Праздники с боссом (СИ)

— Ты сама бросилась на капот, пытаешься привлечь моё внимание?
Я задохнулась от несправедливости такого обвинения, но быстро взяла себя в руки, элементарно раскинув мозгами. Похоже, Темнов провоцирует меня на конфликт, иначе как он оказался на этой маленькой дорожке, ведущей к моему дому? Понятия не имела, зачем ему это нужно, мог бы просто уволить, если такой злопамятный.
— Вы ошибаетесь, я просто переходила дорогу, — решила не дать ему добиться желаемого, вспомнив о субординации и о том, что так и стою на переходе, что берёза среди пустыни.
— Врёшь, лиса! — выплюнул он пренебрежительно.
И я больше не нашла в себе сил поддерживать вежливую беседу.
Ещё в детстве мне бабушка говорила: «Кира, если оказалась в конфликтной ситуации с более сильным соперником, лучше просто уйти». Я фыркнула вместо ответа, повернулась к Сем Тему спиной и зашагала к дому. Успела сделать пару шагов, когда в спину раздался взбешённый рык:
— Ты кем себя возомнила?! Смотри на меня, когда я говорю!
Стало очень страшно, но я дошла до конца проезжей части и только там развернулась, чтобы пристально посмотреть ему в глаза, пытаясь передать всё своё отношение к происходящему взглядом.
— Слушаю вас, Семён Степанович…
Со стороны мы, наверное, выглядели комично, дискутируя в таком положении: я — выкрикивая фразы с тротуара, и он — стоящий у машины, грозно буравящий меня тяжёлым взглядом и не спешащий объяснять, зачем меня остановил. В конце концов, пауза затянулась, мне это надоело, да и редкие прохожие на нас озирались.
— …Если у вас всё, можно я уже пойду домой?
— Завтра поговорим, — пригрозил Сем Тем, сел в машину и уехал.
Вот чего он пристал-то? Может, мне стоит попросить у него прощения за утреннее нападение? Всё-таки извинений я ему не принесла, может, дело в этом? Точно. Узнаю, что он любит, куплю презент и попробую уладить конфликт мирным путём, как бы мне и не претило лишний раз общаться с Семёном…
Бодро добежав до дома и открыв дверь в квартиру, я наткнулась на благодетельницу, стоявшую в коридоре.
— Ну как всё прошло, Кирюш? — живо поинтересовалась она.
Само собой, я Герде Генриховне о своих неудачах рассказывать не стала — как я могу расстроить свою спасительницу? — и описала рабочий день только в радужных красках.
— Со змеями будь бдительна, Кира, — не очень обрадовалась она, услышав о предстоящей вечеринке, — не думай, что все мечтают с тобой подружиться.
— Я не настолько наивная, Герда Генриховна, — поспешила утешить старушку, — но и входить в конфронтацию с коллективом, отказываясь от безобидных приглашений, не стану.
— Смотри сама, девочка. Верю в твоё здравомыслие, — пожала она плечами, пожевав тонкие губы, — идём в кухню. Я приготовила плов.
Приготовленный по специальному рецепту в казане он был потрясающе вкусным, и я нахваливала его, не уставая, лишь бы только не возвращаться к неприятному разговору, а Герда Генриховна с радостью принимала похвалу, поддаваясь моим нехитрым уловкам.
Позже, когда я вымыла посуду, хозяйка квартиры с чистой совестью отправилась смотреть любимые сериалы, а я, прикрыв дверь в выделенную мне комнату, набрала в ватсапе поверенную во все события моей жизни, чтобы поделиться наболевшим.
— Привет, Роз, как дела, что нового?
— По голосу слышу, что тебе не терпится мне что-то рассказать, — ничего удивительного, что она сразу всё поняла. Подруга всегда меня «читала». — Не будем сотрясать воздух ненужной болтовнёй. Выкладывай.
— Сем Тем внезапно оказался моим боссом, — как на духу выложила я.
— А сколько стоит подписка на канал, где можно будет наблюдать за этим шоу?
— Роза! — шутки у неё были своеобразные.
— Прости, прости, я работаю над тем, чтобы выйти замуж за миллионера и забрать тебя жить в наше поместье, но, походу, у тебя быстрее выйдет устроиться в безбедном благоденствии.
— Мне не до приколов вообще-то, Роз. Я в панике. Я его в грязи изваляла, и он теперь меня ненавидит.
— Не узнал?
Смешно. Очень. Я даже улыбнулась.
— Конечно, нет. Но дело не в этом. Я боюсь, что он меня уволит, а мне очень нужна эта работа, ты ведь знаешь… В следующем месяце очередной суд по квартире, мне адвокату платить…
 
