Катрин Денев. Красавица навсегда

Отец это быстро понял и стал еще больше гордиться ею. Что касается матери, она тоже не могла не оценить многих качеств Кьяры: самостоятельности, любви к риску и эксперименту, умению учиться профессии прямо на съемочной площадке. Она переняла и нюх на радикальных режиссеров. Конечно, Кьяре еще далеко до Катрин Денев, но шаг за шагом она освобождается от инфантилизма и комплексов. Она больше всего боится стать заложницей одной заученной роли, одного имиджа. Не только в артистической, но и в личной жизни, которую она – точно как ее мать – держит от посторонних за семью печатями. Она рассталась с отцом своего старшего сына – скульптором Пьером Торретоном. Довольно долго ее связывали тесные отношения с рок-музыкантом Мелвилом Поло и американским актером Бенисио Дель Торо, пока не выяснилось, что трудно жить на две страны и каждому делать карьеру. Знакомая история, не правда ли?
Зато Кьяра блестяще провела телеинтервью с Джонни Деппом – другом и партнером Дель Торо по фильму «Страх и ненависть в Лас-Вегасе. Она подписала контракт с Marylin Model и рекламирует ювелирные изделия Damiani. Она вступила в тот зрелый возраст, когда природная красота и приобретенная элегантность гармонично дополняют друг друга. Как и мать, она отметила тридцатилетие рождением второго ребенка.
В отличие от молодой Денев, Кьяра, хотя и наполовину итальянка, работать на родине отца не стала – потому, что в Италии почти не осталось больших режиссеров и крупных европейских проектов. Но и французское кино не всегда предлагало интересный материал. В поисках выхода Кьяра обратила свои взоры туда, куда обычно латинских актрис пускают крайне неохотно. Речь даже не про Голливуд, а про американское независимое кино. Имя Мастроянни вдруг мелькнуло в титрах фильма «Нигде» крутейшего авангардиста Грега Араки.
Сегодня она в том возрасте, в каком была ее мать в разгар своего «итальянского романа». Кьяра расцвела, но в ее красоте чувствуется какая-то напряженность. Она сменила джинсы и свитера на элегантные брючные костюмы и туфли на тончайших шпильках. Она перекрасилась в блондинку, нервно курит и жестикуляцией невольно пародирует «ледяную» Денев. Это впечатление становится еще более потешным, когда вдруг нижняя часть лица Кьяры расплывается фирменной улыбкой Мастроянни.
Когда у Марчелло Мастроянни диагностировали рак поджелудочной железы, Катрин Денев часто навещала его. Он умер на ее руках 73-летним в самом конце 1996 года. Кьяра была рядом, а через пять дней родила ему внука. На похоронах повторилась мизансцена, слишком хорошо знакомая Катрин. Они все сидели рядом – Катрин, Кьяра, Флора, ее дочь Барбара… А также Анна Мария Тато, которая возникла в жизни актера через два года после разрыва с Денев и оставалась его подругой до самой смерти, то есть больше двадцати лет. Потом Анна Мария сняла документальный фильм «Марчелло Мастроянни: Я помню, да, я помню», в котором нет ни слова о Денев, Фэй Данауэй и даже Флоре Мастроянни, а Софи Лорен фигурирует всего лишь в одном или двух кадрах. Премьера этой киноленты ожидалась с предвкушением скандала, но его не произошло. Делить женщинам было больше нечего – только память.
Трудно представить, что его партнерши по жизни и по экрану по-прежнему сверкают в обществе своей красотой, а Мастроянни уже нет. Он никогда не берег себя: снимался без перерыва, даже будучи больным, пил, курил и не заботился о внешности. Может быть, своей неприязнью ко всему искусственному, полным неумением себя рассчитывать и жалеть он оказался особенно близок русскому сердцу, а не только потому, что сыграл в фильмах «Белые ночи» и «Очи черные».
Он постарел совсем не благообразно, а когда это произошло, сделал и старость, увядание, беспомощность материалом для творчества. Его лебединой песней стала главная роль в фильме «Путешествие к началу мира» великого португальца Мануэля де Оливейры, которому самому было тогда под девяносто. Перед этим в его фильме «Монастырь» снялась Катрин Денев, а через пару лет в «Письме» прекрасно сыграла Кьяра.
