Синдикаты на краю империи (СИ)
Райнер отдавал приказы по общему каналу, так что любые его комментарии становились достоянием общественности. Включая маты. Старшаки откровенно забавлялись, тыкая в нас пальцами, Гриднев хмуро стоял, дожидаясь своей очереди. Наверное, ему повезло, решил я в тот момент. Будет учиться на чужих косяках…
Подвожу итог.
Игорьку досталось больше всех. Три второгодника влезли в свои машины и начали водить вокруг неудачника хоровод, смешно пританцовывая, пока тот справлялся с многочисленными заносами. В итоге староста выровнялся, но каждый шаг напоминал попытки сапёра пройти по минному полю. Я худо-бедно освоил переключение скоростей, работу браслетами и педалями, но при каждом шаге подпрыгивал, что неприятно отдавалось в амортизаторы кресла. Хреновые амортизаторы, как отметил после занятий Райнер.
Проветриватели ничего общего с кондиционерами не имели. Скорее — хитрозаточенная вентиляционная система, состоящая из нескольких каналов и крохотных кулеров, синхронизированных между собой. Кулеры молниеносно создали сквозняк, но пыль, вопреки моим ожиданием, в кабину не проникала. Видимо, каналы были оснащены односторонними фильтрами.
Райнер сообщил, что на полигоне имеется полоса препятствий, по которой он будет прогонять всех новичков месяца через три-четыре.
Под конец тренировки мы учились прыгать. Для этого было нужно выбросить руки вверх резким движением, одновременно утопив в пол две педали. Фокус заключался в том, чтобы удерживать в сознании образ прыжка и последующего приземления. Приземлишься жёстко, не согнув нижние конечности в коленях, — и тебя основательно встряхнёт в кресле. У меня получилось раза с десятого.
Четыре часа пролетели незаметно.
В начале третьего я уже был в городе. Дико хотелось есть, кости ломило. Ощущение было такое, словно полдня провёл на корабельной палубе в шторм. По асфальту я ступал неуверенно и ловил себя на мысли, что вот-вот всю мою огромную массу инерция потащит к проезжей части. Да, над вестибулярным аппаратом своих воспитанников Райнер измывается по полной программе!
До Цветочной площади я добирался на трамвае.
Едва переступив порог Бродяги, я услышал быстрые шаги.
— Привет! — Джан буквально светилась от счастья. — Знаешь, что?
— Хм, — я задумался лишь на пару секунд. — Ты сумела избавиться от накладных ногтей?
— Нет, — Джан погрозила мне пальцем. — Плохо угадываешь.
— Жаль, — я повесил куртку в шкаф и начал снимать ботинки. — Ты же не готовила сегодня салат? Я не люблю салат с ногтями…
— Сергей! — девушка обиженно посмотрела на меня. — Хватит уже.
— Ладно, — сдался я. — Хватит. Так что там у нас?
— Я влезла в сон к одному из антикваров Неваполиса, — последовал многозначительный ответ. — Сперанский в Баку.
То, что Джан в редких случаях засыпала днём, пользуясь какими-то медитативными практиками, я знал и раньше. Но не думал, что в это время может дрыхнуть кто-то ещё.
— Это точно?
Девушка обворожительно улыбнулась:
— Точнее не бывает.
Глава 13
Отправляясь в Баку снова, я не мог позволить себе потерю нескольких суток. Поэтому все варианты с поездами и дирижаблями были отметены. Бродяга оставил в покое «Берёзку» и умотал прочь из Фазиса — навстречу приключениям.
Я имел при себе пару винтовочных патронов, обработанных Добрым Эхом, дозвуковые боеприпасы к нагану с керамическими сердечниками и обширный арсенал холодняка.
Домоморф встроился в мансардный этаж заброшенной гостиницы на северной окраине города. Море из окон почти не просматривалось — мы видели лишь нескончаемые кварталы частного сектора, автомойки, зелёный квадратик сквера… И шумную магистраль, по которой носились потоки машин.
Заброшек в этом районе хватало.
Недостроенные дома местных жителей, обшарпанные пакгаузы, складские крыши и кирпичные заборы, усиленные колючей проволокой.
— Дыра, — констатировала Джан.
