Джамбул (СИ)
— Меня скоро выписывают, — сообщила она, едва он появился на пороге палаты.
— Ну так это замечательно. — Егор даже облегченно вздохнул.
А Соня глянула на него как будто с упреком:
— Ты, я вижу, очень рад избавиться от меня.
— Рад, конечно, — не стал он скрывать. — У тебя все хорошо, здоровье в порядке, чего ж не радоваться?
Она усмехнулась:
— М-да, все в порядке. Слушай, а ты не мог бы оказать мне еще одну услугу?
— Что такое? — насторожился он.
— Платье пришло в негодность, и мне даже не в чем из больницы выйти. Вера Васильевна любезно разрешила забрать вот эту прекрасную больничную пижаму и майку, но я не готова явиться в город в таком виде. Ты не мог бы купить мне платье или хотя бы брюки с футболкой? Размер сорок два…
Она замолчала, увидев изумленный взгляд Егора, и спохватилась:
— Если можешь, конечно… Ты не думай, я все тебе оплачу…
До нее вдруг дошло, что у этого деревенского мужика, возможно, просто нет денег.
Но он, быстро придя в себя, согласился:
— Хорошо, попробую что-нибудь найти. Тебе, наверное, и деньги нужны на автобус?
Она засмеялась:
— На автобус? Нет, не надо.
Он удивленно поднял брови:
— А как же ты доберешься до дома?
Она покачала головой: потешный какой.
— Я уже сообщила… своим знакомым, за мной приедут.
Он с сомнением посмотрел на нее:
— Ты уверена, что можешь вернуться в город?
— Да, конечно, — твердо сказала она и посмотрела ему прямо в глаза, словно пытаясь убедить, что на самом деле все хорошо, и она не лукавит.
И тут он понял, что его волновало все это время, не давало покоя и отвлекало от дел. Она напомнила ему маму: длинные каштановые волосы, убранные в тугой узел на затылке, орехового цвета глаза и удивительная улыбка. Его мама была красавицей.
У Егора защемило сердце: он так и не увиделся с ней перед смертью.
— Ладно, одежду завтра принесу.
Он еще раз взглянул на Софью и, резко развернувшись, пошел прочь. И только дома опомнился — он же забыл забрать телефон.
Глава 7
— Что это?
Соня взяла клетчатую рубашку и, выставив руки перед собой, с изумлением смотрела на нее.
— Что это такое?! — возмущенно повторила она и уставилась на Егора. — Ты хочешь, чтобы я это надела? Ты считаешь, это чем-то отличается от больничной одежды???
— Ну извини, — обиделся он. — В нашем торговом центре под названием «Рынок» твоих любимых брендов не нашлось.
— Да ты еще и умный! — поддела она, с негодованием глянув на футболку рублей за триста и джинсы, которые больше пяти ста явно не стоили. — Я думала, ты только девушек на руках можешь носить, а ты еще и в моде разбираешься, — с издевкой добавила она и кинула рубашку на кровать.
— Можешь ехать в больничной одежде, если эта не нравится, — вконец разобиделся Егор.
— Ладно, до дома как-нибудь доеду, — смилостивилась она, — выйди, я переоденусь.
Она разложила одежду на кровати, то и дело чертыхаясь и проклиная эту деревню и своего спасителя почем зря. Такого ей носить еще не приходилось! Только бы никто из знакомых не увидел!
А Егор насупился, вышел и уселся на кушетку, стоящую в коридоре.
Он все утро ходил по местному рынку, пытаясь найти хоть что-то подходящее, потом наконец зашел в маленький магазинчик, где тетя Римма охотно предложила ему на выбор джинсы, джемперы и футболки.
— Привет. Как дела? — улыбаясь, спросила Леночка, проходя мимо. — Купил? — Она кивнула на пустой пакет.
— Привет. Ага, — вяло ответил Егор.
Это Лена подсказала ему, где купить одежду.
— Ну и как? — с интересом спросила она. — Все подошло?
— Не знаю. Но, кажется, я сделал что-то не то.
— Ой, перестань, — махнула она рукой и села рядом. — Такой фифе разве угодишь? Вся из себя…
— Точно, — со вздохом согласился Егор.
Леночка что-то еще хотела сказать, но тут дверь палаты открылась и оттуда выглянула недовольная Сонина физиономия.
