Краденая судьба (СИ)

Я почти полностью утратила связь с реальностью. Были только его глаза. Наше рваное дыхание. И мои тихие стоны. Неужели мои? Оказывается да.
Как ни ждала я того мига, когда мы станем едины, как ни жаждала его развернувшаяся в животе горячая спираль, как ни звала его сосущая пустота внутри меня, в тот момент, когда его член скользнул внутрь меня, я вскрикнула. Инзар заглушил мой крик губами, впиваясь в меня так, словно хотел выпить до дна. Меня, мою душу, мое дыхание. И мы начали двигаться вместе. Наверх. К звездам. К космосу.
К полному единению.
  
Эпилог
 
Пять лет спустя… 
Стоило только мне закрыть за собою дверь, как передо мной бесшумно возник наш дроид-дворецкий и легко склонился в величественном поклоне:
– Приветствую вас, лара Идрис.
Я невольно отшатнулась. До сих пор не могу привыкнуть к бесшумности и вездесущности слуг-дроидов. Да я гораздо быстрее и легче привыкла называть мужа Дэньераном, а себя считать сурой! А вот к обслуживающему персоналу привыкнуть не могла. Мне пришлось выдержать целую битву со свекром, когда родился наш с Дэньераном первенец. Я категорически была против того, чтобы к малышу был приставлен дроид. Свекр ругался, плевался, отчитывал меня, но в итоге сдался и уступил. И сначала сына, а потом и двойняшек нянчила ингварка с бледно-бирюзовой кожей. По словам свекра, если уж меня накрыла такая блажь, что за детьми должна присматривать живая нянька, то лучше ингварки на эту роль никого не найти.
– Привет, Дадо! Сколько можно тебя просить: не подкрадывайся ко мне! Я из-за тебя скоро заикаться буду!
Дроид невозмутимо поклонился. А я украдкой перевела дух. И знаю же, что без толку ему говорить то, что не входит в его программу. Но и отказаться от возможности спустить пар тоже не могу.
– Лара что-то желает?
– Нет, ничего, спасибо Дадо! А где моя семья?
Дроид вновь поклонился. Боже, как меня это раздражает! Надо дождаться, когда свекр в очередной раз отправится на заседание Совета, и поковыряться в мозгах Дадо. Даже если не смогу поправить программу самостоятельно, то хоть сломаю. Будет повод вызвать техника.
– Лар Харнэйлан повез детей и лару Эйзирейю на выставку Всемирного искусства двадцать первого века.
Я только головой покачала. Ну ладно Эйзирейя. Ей шестнадцать. Скоро начнут сватать. Совсем взрослая. И очень умная. Падчерица училась, как мне казалось, круглые сутки. Но зачем свекр забрал детей? Особенно двойняшек, которым через два месяца только стукнет три года. Им что Всемирное искусство, что кубики из конструктора – все едино. Они еще слишком малы для таких выставок.
– Лар Дэньеран…
У меня за спиной распахнулась входная дверь:
– Лар Дэньеран уже дома и сам все расскажет. Свободен, Дадо! Если кто-то придет – нас никого нет дома!
– Я понял вас, лар Дэньеран.
Дроид опять поклонился и походкой, преисполненной собственного достоинства, направился прочь. Можно подумать, не биомеханический робот, а настоящий живой дворецкий из доисторического фильма. Я повернулась к мужу:
– С возвращением!
Мом губы привычно нашли его губы, и на пару секунд вселенная словно затаила дыхание. Дэньерана не было дома почти десять дней, и я успела отчаянно по нему соскучится. Оторвавшись от его губ и проведя ладонью по груди, затянутой любимой мужем черной водолазкой, я вопросительно заглянула ему в лицо. Может, пока дома никого нет?..
Дэньеран с сожалением отвел мою руку в сторону:
– Я привез новости. Давай поговорим сначала. А то, боюсь, ты меня потом не простишь. Если я тебя сначала отволоку в спальню, а потом, когда вернется отец, начну рассказывать новости.
Мы прошли в кабинет, который Дэньеран обычно делил с отцом, когда тот решал поработать дома. Но за стол муж садиться не стал. Провел меня к стоящему в углу кожаному монстру, называемому тут почему-то «кушетка», и присел рядом со мной.
– Маша, – я вздрогнула. Настоящими именами мы друг друга не называли даже за закрытыми дверями спальни. На сердце почему-то стало тревожно. – Сегодня официально завершено следствие по делу похищения Эйзирейи. Дело передано в суд.
 
