Туман и морок (СИ)
— Ну, и? — юноша, тяжело вздохнув, закрыл справочник и, отложив его в сторону, снова потянулся к тарелке. Новые непривычные эмоции порядком смутили его, выдернули из уютных долгих мыслей, в которые он привык с носом зарываться и прятаться от внешнего мира.
— Хотела узнать, как ты себя чувствуешь, — негромко произнесла девушка, поигрывая с болтавшимся на груди неприметным медальном и отстранённо наблюдая за Эваном. — Мы ведь так и не поговорили о случившемся возле твоего дома…
От этих слов библиотекарь невольно вздрогнул и сильнее втянул голову в плечи. Неприятный холодок пробежал по его спине и замер где-то в области острых лопаток — верный знак дурного предчувствия. А ведь юноша так надеялся, что никто из его спутников не заметил в его поведении ничего странного, а если и заметил, то попросту не понял, что именно ему могло показаться… Он ведь столько лет жил тихой и мирной жизнью, не привлекая внимания соседей и случайных посетителей книжного архива! Что вдруг могло изменить это? Страх быть раскрытым заполонил всё существо Эвана, путая мысли и заставляя лихорадочно обдумывать все пути к отступлению. Ридд медленно вздохнул и постарался успокоить собственное разыгравшееся воображение, которое подкидывало ему весьма неприятные картины. Да нет, вздор всё это — Роксана просто хотела узнать, не повторяться ли ещё его обмороки. Или же попросту пыталась показаться вежливой, справляясь о самочувствии попутчика.
— Всё в порядке, — как можно более равнодушно произнёс юноша, чувствуя, как сердце в груди быстро забилось, с лихвой выдавая его волнение. — Нет нужды в беспокойстве. Я ещё не совсем оправился после простуды. В тюрьме не лучшие условия для больных, знаешь ли.
— Ты так уверен, что причиной твоего резкого недомогания была лишь какая-то простуда? — недоверчиво спросила Эйнкорт, оставляя в покое кулон и скрещивая руки на груди. Неужели не поверила ему?
— Незадолго до отъезда у меня был сильный жар, — что ж, по крайней мере это в рассказе арестованного библиотекаря было правдой. — Повезло, что не обмяк прямо в седле.
— Эван… — Роксана вдруг серьёзно взглянула на собеседника, отчего внутри у него всё тревожно сжалось. — Тогда, в лесу, я заметила кое-что странное. Исключительно благодаря магии. Если бы Витарр увидел что-то подобное, думаю, он бы не стал молчать. Впрочем… Я сама не стала ему ничего сообщать. И я говорю сейчас о твоей ауре.
— О моей… Ауре? — библиотекарь недоуменно вскинул брови. Он ожидал услышать что угодно, но только не болтовню чародейки о каких-то иллюзорных вещах, понятных только её коллегам по ордену. О какой ещё ауре она говорила?
— Да. Или о чём-то подобном. То, что я видела, было похоже на ореол света, который окружает солнце во время заката. Я никогда не сталкивалась с подобным, да и не уверена, что сталкивался кто-либо ещё. В тебе что-то есть, Эван. Что-то странное и неестественное… И это точно не может быть магия.
— Не говори глупостей, — внезапный смех Эвана прозвучал чересчур вымученно, точно звон натянутой до предела струны. Он понятия не имел, о чём говорила Роксана, однако догадывался, что она начала подозревать о его даре. И, возможно, даже успела заметить его проявление… Юноше нужно было как-то отвлечь её. Сбить со следа, чтобы она запуталась в собственных словах и отстала от него с дурацкими расспросами. Теперь колдунья уже не казалась Ридду такой красивой. Напротив, в облике её вдруг появилась холодная настойчивость, свойственная скорее тем же аристократам, нежели просто любознательным колдунам. — И привидится же тебе такое! Если бы у меня изнутри шёл свет, поверь, я бы самым первым забил тревогу.
— Мне не привиделось, Эван! — упрямо заявила чародейка. — Твоя аура… Я не просто видела её. Я чувствовала её. Она пульсировала, точно живое бьющееся сердце. И ответила на мои чары, когда я думала, что смогу тебе с помощью заклинаний прийти в себя. Она… Она напиталась магией, Эван, потянулась к ней, как растение тянется к солнцу, а потом… А потом ты очнулся.