— А обувь?
Софья глянула на Лену и, приветливо улыбнувшись, снова скрылась в палате, оставив дверь открытой.
Егор встал и нехотя вошел в палату.
— Извини, обувь я не купил, ты размер не сказала. Или у тебя и обувь сорок второго размера? — ядовито сказал он и замер, уставившись на нее.
В узеньких джинсах и футболке Соня преобразилась, стала похожей на подростка. Не хватало только бейсболки для полноты образа, невольно улыбнулся он.
Она достала из тумбочки туфли и вздохнула. Один каблук шатался, другой еле держался.
— Ладно, не волнуйся, мой наряд уже ничто не испортит, даже эти туфли за тридцать тысяч рублей.
— Хм, всего-то? — усмехнулся Егор, он никогда не понимал этих женских страданий по поводу одежды.
Софья накинула рубашку и попыталась застегнуть пуговицы, но на левой руке все еще был гипс.
— Помоги, пожалуйста, — подошла она к Егору.
— Что? — испугался он.
— Застегни. Видишь, я не могу, — она покрутила гипсом у него перед носом.
Он повернул ее к окну и, вздохнув, принялся застегивать пуговицы.
— И откуда ты свалилась на мою голову? — ворчал он, усердно пытаясь справиться с нехитрым заданием.
Софья хихикнула и дернулась.
— Ты чего? — насупился Егор.
— Щекотно.
— Стой спокойно, не дергайся, — приказал он.
Ему и так было нелегко, он едва справлялся, пытаясь застегнуть маленькие пуговки своими неловкими большими пальцами, абсолютно не привыкшими к такой ювелирной работе. Да еще нервное напряжение от ее непосредственной близости усугубляло проблему. Хотя на себе он рубашку застегивал спокойно.
Он нервно вздохнул:
— Все, кажется, готово.
Она подошла к небольшому зеркалу, висящему над раковиной.
— Шляпы не хватает, — серьезно сказала она, посмотрев на себя в зеркало.
— Ка-какой шляпы? — опешил Егор. А он думал, что к этой одежде больше подошла бы бейсболка.
— Ковбойской, — с сарказмом пояснила она.
«Понятно, опять издевается. Вот капризная! Поскорее бы она уже уехала!» — думал Егор, а сам не спускал с нее глаз.
Все-таки в этой одежде она смотрится лучше, чем в вечернем платье. Или просто в таком виде она была ближе ему по статусу и проще, что ли?
Соня еще раз оглядела себя и попыталась поправить воротник, но, подняв руку, тут же сморщилась от боли.
— Что? Ребра? — обеспокоился он.
— Нет. — Она задрала рукав рубашки и посмотрела на руку.
Чуть повыше локтя, на внутренней стороне руки разливались несколько радужных синяков, очень похожих на отпечатки нескольких пальцев.
— Кто тебя так? Может, все-таки скажешь?
Она наигранно засмеялась:
— Я же говорила, авария, какой-то идиот подрезал, моя машина врезалась в ограждение…
— Ладно, — сердито прервал Джамбул и встал, — можно просто сказать, что это не мое дело.
Она тут же стала серьезной и сердито рявкнула:
— Это действительно не твое дело! — Но тут же осеклась: — Прости, сам виноват… Зачем лезть не в свое дело и задавать ненужные вопросы?
— Да, ты абсолютно права. — Он хотел уйти, но остановился. — Да, я телефон вчера забыл. Или он тебе еще нужен?
Она виновато заморгала:
— Прости, я его разбила.
— Как это? — Егор уставился на Софью, для него это было смерти подобно, новый ему никогда не купить.
— Я все тебе возмещу! — поспешила она успокоить.
— Но мне должны позвонить по очень важному делу!
— Очень важному? — засмеялась она, не понимая, какие серьезные дела могут быть у лесника-лесоруба?
Соня уже все о нем знала от Лены, которая с удовольствием рассказала про недавно появившегося в их поселке мужчину, бывшего заключенного и бывшего военного, а ныне местного лесника.
— Ладно. Обойдусь, — сердито бросил он и вышел.
А она посмотрела ему вслед и хмыкнула, потом подошла к кровати, залезла рукой под подушку, достала маленький телефончик и с недоумением повертела в руках. Может, ему дорога как память эта несчастная Nokia?