Отражения

 — Линдси.
 Она повернулась, думая, что готова к этому. Увидев его снова, на нее нахлынуло множество чувств, главным из которых была всепоглощающая радость. Линдси улыбнулась, наполненная ею, и подошла к Сету. Ее руки без колебаний коснулись его рук.
 — Сет. Так приятно видеть тебя снова. — Она почувствовала, как он сильнее сжал ее пальцы, прежде чем отпустить их.
 — Ты хорошо выглядишь. — Он произнес это таким буднично отстраненным тоном, что она тут же проглотила слова, которые вертелись у нее на языке.
 — Спасибо. — Она повернулась и подошла к огню, чтобы согреться. — Надеюсь, я не побеспокоила тебя.
 — Нет. — Сет не двигался с места. — Ты меня не побеспокоила, Линдси.
 — В Новой Зеландии дела идут хорошо? — спросила она, снова повернувшись к нему с осторожной улыбкой. — Думаю, там погода совсем другая.
 — Да, — согласился Сет. Он подошел ближе, но все же сохранял безопасную дистанцию. — В начале года мне нужно будет вернуться туда на несколько недель, еще кое-что уладить перед окончанием работ. Рут говорила, твой дом продан.
 — Да. — Линдси пригладила ворот своего свитера, ей отчаянно хотелось хоть чем-нибудь заполнить руки. — Я окончательно переехала в школу. Все меняется, не правда ли? — Сет кивнул в знак согласия. — Конечно, там было слишком много комнат, и дом казался ужасно пустым, когда я была одна. Теперь будет проще со всем разобраться, когда я уеду в Нью-Йорк…
 — Ты уезжаешь в Нью-Йорк? — резко прервал он ее. Линдси заметила, как он нахмурился. — Когда?
 — В следующем месяце. — Она направилась к окну не в силах удержать себя на одном месте. — Тогда Ник начнет ставить свой балет. Мы наконец-то пришли к соглашению.
 — Понятно, — медленно произнес Сет. Он изучал изящный изгиб ее шеи, пока она снова не повернулась к нему. — Значит, ты решила вернуться.
 — Только на одно выступление. — Она улыбнулась, пытаясь притвориться, что это был самый обычный разговор, хотя ее сердце бешено стучало. — Премьерный показ собираются снимать для телевидения. Я согласилась исполнить главную партию, потому что я была самой известной партнершей Ника. Наше воссоединение привлечет больше внимания.
 — Одно выступление, — задумчиво произнес Сет. Он сунул руки в карманы и внимательно посмотрел на Линдси. — И ты думаешь, что сможешь на этом остановиться?
 — Конечно. — Линдси старалась говорить спокойнее. — У меня есть несколько причин. Это важно для Ника. — Она вздохнула. Тонкие лучики света пробирались через окно и падали ей на волосы. — И это важно для меня.
 — Хочешь убедиться, что до сих пор можешь быть звездой?
 Линдси подняла брови с легким смехом.
 — Нет. Будь у меня подобное самомнение, все было бы совсем по-другому. Но слава никогда не была для меня по-настоящему важна. Полагаю, именно поэтому мы с матерью не понимали друг друга.
 — Ты не думаешь, что все может измениться, как только ты снова окажешься в том мире? — Резкость в его голосе заставила Линдси нахмуриться. — Когда ты танцевала с Давыдовым в студии, всё, чем ты когда-то была, вырвалось наружу.
 — Да, так и должно быть. — Она еще больше сократила дистанцию между ними, желая, чтобы он ее понял. — Но танцевать и выступать не всегда означает одно и то же. Я выступала, — напомнила она ему. — Я была в центре внимания. Мне больше этого не нужно.
 — Тебе легко сейчас говорить. Но все станет намного сложнее, когда ты вновь будешь стоять на сцене в центре внимания.
 — Нет, — Линдси покачала головой. — Все зависит от причины возвращения. — Она подошла к нему и дотронулась пальцами до тыльной стороны его ладони. — Ты хочешь знать мою?
 Он долго и молчаливо изучал ее, затем отвернулся.
 — Нет. Нет, не думаю, что хочу. — Он встал лицом к огню. — А что, если я попрошу тебя не уезжать?
 — Попросишь не уезжать? — Ее голос полностью отражал ее смятение. Она подошла к нему и дотронулась до его руки. — Почему?
 Сет повернулся, и их взгляды встретились. Он не дотрагивался до нее.