Федя мнение морфистки явно не разделял. Высунувшись по пояс из распахнутого настежь окна, мальчик жадно рассматривал захолустье, в котором мы оказались волею судеб.
— Не упади, — предупредил я.
— Угу, — оружейник восхищённо присвистнул.
— Мы ведь далеко от центра, — не унималась Джан. — Как ты собираешься туда добираться?
— На метро, — спокойно ответил я, плюхнувшись в кресло. — Оно тут есть, между прочим.
Девушка не стала возражать.
Присела на краешек дивана, вздохнула и уставилась во второе окно, за которым проплывали гонимые ветром облака. Даже не облака, а обрывки туч, которые перемешивались, сгущались в серую кашу и не сулили ничего хорошего. Во второй половине дня синоптики передавали дождь, но сейчас было утро, и я рассчитывал справиться со своей миссией в сжатые сроки.
— Ты убьёшь его? — спросила Джан.
Делаю квадратные глаза:
— Кого?
— Сперанского.
— Пусть живёт.
— А как заберёшь Компас?
— Украду.
— Это шутка, наверное.
Федя задвинул раму на место, отрезав холод и ветер.
— Он же через стены спокойно проходит, — вступился за меня толстяк. — Конечно, он может украсть эту штуковину.
— Сама посуди, — добавил я. — Зачем убивать этого коллекционера? Я возьму то, что мне нужно, и мы вернёмся в славный город Фазис. Ужинать будем в пансионате.
— А город посмотреть? — возмутился Федя.
— Что тут смотреть, — фыркнула Джан. — Холод, ветер, дождь собирается. Всё, как у нас.
Я встал со своего места.
— Тут есть пара мелких магазинчиков. Купите себе чего-нибудь поесть. Выходите по одному, чтобы кто-то всегда висел на телефоне. Договорились?
— Угу, — кивнул оружейник.
Коридор, связывающий гостиную со спальнями и кухней, был довольно компактным. Домоморф основательно ужался, чтобы втиснуться в мансарду, не привлекая к себе лишнего внимания.
Баку не сравнить с Фазисом в плане дождей. Осадков здесь выпадает гораздо меньше, но с приходом зимы настоящей проблемой становится ветер. Пронизывающий, холодный, злой. Поэтому коренные бакинцы уже в ноябре переходят на кожаные куртки — для такой погоды они подходят лучше пуховиков. У меня не было времени на основательную подготовку, поэтому надел то, что под руку подвернулось. А подвернулись плотные чёрные джинсы, крепкие ботинки, шерстяной свитер и штормовка с капюшоном. От арафатки я избавился — вместо неё ухитрился раздобыть балаклаву. Наткнулся случайно, слоняясь по Гранд Базару в поисках зимней шапки.
Наган отправился в набедренную кобуру.
Кастет — в боковой карман штормовки.
Загрузившись таким образом, я смог избавиться от рюкзака, сковывающего движения в драке. Я, конечно, не планирую вступать в бой со Сперанским, но к любым неожиданностям лучше приготовиться загодя.
Образ артефакта намертво врезался в мою память.
Прозрачный диск с блуждающей точкой внутри. По размерам — чуть меньше ладони. Я не имею ни малейшего представления, как эта вещь работает и сколько она весит. Перекупщик сказал — сопоставимо с монетой.
— Бродяга, — позвал я.
— Слушаю, Сергей.
— Что с коммуникациями?
— Всё подключено.
— Дай мне номер своего телефона.
Записывать длинный ряд цифр мне было некуда — пришлось запоминать.
— Уходишь? — в голосе Джан мне почудилась тревога.
— Типа того.
— Сергей, — девушка оказалась рядом и заглянула мне в глаза. — Пообещай, что не будешь рисковать без надобности. Этот коллекционер… Он не дурак. И… он довольно опасен.
— С чего ты взяла?
Морфистка вздохнула:
— Обрывки чужих снов. Не думай, что ты круче всех.
— Всегда есть кто-то сильнее, — улыбнулся я. — Не переживай. И присматривай за Федей.
— Нечего за мной присматривать! — раздалось из дальнего конца коридора. — Я сам за вами присматриваю!
Когда дверь закрылась, я бросил мимолётный взгляд на левую руку. Рубцы, оставшиеся после неудачных экспериментов с ножом, уже затянулись.
* * *