Вверх. Шаг за шагом (СИ)

— Именно. Ну а заодно свои позиции укрепит Воронова. Константин станет ей доверять.
— Хорошо. Я понял.
Вадим встал, пожал Ничацкому на прощание руку и пошёл назад, в особняк Валицыных.
В вестибюле его встретила княжна. Вокруг глаз у неё были небольшие припухлости, словно она только что плакала. Вадим спросил у неё что случилось, но Наталья не ответила. Она взяла его за руку и отвела в личные покои князя. Остановившись перед входом в спальню Валицына, она обернулась к Вадиму и сказала:
— То что вы сейчас увидите — тайна. Вы никому не расскажет об этом. Поклянитесь.
— Клянусь.
Они вошли, и Вадим увидел князя, лежащего на кровати. Он был без чувств, дыхание почти не было.
— Что с ним?
— Думаю, вы лучше меня разбираетесь в тёмных проклятиях.
— К сожалени, в этой области тёмных искусств я полный профан, — с горечью ответил Вадим. Он был в растерянности. Ему нужен был совет князя.
Наталья тихонько тронула его за плечо.
— Где вы были, Вадим Егорович? Во что опять ввязался мой брат?
И он рассказал ей всё.
Следующим вечером к крыльцу императорского дворца подкатила богато украшенная карета с гербом княжеского рода Валицыных на дверце. Она была не первой в веренице карет прибывших на бал к Императрице, но далеко не последней. Лакей в роскошном камзоле открыл дверцу и на ковровую дорожку ступили князь и княжна Валицыны. Они поднялись по ступеням и предстали перед четой правителей Империи.
— Рад видеть вас, дорогой друг, — проскрипел Император. Он напоминал иссохшуюся мумию, лишь проницательный взгляд выдавал в нём живого человека.
Императрица моложе, и хоть она давно миновала возраст юности, но была по-прежнему красива. Она ласково улыбнулась гостям.
— Михаил, Наталья. Рада приветствовать вас. Прошу, проходите внутрь. И обязательно подойдите ко мне во время бала.
Великий князь Константин, стоящий позади своего отца коротко кивнул князю и поцеловал руку Наталье.
— Не сутулься, — тихо сказала она своему брату, когда они вошли в зал.
— Не так просто притворяться перед Императором.
— Что поделать, Вадим Егорович.
— Не называйте меня так, прошу вас.
Наталья посмотрела на него. В глазах её плясали бесенята.
Вадиму оставалось только надеяться, что сил, почерпнутых им вчера во время ритуала в подвале особняка, хватит на удержание образа князя в течении всего вечера.
  
Эпилог
 
В нахождении под личиной князя Валицына был очевидный положительный момент: княжна была рядом. Вадим был воспитан в строгости, можно даже сказать в аскезе, даже не в силу того что его семья блюла нравственность, просто даже теоретически подходящие по статусу девушки жили далеко. С крестьянками связей у него не было, что служило предметом постоянный насмешек старшего брата. В общем, Вадиму было тяжело даже самому себе признаться в том, что ему нравится блистательная княжна Валицына. Однако ж, пришлось признать очевидное. Она словно нарочно плотно прижималась к нему, когда они вошли в зал, наполняя Вадима трепетом.
— Ты так очаровательно смущаешься, милый братик, — шепнула она ему на ушко, улучив момент, когда никого не было рядом.
— Дорогая сестра, — деревянным от смущения голосом ответил Вадим, — тебе не кажется, что от того как ты себя ведёшь, веет…
Он запнулся, не будучи в силах произнести это слово вслух.
— Инцестом? — сказала она, заглядывая ему в лицо своими огромными, синими и какими-то нездешне невинными глазами. Она немного помариновала его, наслаждаясь ситуацией, после продолжила, понизив голос:
— Вадим Егорович, в Александровской Слободе не иметь какого-нибудь постыдного порока просто неприлично. Я смогла в своё время убедить брата, что слухи о нашей противоестественной связи невозможно остановить. К чему сопротивляться?
Вадим мотнул головой. Высказаться искренне о подобном в присутствии дамы представлялось ему немыслимым. Он просто слов приличных не мог подобрать.
— Ну что же вы, — улыбнулась Валицына, — Если будете иметь репутацию человека честного и порядочного, вас здесь попросту заклюют. Такова природа вещей. Стоит испачкаться в грязи, как все чистые сразу начинают казаться ханжами. Да и к тому же, мне приятен ваш интерес.
 
— Я бы не хотел, чтобы всё было так. Мне хочется всё изменить.
— Это вполне достойная цель. Труднодостижимая, но вне всякого сомнения, достойная.
— Наверное, эта зараза пришла к нам из-за границы. Весьма причудливо. Подобных мне там давно извели под корень, а сейчас там царит мода на тёмные ритуалы.
— Да, и вы чуть было не пали под жертвенным ножом на потеху островитянину. Кстати, ваш вчерашний ритуал ему бы понравился.
Вадим повернулся к ней.
— Это было необходимо.
— Вы очень плохо владеете лицом, милый братец. Сейчас поползут слухи о том что мы поссорились на балу у Императрицы.
Она улыбнулась кому-то, перекинулась парой фраз с дамой и кавалером в блестящих нарядах. Увлекла Вадима за руку и когда они вновь оказались вне досягаемости любопытных глаз, сказала:
— Вадим, а вы знаете, за что великого князя Романа отлучили от двора?
— Не знаю точно, но когда я его видел, мне показалось, что за ним стоит что-то очень древнее и очень темное.
Княжна фыркнула:
— Вы принимаете его актерскую игру за чистую монету.
— Тогда ему не перед кем было играть.
— Если долго носить маску — она прилипает к лицу, — парировала княжна, — на самом деле он просто марионетка островитян. Будучи молодым человеком он долго гостил у их короля, что немудрено, ведь они родственники. Там он, очевидно, попал под их влияние. В этом нет ничего плохого, но великий князь настолько увлекся островной культурой, что искренне уверился в её превосходстве над отечественной. Допустить к трону такого наследника Его Величество, разумеется, не мог. Он вызвал его домой, и отправил в заточение, лишив права наследовать трон. Кстати, о наследниках. Вот и Константин появился. Должна признать, он хорош.
Вадим посмотрел на великого князя и ощутил укол ничем не обоснованной ревности. Наталья усмехнулась.
— Пойдёмте выкажем почтение будущему наследнику престола Империи.
Константин стоял в окружении своей свиты и принимал приветствия от придворных, выстроившихся для этого в очередь строго согласно табели о рангах. Причём скорее неформальной, чем официальной. Княжна уверенно обошла большую часть очереди и они с Вадимом предстали перед великим князем. Константин пожал руку мнимому Валицыну, дружески улыбнулся.
— Скажите. Князь, вы знакомы с методами принуждения рабочих к труду, применяемых на землях Островного Королевства?
— Ну что вы, ваше Императорское Высочество! Вы хотите поговорить об этом на балу? — Валицына попыталась, как ей казалось, спасти Вадима.
— Я читал об этих методах, — сказал он.
— И как вы их находите?
— Думаю, следует понаблюдать за ними повнимательнее. Если они покажут свою эффективность, их можно будет внедрять и у нас.
— Да что там цацкаться с отребьем! — воскликнул один их новых друзей великого князя. Судя по нездоровому блеску глаз, он принимал что-то отличное от подаваемого на балу шампанского, — Пару ударных батальонов в боевом строю сомнут толпу бунтовщиков любого количества!
Его одобрительными возгласами поддержала свита наследника. Не все возгласы показались Вадиму искренними.
— А вы знаете, сколько у меня на заводах людей работает?
Это заговорил Домидов. Он в сопровождении Вороновой подошёл к беседующим. Вадим заметил, что вокруг них незаметно собрался цвет имперской аристократии, и даже Император с Императрицей стояли неподалёку.
— Да какая разница, сколько их там! Вы их боитесь, что ли?
— Предлагаете воевать с собственным народом? — спросил Вадим, — Проигрыш, само собой, неприемлем, но и победа нас уничтожит. Нас просто некому будет кормить.
Великий князь одобрительно улыбнулся. Воронова скользнула по Вадиму холодным как у змеи взглядом.