 — Потому что я люблю тебя, и не хочу тебя потерять.
 
 Глаза Линдси увеличились. Затем она оказалась в объятиях Сета и изо всех сил вцепилась в него.
 — Поцелуй меня, — потребовала она. — Пока я не проснулась.
 Их губы встретились, почувствовав взаимную жажду, и не размыкались до тех пор, пока не утих первый острый голод. Линдси на секунду спрятала лицо у него на груди, едва позволяя себе поверить в услышанное. Она почувствовала, как его руки прошлись вниз по ее мягкому свитеру, затем скользнули под него и дотронулись до нежной кожи.
 — Мне не хватало этих прикосновений, — пробормотал Сет. — Были ночи, когда я не мог думать ни о чем другом, кроме твоей кожи.
 — Ох, Сет, я не могу в это поверить. — Снова подняв лицо, она запустила обе руки в его волосы. — Скажи мне снова.
 Он поцеловал ее лоб, потом сильнее прижал ее к себе.
 — Я люблю тебя. — Услышав его вздох, она почувствовала, как его тело расслабляется. — Я никогда не говорил этого ни одной женщине.
 — Даже итальянской графине или французской кинозвезде? — Голос Линдси был приглушен, так как ее губы прижимались к его шее. Сет отодвинул ее на такое расстояние, чтобы их глаза могли встретиться, и посмотрел на нее глубоким, внимательным взглядом.
 — Никто никогда не прикасался ко мне так, как ты. Я мог бы сказать, что провел всю свою жизнь в поисках такой, как ты, но это не так. — Он улыбнулся, прошелся руками вверх по ее плечам, затем взял ее лицо в ладони. — Я даже не знал, что есть такая, как ты. Ты оказалась сюрпризом.
 — Это самые прекрасные слова из всех, что мне когда-либо говорили. — Она повернула голову и поцеловала его ладонь. — Когда я поняла, что люблю тебя, я испугалась, потому что это означало слишком сильно нуждаться в тебе. — Она посмотрела на него. Ее притягивала каждая черточка его лица. Он завладел не только ее сердцем и телом, но и ее разумом, причем с такой силой, что иногда становилось страшно. Она внезапно прижалась к нему, ее пульс забился как сумасшедший. — Обними меня, — прошептала она, закрыв глаза. — Я до сих пор боюсь.
 Ее губы искали его рот, и поцелуй был просто поразительным. Они все глубже затягивали друг друга, пока не настал момент, когда ни один из них не мог выбраться на поверхность самостоятельно. Этот поцелуй означал абсолютную зависимость друг от друга.
 — Я чувствовала себя лишь на половину живой с тех пор, как ты ушел из студии, — призналась она. Казалось, черты его лица просто требовали прикосновения ее пальцев. — Все стало таким плоским, какой была бы фотография снега.
 — Я не мог остаться. Ты сказала, что все произошедшее между нами было милым. Два взрослых, одиноких человека, которые понравились друг другу. Все очень просто. — Он покачал головой и властно прижал ее к себе. — Эти слова схватили меня за горло. Я любил тебя, я нуждался в тебе. Впервые в моей жизни это было не просто.
 — Разве ты не можешь определить, когда кто-то лжет? — мягко спросила она.
 — Только не тогда, когда я пытался справиться со своей влюбленностью.
 — Если бы я только знала… — Ее голос затих, когда она прижалась к его груди, слушая звуки его сердца.
 — Я хотел тебе сказать, но потом я увидел, как ты танцуешь. Ты была так изысканна, так совершенна. — Он снова вдохнул ее запах и прижал к себе. — Я ненавидел это. Пока я смотрел, ты с каждой секундой все больше отдалялась от меня.
 — Нет, Сет. — Она заставила его замолчать, прижав кончики пальцев к его губам. — Это не так. Это совсем не так.
 — Не так? — Он взял ее за плечи и отодвинул от себя. — Он предложил тебе жизнь, которую ты никогда не сможешь разделить со мной. Он предложил тебе снова вернуть твое место в свете софитов. Я говорил себе, что должен поступить правильно и позволить тебе уйти. Все эти недели я держался от тебя подальше. Но как только увидел тебя здесь сегодня, я понял, что не могу тебя отпустить.
 — Ты не понимаешь. — Ее глаза стали грустными и умоляющими. — Я не хочу возвращать ту жизнь или место в свете софитов, даже если это возможно. Я не поэтому возвращаюсь для этого балета.