 
Незадолго до смерти вышла книга воспоминаний Мастроянни под названием «Счастливая жизнь». Да, он прожил жизнь, которой позавидовали бы многие: был любимцем женщин, публики, продюсеров и фестивалей. Правда, в последние годы кумир представал в ином облике – стремительно постаревшего, больного, погасшего человека. Его увозили в больницу прямо со съемок, а на каннской пресс-конференции фоторепортерам не позволяли снимать. Но даже тогда его глаза иногда вдруг вспыхивали прежним огнем, а лицо озарялось столь же обаятельной, хотя и грустной улыбкой.
Мастроянни доводилось изображать пролетариев и королей, священнослужителей и сутенеров, революционеров и казанов – в прямом и переносном смысле, и даже беременного мужчину. Последнего он сыграл в одном из четырех экранных дуэтов с Катрин Денев, а пятый – сыграл с ней в жизни.
Из интервью с Аленом Корно
 (Москва, 2003) 
– В фильмах «Выбор оружия» и «Форт Саган» вы снимали Катрин Денев. Обе ее роли не были центральными в этих картинах. Почему?
– Катрин Денев – актриса, которая живет на контрастах, существует на противоречиях. Она кажется порой такой гламурной, холодной и отчужденной – а между тем я знаю наверняка, что она абсолютно безумная. В положительно, подчеркиваю, смысле слова. Она может играть яркие эмоциональные сцены, что иногда и делает весьма успешно. Но лучше всего у нее получаются более тонкие вещи: она ухитряется пойти в обход, как бы незамеченной. Это чрезвычайно умная женщина, настоящая киноманка, прекрасно знающая кинематограф. Ей хорошо известно то, что камера фиксирует то, что скрыто, а не выставлено напоказ. Если надо играть гнев, она не будет это делать впрямую. Она – актриса скрытого, потаенного, и в этом ее огромное достоинство.
– Однако в фильме Надин Трентиньян «Это случается только с другими» Катрин Денев ничего не скрывает, обнажая весь накал своих эмоций…
– Вы правы. Это один из немногих фильмов, где Катрин предельно эмоциональна. Но вы сами знаете, почему.
– Потому что в основу сюжета была положена реальная трагедия, случившаяся с режиссером Надин Трентиньян.
– Совершенно верно. Катрин фактически сыграла саму Надин, и обеих женщин связали в жизни совершенно особые отношения. Это вообще особенный фильм. И, может быть, именно потому, что в нем был такой накал чувств, на его съемках возникло сильное чувство между Катрин Денев и Марчелло Мастроянни.
Из интервью с Катрин Денев
 (Париж, 1998) 
– После Поланского и Бунюэля, после Англии и Испании в вашей жизни наступил итальянский период…
– Да, я любила сниматься в Италии, как и другие французские актрисы того времени.
– Я имею в виду конкретный этап и конкретных людей – Марчелло Мастроянни и Марко Феррери. Я назвал этот эпизод вашей биографии «римские каникулы».
– Забавно. Но оба фильма с Феррери мы сняли во Франции – один на Корсике, другой в Париже. Так что мои «римские каникулы» были очень французскими. К тому же и Феррери, и Мастроянни в ту пору жили главным образом в Париже.
– Но картина Дино Ризи «Потерянная душа» уж точно снималась в Венеции. Похоже, вам нравилось и бывать, и работать в Италии. Чего не скажешь о вашей дочери Кьяре Мастроянни. Наполовину итальянку, мы почему-то совсем не видим ее в итальянских фильмах.
– Я с удовольствием работала бы в Италии и сегодня. Но теперь подобную ситуацию трудно даже представить. Итальянское кино находится не в лучшей форме, и что остается делать Кьяре?
Из интервью с Кьярой Мастроянни
 (Венеция, 2001) 
– Ваши родители прививали вам любовь к кино?
– Они были достаточно безумны, чтобы воспитать меня на «Дракуле» и «Франкенштейне». Но, поверьте, я не рвалась в кино – как в свое время и мама. Ту хотя бы привела на съемки ее сестра, уже бывшая актрисой. Я же просто ходила на площадку к папе или к маме и видела, что они счастливы, когда работают – даже если иногда раздражались и ругались.