Я оцепенела. Данную тему мы никогда ранее не обсуждали. Не знаю, почему. И я считала, что следствие давно уже было прикрыто. Ведь я – Маша – официально погибла на взорвавшейся в результате диверсии яхте семьи Ор`Д`Фрейн. Но оказывается, это только мои домыслы? А следствие никто и не думал прекращать?
– Маш, Павел Лебедев в федеральной тюрьме. Суда еще не было, но я и так скажу, что его ждет. – Сердце сжалось в дурном предчувствии. – Он оказался одним из тех четверых, кто задумал, разработал и воплотил в жизнь эту криминальную схему, с целью наживы. Так что смертная казнь – это единственное, что ему могут присудить. На его счету не только похищение племянницы. Диверсия на яхте – тоже дело рук этой шайки. Они очень ловко научились загребать жар чужими руками. Ведь ты выжила только потому, что взяла хоргас настоящей Идрис. А Эйзирейя смогла его активировать. Нам удалось восстановить всю цепь событий. На яхте было двое, которых подкупили Лебедев и его подельники. Они намеренно испортили системы жизнеобеспечения в спасательных шлюпках, обрекая на смерть тех, кто спасался в них от пожара. Потом спровоцировали пожар на яхте. Впрочем, подробности тебе точно ни к чему. Просто знай – взрыв в вашей квартире, взрыв на яхте, и еще парочка диверсий – это дело рук приятеля Лебедева, профессионального подрывника.
Я сидела ни жива, ни мертва. Конечно, прошлое давно уже перестало иметь для меня значение. Важно было только то, что я имела сейчас: муж, дети и дом. И Пашка давно уже утратил на меня любое влияние. И все же…
– Дэн, я могу его увидеть?
Мне почему-то вспомнилось, как я приучала себя называть мужа Дэньераном. Я до сих пор люто ненавижу это имя. Иногда, когда просыпаюсь в ночной тиши, мне кажется, что в темных углах спальни притаилось то же безумие, которое владело настоящим Дэньераном. И только и ждет, чтобы кто-то назвал имя, указал ему путь… Бред, я знаю. Но младший брат моего мужа не всегда был таким. Первые признаки безумия появились незадолго до его женитьбы на матери Эйзирейи. И оно же, управляя странными пристрастиями молодого мужчины, привело его брак к краху. Свекр приложил очень много усилий, чтобы замять скандал, когда его младший сын, переусердствовав в любовных играх, искалечил свою же супругу. И я до сих пор не знаю, что с нею стало в действительности. Мой аргран не хочет говорить на эту тему. Только заверяет меня, что раз у него есть чиару, то есть я, ему безумие не грозит. Я надежно привязала его к реальности. Мне не верится. Скорее всего, это навечно останется моим ночным кошмаром.
Супруг ревниво всмотрелся в мои глаза:
– Зачем, чиару? Зачем тебе с ним видеться?
Я даже усмехнулась, погладила Дэна по щеке:
– Не ревнуй. Он меня давно уже не интересует. Но я бы хотела посмотреть в его глаза и спросить за что он так со мной? Клялся в любви, звал замуж и превратил в разменную монету в своих играх. Ведь он фактически уничтожил меня своими руками. И как талантливо! Если бы не ты… – Я запнулась, подбирая слова. – Если бы я не встретила тебя, то уже давно бы сгинула где-то в ледяной мгле космоса. Так или иначе. И никогда бы не узнала, на сколько можно быть счастливой.
Мой аргран еще секунду вглядывался в мое лицо. А потом его рука легла мне на затылок. Слегка погладила, пробираясь между уложенными прядями, ероша и портя мне причёску. А потом он рывком привлек меня к себе на грудь и жадно впился в мой рот. Мое тело откликнулось мгновенно. Прошлое и Пашка были забыты…
Но супруг ничего не забыл. Правда, удовлетворил мою просьбу весьма своеобразно: через день после своего возвращения он позвал меня в кабинет и запер за мною дверь. Я удивилась.
В кабинете мы были только вдвоем. Но на столе стоял активированный дисплей стационарного терминала. Дэньеран что-то нажал на своем зумме и отрывисто бросил: