Хирург по призванию (СИ)
Вечер пролетел незаметно. Мы танцевали, разговаривали, целовались. В общем, проводили время, не боясь, что кто-то нас заметит, и пойдут слухи.
Олег показал мне фотографии со дня рождения Антона Курбатова. А потом настало время ехать домой, ведь завтра у моего парня операции, а мне предстоит, встреться с человеком Шестакова.
Олегу я об этом не говорила, да и про всю ситуацию с моим прошлым. Я знаю, что он заметил мои перепады настроения еще до того, как мы стали парой. Я знаю, что мне необходимо с ним поделиться. Он сможет помочь, но для начала, мне нужно понять. Кому перешли дорогу мои родители.
***Утром я просыпаюсь и иду на кухню. — Доброе утро папа, как Алена Вячеславовна?
— Доброе утро. С утра уехала по каким-то делам. Ты в больницу?
— Да.
Меня прерывает звонок моего мобильного.
— «Да, слушаю»
— Катя, здравствуйте. Это жильцы с вашей квартиры.
— Здравствуйте, что-то случилось?
— Мы пришли домой, но дверь вскрыта. Мы перед уходом закрывали.
— Полицию вызвали?
— Да.
— Я сейчас приеду.
Я быстро завтракаю и собираюсь на квартиру родителей.
— Катя, что случилось? — Ломов быстро подходит ко мне.
— Папа, кто-то проник на квартиру родителей.
— Тебя подвезти?
— Нет, я сама доберусь, спасибо.
В это же время я прошу Алексея подойти к дому, где я раньше жида.
— Позвони потом.
— Хорошо.
По дороге к дому, где я росла, я пишу Олегу, что сегодня меня и Алексея на занятии не будет. Он спрашивает почему, но сказать правду я ему не могу. Поэтому вру, что сегодня нужно позаниматься с Женей и подтянуть его по химии и биологии. Алексей просто вызвался помочь. Олег понял и отпустил.
В квартире родителей все осталось так же, как и пять лет назад. Я прохожу по знакомым комнатам и понимаю, что все на месте.
Полиция уезжает. Мне же удается найти папины документы, которые видимо и искал тот, кто проник в квартиру. Документы он не нашел, только потому что не знал, где они могут быть. Мне же просто повезло, и я помнила про тайник.
В документах я нахожу материалы расследования моего отца о препарате, действие которого исследовали на детях и подростках. Папе удалось выяснить, что этот препарат не прошел клинические испытания, так как после него многие либо умирали, либо оставались инвалидами. У тех же, кто выжил, вскоре обнаруживали рак.
— Алексей, получается, мой отец проводил расследование. Возможно, ему удалось узнать про людей, которые проводили эти испытания на детях и собирался все это опубликовать.
— И ты думаешь что человек, который этим занимался пять лет назад, приказал убрать твоих родителей?
— Думаю да. Но при чем тут мама?
— А с Шестаковым ты говорила?
— Да. Это не он.
Алексей помог мне собрать все документы и когда мы собрались выходить, показал мне на один конверт.
— Катя, посмотри.
На конверте почерком моего отца было написано мое имя.
— Спасибо, Леш. Поехали.
— Ты домой?
— Да. И ты тоже. Олег Николаевич знает, что ты мне сегодня помогаешь. Правда он думает, что мы сейчас Жене помогаем с химией и биологией.
— Хорошо. Тогда до завтра.
— До завтра.
Позже дома, я открываю папино письмо.
«Катенька, дочка. Если ты читаешь это письмо, то нас с мамой уже нет.
Как ты помнишь, Женя сильно болел, пневмония буквально забирала жизнь нашего мальчика. В то время на рынке медикаментов собирались запускать препарат Гентофлоксацин. Говорили и писали о том, что он эффективно борется с пневмонией и другой вирусной инфекцией. Испытания проводили на базе детской поликлиники.
Препарат помогал, но не всем. Многие дети умерли через неделю, после лечения. У тех же, кто выжил, обнаружили новообразование. У кого-то в коре головного мозга, были случаи обнаружения и в других органах.
Сама понимаешь, что запустить в массовое производство такой препарат не могли.
Женю тоже лечили этим препаратом. Отсюда и его головные боли. Думаю, что к тому моменту, как ты найдешь это письмо, про диагноз своего брата ты уже будешь все знать.
Теперь к главному.
Мне и твоей маме удалось узнать, кто занимался поставкой Гентофлоксацина и чья фирма его продавала в больницы города.
Вся эта информация есть у тебя. В самом дорогом, что от нас с мамой осталось тебе.
Надеюсь, что ты найдешь ответы.
С любовью, твой папа»
К тому моменту, как я закончила читать письмо, оно стало мокрым. Слезы просто лились градом.
Я начинала догадываться, что папа проводил какое-то расследование. Просто не думала, что оно было связано с братом.
Так, папа написал о чем — то самом главном, что осталось от них с мамой.
Точно, мой плюшевый заяц, подаренный мамой, за неделю до их гибели.
Заяц и сейчас со мной. Посмотрев на него внимательно, я замечаю молнию у него на спинке. Дрожащими руками я пытаюсь расстегнуть ее. Ура, получилось. Аккуратно проверяю, что внутри и нахожу флэш-диск.
Быстрее хочется узнать информации, но файлы на диске запаролены.
— Леш, привет.
— Привет Катя. Ты что-то нашла?
— Да. Папа оставил мне диск, но он запаролен.
— Думаешь там нужная тебе информация?
— Да, уверена. Ты можешь своего друга попросить взломать пароль?
— Хорошо. Спокойной ночи.
— Спасибо. И тебе спокойной ночи.
Глава 24
Катя
После дня рождения, где мы были так счастливы и похода в клуб, между мной и Олегом все изменилось. Он стал замкнутый, стал отдаляться от меня.
Причина показала себя сама- женщина. Кто она я не знала.
В один из дней, когда к нам в больницу приехал врач из Америки по обмену опытом, я зашла в ординаторскую, где, вместо проходившего переподготовку хирурга, был Олег и та самая женщина.
— Олег Николаевич, больному Гильманову хуже.
— Спасибо, Катя. Знакомься- это Евгения Авдеева, моя бывшая жена. Женя, это Екатерина Немова, студентка, которая проходит у меня практику. — Катя, пойдемте к больному, Жень, позже созвонимся и договорим.
Когда мы немного отошли от ординаторской туда, где нас никто не слышал и не видел, Олег обратился ко мне.
— Катя, прости, что сразу не сказал. Мы еще не разведены, но …
— Олег, не важно. Мне это не важно. Главное не закрывайся от меня. И, вы не живете вместе и уже давно. Правда?
— Правда.
Мы прошли в палату больного Гильманова. Он уже сутки в стационаре. Поступил с болями в правой стороне. Так как результаты рентгенограммы пришли хуже, чем в предыдущие сутки, Авдеев решил оперировать. Больной был против, но нам удалось переубедить его.
Пока мы шли к реанимации, где лежала вторая пациентка Олега, нам удалось поговорить.
— Как у тебя настроение?
— Все хорошо.
— Вот и у меня. Но хочется так кому-нибудь сказать пару ласковых, а под руку никто не попадается.
— Ну все знают, что перед операцией тебя лучше не трогать. Хочешь, на меня наори.
— Свое ты получишь.
— Опять крючки держать?
— Доктор Немова, ты сейчас договоришься, и я точно наору на тебя.
Нас прервали. Доктор Старшова как раз вышла из реанимации.
— Олег Николаевич. — Да, Елена Алексеевна. — Простите, что прерываю. Я осмотрела больную Березину. Мне не нравится ее сердце и есть еще моменты по вашей части.
Я решила уйти. Тем более, что мне нужно было готовится к операции.
____________
Олег
В город приехала моя бывшая жена. Приехала она по работе. И это хорошо. Когда я увидел ее в ординаторской, сразу решил поговорить о том, что мы уже собираемся сделать два года. Развестись. Тем более сейчас, когда в отношениях с Катей я готов к новому шагу.
Мне приходилось ее игнорировать, чтобы разобраться в себе и все обдумать.
Вчера поступил новый больной. Думал подлечить его, не прибегая к хирургическим вмешательствам. Но, больному стало хуже, и операция — последний шанс.