление оконных рам, пока не подошли к ресторану 'У Софии', где Джош открыл передо мной дверь. Внутри ресторан был окрашен в светлые тона и украшен любопытным соединением юго-западного и средиземноморского декора. Я с любопытством огляделась, оценивая сочетания цветов и аппетитные запахи, витающие в воздухе.
У одной стены была длинная стойка со стеклянной витриной, в которой стояли десерты и другие блюда. У дальнего конца стойки находился стол регистратора, за которым стояла изящная женщина с темными с проседью волосами, что-то записывая в блокнот. Когда мы подошли, она повернулась в нашу сторону, скользнув по мне внимательными глазами. Но едва ее взгляд обратился к Джошу, все ее лицо осветила открытая приветственная улыбка, и узнавание мгновенно лишило меня голоса.
– Джошуа! – Она вышла из-за стола и расцеловала парня в обе щеки.
– Buenas tardes note 17, София. – Джош отстранился и тепло улыбнулся ей. – Рад тебя видеть. Что ты тут делаешь? Проверяешь своего темпераментного шеф-повара?
Женщина рассмеялась и похлопала Джоша по руке.
– Ах, ты же знаешь мою Патрисию. Она готовит так, как ей нравится, независимо от того, что говорит ей мамА. – Женщина говорила абсолютно правильно, но с легким акцентом. – Нет, Марси ушла в отпуск на пару дней, и я вызвалась помочь, пока она не вернется. – Она сделала паузу, затем подмигнула. – И проверить своего темпераментного шеф-повара.
Эти двое рассмеялись, и женщина с любопытством посмотрела на меня.
– Где твои манеры, Джошуа? – Она толкнула его локтем. – Представишь меня своему другу?
Стараясь выглядеть примерным мальчиком, Джош положил руку мне на спину, представляя женщине.
– Прости. София, это – мой друг, Кэйденс Харрис. Кэйд, это – София Вард…
– Мать Робин. – Закончила я за него, пожимая протянутую руку женщины. – Encantada, Senora note 18.
Мамочка была бы так горда, что ее упор на языки, наконец, пригодился.
Услышав мое приветствие, София подняла бровь движением настолько знакомым, что я не смогла сдержать восхищенный смешок. Она слегка нахмурилась, и я поспешила извиниться.
– Простите за смех, Senora, просто я поняла от кого у Робин… – Я подняла бровь и показала на нее пальцем. – …это.
 
Она широко улыбнулась.
– Вы знаете мою Сабину?
– Э… Сабину?
– Сабина – это имя Робин, – объяснил Джош. – А Робин – ее второе имя.
София изящно махнула рукой.
– Ах, ей больше нравится Робин, но она всегда будет Сабиной для меня. – Она наклонилась ко мне, заговорщески добавив. – И это делает ее loco note 19, как я это называю.
Я улыбнулась, легко представив себе сердитое выражение лица Робин.
– Могу себе представить, Senora, как бы вела себя loco Робин.
София снова подняла бровь, задумчиво глядя на меня.
– Пожалуйста, зови меня София. А я буду звать тебя Кэйденс, – объявила она. – Так, скажи мне, Кэйденс, откуда ты знаешь мою дочь?
«Я полностью, абсолютно, бесповоротно влюблена в нее…»
Я прочистила горло.
– Мы с ней работаем вместе. Ну, иногда работаем вместе.
– Ты работаешь в этом адвокатском сериале с ней?
– Нет. То есть да. Иногда. – Я помотала головой, удивленная своим косноязычием. – Я работаю в другом сериале, но иногда появляюсь в сериале Робин, или она в моем.
– Ах… Полицейский сериал. '9 патруль', да?
– '9 округ'. – Автоматически поправила я, чувствуя себя из-за этого немного глупо.
Она медленно кивнула, оглядывая меня с головы до ног.
– Ты – друг, который потерялся. – Прямо сказала она.
Я задавила желание объясниться в зародыше и просто ответила.
– Да.
– Моя Сабина была очень расстроена. Я никогда не видела ее такой… – она искала слово, – обезумившей. Я очень рада, что ты нашлась, и очень рада познакомиться с тобой. Мы редко видим друзей Сабины, так что приятно встретиться с другом моей hija note 20, о которой она так заботится. – София посмотрела на Джоша. – Это хорошо, Джошуа, что ты привел Кэйденс познакомиться со мной. Спасибо. – Она взяла нас за руки. – Теперь, пойдемте. Я посажу вас, и Патрисия приготовит для вас что-нибудь особенное.
Она посадила нас за крайний столик и принесла бутылку вина, прежде чем заторопиться к новым посетителям. Было еще довольно рано – полшестого – ресторан еще не был полон, и София часто подходила к нашему столику следующие полчаса, спрашивая о моей семье и работе, и рассказала веселую историю о том, как они поймали Робин и Джоша в весьма… компрометирующей ситуации, когда семья приехала навестить Робин в один из уик-эндов, когда она училась в UCLA.
– А потом Лори, как это могут только подростки, сказала своей сестре, что у Джошуа классная задница…
– София! – Лицо Джоша приняло очень интересный оттенок красного и он, бормоча что-то о том, что заметил знакомого, сбежал. Мы с Софией наблюдали, как он быстро пересекает зал, затем, повернувшись друг к другу, улыбнулись.
– Он – такой хороший мальчик, – нежно произнесла она, глядя как Джош беседует с парой, сидящей в противоположном углу зала. – Моей hija повезло, что он есть в ее жизни.
– Да. – Я покачивала бокал, наблюдая, как вино омывает стеклянные стенки. – Им повезло, что они есть друг у друга. Они оба очень особенные.
Я почувствовала легкое прикосновение к своей руке и подняла голову, встречая прямой взгляд темных глаз, так похожих на глаза Робин.
– Я думаю, Кэйденс, ей повезло, что у нее есть и ты тоже. Ты очень заботишься о ней.
Немного поколебавшись, я кивнула.
– Да, очень, – спокойно ответила я.
– Да, я это вижу. Ты всегда улыбаешься, когда говоришь о ней, и твои глаза… в них видно многое. Мне нравится то, что я вижу. Сабина… она некоторое время не была счастлива. Да, она известна, и знакома со многими людьми, и ей нравится то, что она делает… но она потеряла свою улыбку. Я хотела бы видеть ее улыбку снова. – София погладила меня по руке и встала. – Я думаю, Кэйденс, возможно ты сможешь вернуть ее улыбку.
Я прекратила играть бокалом и просто смотрела на нее. «София только что дала мне свое одобрение на отношения с ее дочерью?»