Нет грешным покоя (СИ)

Позже Регулус неоднократно ловил себя на мысли, что ради этого мига он готов вновь и вновь отправляться на Охоту.
* * *
Сириус был зол. Он раздражался от нравоучений матери, ее вечных сравнений с младшим, послушным сыном. Ему постоянно напоминали о постулатах рода Блэк, чистоте крови, величии их семьи. Его это так достало, что поступление на Гриффиндор казалось настоящим спасением.
Мерлин, как его ругали и наставляли на путь истинный, не передать словами. А уж когда Регулус поступил на Слизерин, волна поучительных тирад поднялась с новой силой.
Правда сам Регулус уже не был таким пай-мальчиком. Уже на четвертом курсе Сириус стал замечать, что брат стал объектом недовольных взглядов и поджатых губ матушки, и мысленно радовался этому. Однако этим все и ограничивалось — никаких многочасовых нравоучений брат не получал.
Когда же Сириус узнал причину недовольства Вальбурги, то был в шоке. Оказывается Регулус приглашал домой полукровку. И не абы кого, а Северуса Снейпа. Будь это кто иной, Сириус бы просто посмеялся и похлопал брата по плечу. Но гостем был этот горделивый ублюдок. Мерлин, с первых дней появления в Хогвартсе он вел себя как напыщенный аристократ.
Да что в нем нашел Регулус?
Нужно было сбить спесь с наглеца.
— Не понимаю, чего ты взъелся на Снейпа, — Люпин широко зевнул, листая учебник по Рунам, — весь вечер талдычишь: Снейп то, Снейп все.
— А как иначе. Корчит из себя самого умного. Один его выпендреж у Маккошки чего стоит, пф.
— Ну, может, он может себе это позволить, потому что тратит время на получение знаний, а не на шалости? — оборотень голосом выделил последнее слово. — Мы уже не маленькие. У нас в этом году СОВ, между прочим, а в следующем профориентация.
Блэк недобро прищурился.
— Ну да, конечно, «давайте усердно учиться и думать о взрослой жизни», — он обернулся к остальным Мародерам. — А раньше не стремался с нами отрываться. Теперь же Люпин староста, хвост свой серый распушил, не положено ему глупостями заниматься, надо хулиганов наставлять на путь истинный.
Ремус устремил свой взор вдаль поверх левого плеча Сириуса, и это еще больше взбесило последнего, так как точно такой же взгляд был у Снейпа, когда он не считал нужным отвечать на очередную колкость гриффиндорцев.
«Еще один особенный!»
Гнев в душе Сириуса кипел и требовал выхода. А как обычно бывает, из гнева не рождается ничего хорошего.
* * *
Когда после ужина Северус выходил из Большого зала, перед ним на пол упал конверт. Подняв короткий взгляд на потолок, он вернулся взглядом к посланию, на котором была выведена лишь его фамилия.
Проверив конверт на неприятные сюрпризы — Северус пару раз был свидетелем, как его сокурсники получали любовные письма, пропитанные Амортенцией, — он осторожно распечатал его и вчитался в красивые, но безликие строки, выведенные самопишущим пером.
«Твоя кошка залезла куда не следует. Желаешь увидеть ее живой, приходи один в Визжащую хижину сегодня в полночь.» 
Ниже был изображен рисунок дерева, подозрительно напоминающего Дракучую иву, и единственное слово "Вход".
Северус еще раз перечитал послание, но стоило ему перевернуть лист, как тот почернел и осыпался пеплом.
Он задумался. Северус никогда не держал книззла взаперти, поэтому Элис могла бродить где угодно и когда угодно, исследуя замок. Иногда она находила что-то интересное и, возвращаясь к Северусу, вела его за собой. Бывало, она вообще не появлялась в спальне Слизерина, предпочитая ей Выручай-комнату или же спальню Рейвенкло, где можно было спать под боком у Пандоры.
Письмо могло быть простым разводом, поэтому он достал брегет, связываясь с друзьями. Ответ не очень обнадеживал: сегодня никто из них не видел его книззла, но обещали помочь с поисками.
— Это точно западня, — заявил Регулус, разглядывая дерево, что угрожающе раскачивало ветвями, похожими на кувалды.
Северус молча кивнул.
Поиски до позднего вечера ничего не дали, поэтому ему пришлось идти к дереву. За ним увязался Блэк.