Роксана выжидающе смолкла, а сам Эван всё никак не мог оторвать от девушки неверящего взгляда. То, о чём она говорила, было невозможно! Решительно невозможно! Что ещё за аура, о которой он не подозревал, а маги даже не имею представления? Связано ли как-то это странное явление с его даром? Ведь в тот раз юноша, похоже, в самом деле переоценил свои возможности, и без помощи колдуньи ещё долго провалялся бы в отключке. Нет, он определённо не хотел думать об этом! Не хотел, чтобы правду о нём знал кто-то ещё. Не хотел, чтобы его в очередной приняли за чудака, которому самое место было за решёткой в городской темнице. Библиотекарю было спокойно в одиночестве за чтением книг или в обществе животных, которые понимали его без слов и охотно делились своими чувствами, эмоциями и воспоминаниями, такими живыми и яркими. Никто не мог встрять между ним и его уютным миром. Миром, который Эван так долго и старательно возводил своими руками…
— Вот, значит как! Не дождались меня?
Спасение пришло оттуда, откуда Ридд его совершенно не ждал. Звонкий голос стремительно приближающегося Лирона заставил беседующих прерваться и поднять головы. Самого юношу, казалось, вовсе не смутило то, что его явно не ждали. Он, все так же широко улыбаясь, сел рядом с опешившим и одновременно облегчённо вздохнувшим Эваном, потеснив того к стенке, а затем, придирчивым взглядом окинув уже подостывший ужин, крикнул официантке. Чтобы уже через несколько минут с наслаждением приложиться к светлому пенистому элю и блаженно откинуться на спинку стула с усталым вздохом.
— Ну? — спросил Лирон, закусывая игристый напиток кусочком хлеба. — Чего вдруг замолчали? Я помешал?
— Вот уж нет, — библиотекарь отмахнулся и, сгорбившись, подпёр кулаком подбородок. — Можно сказать, мы уже закончили.
— Слушайте, — юноша подобрался и заговорщически взглянул сначала на Эвана, а затем и на Роксану, которая, недовольная тем, что ей не удалось договорить с Риддом, украдкой наблюдала за ним со своего места. — Я понимаю. Осторожность, все дела. Но мне-то вы сказать можете!
— Сказать что? — Эйнкорт с подозрением покосилась на несостоявшегося воришку. Видимо, он много размышлял, прежде чем подсесть к ним с этим разговором. Библиотекарь же вздохнул и бросил в сторону девушки красноречивый взгляд. Она понимала, что скрывать было уже бесполезно? Или нет?..
— Брось, красавица! — Лирон хитро подмигнул ей и чуть склонился ближе к столу. — Мне ты довериться можешь.
— Ты забываешься!
— А ты уходишь от ответа! Думаешь, я не догадался, что вы в таком составе едва ли на прогулочку в горы выбрались? Да еще с ним, — он резко обернулся к вздрогнувшему Эвану. — Ты же кого-то убил, да?
— Нет.
— А командир сказал, что ты убийца. Ладно, можешь темнить дальше. Но я сразу догадался, что дело в герцоге. Это же из-за него вы едете в Крествуд, да?
— С чего ты взял? — устало спросила Роксана, потирая бледный лоб. Надеялась заговорить его или оттянуть время, но Эван понимал, что это дело гиблое. Всё было ясно, как солнечный погожий день.
— Просто умею слушать людей, — с торжествующей улыбкой изрёк Лирон. — В том числе и тогда, когда они обращаются не ко мне. Ну, серьезно, принцесса. Думаешь, я бы вот так охотно стал отвечать на расспросы чужаков о своей деревеньке? Особенно после того, как узнал командира.
— Ты его видел раньше? — настало время Ридда серьезно удивляться. А этот парнишка был не промах. Знал больше, чем показывал. Может, за образом веселого и легкомысленного простолюдина скрывалось что-то совсем иное?
— А то! Я же говорил, что частенько мотаюсь по герцогству. И большие города стараюсь не обходить стороной. А там чего уж только не увидишь. Непонятно только, отчего вдруг сам наследник Его Светлости вдруг сопровождает убийцу и чародейку. Пытается не привлекать внимание, да?
— Не пытайся делать вид, будто знаешь нас, — Эйнкорт, надо отдать ей должное, отбивалась из последних сил, однако и Лирон был настойчив.