— Знаю и помню. Постараюсь тебе подкинуть немного шекелей…
— Не нужно, Роз, я и так тебе должна…
— Не выдумывай. Отдашь, когда выйдешь замуж за Сем Тема.
— Ты такая щедрая, подруга, готова навсегда попрощаться со своими деньгами.
— А если без шуток, то у меня всегда было предчувствие на ваш счёт. Давай, рассказывай подробно, что там произошло.
Я рассказала. Роза аж прихрюкивала в трубку, как ржала над моим утренним подвигом, а в конце посоветовала к Темнову с извинениями не ходить.
— Лисичкина, научись, в конце концов, быть стервой! Прекращай испытывать вину по любому поводу.
— Как, Роз? Это ведь моя вина…
— Завязывай. Дебил сам виноват, пора взрослеть, — отрезала Роза. — А ещё, знаешь, что? Флиртуй с этим Лёхой — не помешает.
— Не-е-ет! С ума сошла? Я не смогу!
— Сможешь, если захочешь. Посмотри в зеркало и не парь мне мозг. Всё, Кир, я побежала на охоту, не тупи там, когда добыча идёт сама к тебе в руки.
На этом Роза отключилась, а я, совершив вечерний моцион, улеглась в кровать и уставилась в потолок, вспоминая, с чего у нас с Темновым всё началось и попыталась себя убедить в том, что подруга права. Мне-таки надо научиться быть стервой.
  
Глава 4
 
Погрузившись в эти грандиозные планы, прокрутилась полночи, попутно запрещая себе вспоминать то, что произошло у нас с Темновым после близости, чтобы не портить себе настрой и мотивацию.
В итоге, утром, еле-еле проснулась и на работу собиралась впопыхах, на предельной скорости, но всё равно на пару минут опоздала.
— Кира, зайди к Людмиле Витальевне в отдел кадров, — сказала Валентина, как только я вбежала в кабинет, и демонстративно посмотрела на часы.
Боже! Неужели уволят?
В кабинет шла, придумывая достойное оправдание своему разгильдяйству. Может, стоит сказать честно: «Людмила Витальевна, вчера зам директора меня так напугал, что я полночи вспоминала, как случайно с ним переспала»?
Она должна меня понять, она же женщина… Или не должна? Сем Тем такой красавчик, что не удивлюсь, если даже завотделом кадров, будучи дамой семейной и в зрелом возрасте, сама не раз о нем думала перед сном, но при этом вряд ли на следующий день опаздывала.
Он и два года назад был хорош, но мальчишеской, хулиганской, выверенной рукой стилистов красотой. Серые глаза, которые он хитро прищуривал, смотрели на мир из-под тёмной косой и длинной чёлки с вызовом. Волосы он тогда коротко не стриг. Любил рваные джинсы, кожу, майки, кеды — естественно, брендовые, а на руках носил браслеты-фенечки. У него даже ухо было проколото и украшено бриллиантовым гвоздиком.
Нет, пожалуй, таким Темновым Людмила Витальевна бы не заинтересовалась, а вот нынешним… Растрепанные вихры сменила стильная стрижка, кеды — дорогие ботинки, джинсы и майку — модный костюм, браслеты заменили часы известной марки, лицо украсила ухоженная щетина, фигура стала мощнее, а уши теперь вообще ничего не украшало — влажная мечта всех женщин, а на самец. Так что про босса лучше помолчать, сочувствия мой рассказ точно не вызовет.
К этому выводу пришла, как раз добравшись до нужного кабинета. Набрала в грудь побольше воздуха, постучала, толкнула дверь и вошла, готовясь к неприятному разговору.
— Здравствуй, Кира, присаживайся, — опередила мои оправдания Людмила Витальевна, и я поспешила послушаться, аккуратно разместившись на краешке стула, — вчера Алексей Александрович и Семён Степанович оба одновременно отдали мне распоряжения подготовить тебя им в секретари. — Повисла недолгая многозначительная пауза, а потом она продолжила: — Дело в том, что у нас в фирме не принято задавать начальству вопросы, но не объяснишь ли ты мне в чем дело?