 
— Кому это могло потребоваться? Мародерам?
Северус слегка изогнул брови. «Скорее всего».
— Возможно под деревом туннель. Ты полезешь туда?
Он покачал головой.
— Войду через дверь. Если в туннеле засада, зайду с тыла.
— Я с тобой.
— Нет.
— Если ты боишься, что они меня увидят, то ошибаешься. Я овладел твоими чарами Хамелеона, — миг, и вместо Регулуса на земле оказался камень, который медленно катится в сторону Снейпа.
Сев вздохнул. Даже если он прикажет тому возвращаться в Хогвартс, кто знает, не последует ли тот за ним незаметно.
Снейп махнул рукой и быстрой походкой направился в сторону Хогсмида под светом полной Луны.
Добравшись до вытянутого вверх дома на откосе, окруженного одичавшим садом, он подал знак напарнику-камню ждать у входа, а сам стал обходить здание кругом. Все окна были плотно заколочены, не оставляя любопытным ни малюсенькой щелочки.
Северус поправил натянутый на лицо шарф и, достав палочку, направился к двери. Та была заперта, чему не надо было удивляться, однако, к радости, замок поддался уже после четвертого заклинания. Снейп аккуратно повернул ручку и медленно стал открывать дверь вовнутрь, надеясь, что та не заскрипит.
Руку обожгло огнем. От неожиданности Снейп вскрикнул и отшатнулся назад. С жутким грохотом дверь распахнулась, и в проеме возник волк. Нет… Оборотень!
Северус с удивлением уставился на зверя. Местный ликантроп совершенно отличался от ярнамских тварей. Серая шерсть была столь коротка, что оборотень казался лысым, а желтые глаза со зрачками-щелочками совсем не пугали. Да и во всем облике просматривалось что-то от homo sapiens. Однако это все равно был безумный и опасный монстр.
Северус увернулся от прыгнувшего вперед чудовища и быстро оглядел окружающее пространство: Регулуса в поле зрения не было.
«Надеюсь, он будет в порядке!»
Достав из-за пояса серебряный нож и согнув руку так, чтобы клинок и палочка составляли единый луч, Северус криво ухмыльнулся.
— Ну же, ты жаждешь крови, как и я. Тогда удовлетворим желания друг друга!
* * *
Несмотря на поздний час, Больничное крыло было ярко освещено. Трое студентов сидели в тишине, каждый погруженный в свои мысли. Когда дверь палаты отворилась и на пороге возник Дамблдор, один из юношей резко вскочил и пылко спросил:
— Он в порядке?
Директор коротко кивнул.
— Его жизнь теперь вне опасности, хоть следы от многочисленных проклятий останутся навсегда, — он кинул многозначительный взгляд на Снейпа с перебинтованной рукой, но тот даже не обратил на него внимания. — Довольно жестоко. Еще бы чуть-чуть, и он погиб.
— А что нам оставалось делать? Ждать, пока он нас укусит? — огрызнулся Регулус. — Мы защищались.
Поттер вздрогнул. Да уж, защищались.
Еще с вечера его не покидало смутное чувство тревоги. Сириус куда-то запропастился, а Питер после ужина стал слезно просить помочь ему с домашним заданием, которое нужно было сдавать уже завтра, и выглядел очень встревоженным. Джеймс не стал отказывать товарищу, надеясь успеть сделать все еще до отбоя, однако задания все не кончались. Предложение обратиться за помощью к Лили было отвергнуто с аргументацией, что ей сегодня дежурить вместо Ремуса, а Лунатик может одну ночь обойтись без них. Подобные доводы из уст Петтигрю звучали странно, и когда Поттер решил добиться правды, то был шокирован.
Джеймс схватил метлу и, ударом ноги выбив окно, взлетел в ночное небо, надеясь предотвратить столкновение.
За время полета он успел рассмотреть множество вариантов: что Снейп увидит превращение Ремуса, что тот его загрызет, а даже если нет, то заразит — варианты были один хуже другого.
Когда он прибыл на место, он не поверил своим глазам. Вся поляна перед Воющей хижиной была залита кровью. На земле лежал, раскинув перебитые лапы, оборотень и тихонько скулил, а над ним, направив палочку точно в голову, возвышалась фигура в плаще.