С любовью, Ан

 ***
 "Ан - девушка… Ан - ДЕВУШКА", - всю дорогу до гостиницы Никитос не мог в это поверить. Он сегодня будет мять простыни с подиумной моделью! Охренеть просто! Вот это подгон судьбы.
 В гостиничном номере оба притихли. Тот неловкий момент, когда оба понимают, зачем они здесь, но стартовать пока не решаются.
 Осмотрев бледно-зелёный интерьер, Ник наткнулся взглядом на картину с изображением ландышей и, чтобы разрядить напряженную обстановку, промурлыкал, дурашливо кривляя голос:
 - Мы забрались в камыши
 Наебались от души
 Нахуя нам эти лаааандыши…
 Стоявшая до этого момента с томным взглядом Карина, снова прыснула от смеха и, сморщив нос, хлопнула Никиту ладошкой в грудь:
 - Фу, какой ты грязный мальчишка! Тебя надо срочно помыть!
 Она потянула его за ремень в душевую. Там прижалась спиной к черно-белой кафельной мозаике и, склонив голову набок, облизнула нижнюю губу.
 Ник обожал такие моменты. Первый поцелуй. Когда губы уже совсем близко, но еще не соприкоснулись. Легкий трепет. Запах ее кожи. Тонкий, свежий, цветочный. Тепло хрупкого девчоночьего тельца.
 Но она все испортила, нетерпеливо обхватив за шею и притянув его к себе.
 Пока целовались, она блуждала по его телу тонкими пальчиками, точно карманник, расстегивая пряжку, пуговицы, молнию. И Никите приходилось действовать в том же темпе. Секс мистера и мисисс Смидт. Или погоня за оргазмом.
 Когда оба остались в одном лишь нижнем белье, Никитос все же разомкнул поцелуй и сбивчиво спросил:
 - И всё-таки, почему парень?
 
 - Хотела, чтобы ты полюбил меня, а не мои сиськи. Но похоже сиськи победили.
 Никита опустил взгляд на скромные единички фотомодели и хотел было сказать, что дело точно не в них. Но решил не рисковать. Ибо будь она парнем, у нее и таких бы не было. Карина словно прочитала мысли:
 - Если бы я была парнем, ты же не пошел бы со мной в гостиницу?
 - Естесссно, - прошепелявил Ник и предпочел снова занять ее губы поцелуем.
 ***
 Позже лежа в постели и глядя на то, как она засыпает, Никитос пытался разобраться в собственных эмоциях.
 Это было очень, ОЧЕНЬ клёво, что Ан оказался девушкой. К тому же такой красивой. Такой умелой и раскрепощенной в постели. У него еще ни с кем не было такого безбашенного ралли на всю ночь до рассвета. На его коже не осталось ни миллиметра, которого она не коснулась бы губами. Она просто вылизала его всего.
 А как она "мяукала" во время оргазма? О… это надо слышать. Ради такой сладкой "песенки" Ник готов был стараться еще и еще, утопая в ее влажных складочках то языком, то своими тонкими пальчиками.
 А как они раскачивали кровать, когда Карина впивалась когтями в бока любимого мальчика, сидя сверху.
 И то как скатывались капельки пота по коже. И запах возбуждения, царивший в комнате до сих пор. И влажные шлепки, когда Никита, теряя над собой контроль, врезался лобком в ее ягодицы, ускоряясь до бешенного темпа и кончая в горячее, сочащееся, сжатое от только что полученного оргазма лоно любимой девочки.
 Все это было просто потрясно. Ночью было. Потрясно. Но сейчас, когда сквозь задернутые шторы отчетливо прорисовывался квадрат солнечного света, Ник ловил себя на мысли, что лежит рядом с чужим человеком. Почти чужим.