Проклятая благодать (ЛП)

Мужчина сел на край кровати и взял стакан с водой, который я искала. Он сглотнул, когда наклонился ко мне своим обнаженным торсом и погладил меня по затылку. Нежнее, чем я могла себе представить, он приподнял мою голову и поднес стакан к моему рту. Я закрыла глаза, пока жидкость увлажняла мое пересохшее горло. Я делала глоток за глотком, пока стакан не был опустошен.
Когда он уложил меня обратно на подушку, я не сводила с него взгляда. Он опустил голову, разрывая зрительный контакт, и спросил хриплым голосом:
— Как ты себя чувствуешь? — его глубокий тембр засел во мне, и я смотрела, как он откидывает волосы с лица.
Я сдвинулась на кровати, и меня пронзило чувство ужаса, когда я почувствовала под собой влагу и ощутила зловоние отходов своего тела. Слезы навернулись на глаза от смущения, и я попыталась подняться.
Но руки мужчины тут же оказались на моих плечах, удерживая меня на месте.
— Не надо, бл*дь, смущаться из-за всякого дерьма, хорошо?
Я сглотнула нарастающий комок в горле.
— Ты хорошо себя чувствуешь? — повторил он, на этот раз не отрывая от меня глаз ни на секунду.
Я судорожно вдохнула.
— Я… чувствую себя намного лучше… Вроде…
Плечи мужчины расслабились, как будто мой ответ был хорошей новостью, на которую он так надеялся.
— Я…
Я наклонила голову, мои щеки пылали от смущения.
— Грязная, — смахнула слезу, скатившуюся из глаза. — Я хочу помыться… если ты не против?
Я почувствовала тяжесть его взгляда на себе.
— Да, — сказал он наконец и встал с кровати.
Он вышел из комнаты, и я услышала звук льющейся воды. Я переместилась на край кровати, стиснув зубы от невероятного усилия, которое потребовалось для этого сделать. Я заметила, что на мне странная одежда, которая свисала с моего тела. Когда посмотрела на свои руки, то не увидела ничего, кроме костей и синих вен. Кожа на была покрыта красными рубцами и струпьями. Я закусила нижнюю губу, чтобы она не дрожала.
Опираясь на стену рядом с собой, заставила себя встать. Мои ноги дрожали. Я посмотрела вниз, но мне пришлось закрыть глаза и отвернуться, когда увидела, что от меня остались одни лишь кости, обтянутые кожей.
Я открыла глаза, когда мужчина вернулся в комнату. Он смотрел на меня, проводя взглядом по моему слишком худому, разбитому телу. Я хотела прикрыться руками, но не могла пошевелиться. Его рука сжалась в кулак.
Сделав глубокий вдох, я заставила свою ногу сдвинуться с места. Один-единственный маленький шаг казался мне подъемом на самую высокую гору. Мое дыхание стало затрудненным, и пот выступил на и без того горячей коже. И все же я шла вперед. Мне нужно было помыться. Я видела, что сделала с бельем, на котором лежала. Унижение послужило прекрасным стимулом для того, чтобы добраться до очищающей воды.
Когда подошла к мужчине, он протянул руки, чтобы я взяла их. Но покачав головой, решила, что сделаю это одна. Я последовала за звуком воды в маленькую ванную комнату. Пар от душа коснулся моей кожи и стал бальзамом для моих уставших костей.
— Полотенце там. Я буду в конце коридора, если понадоблюсь, — сказал он позади меня.
Я не обернулась, чтобы ответить.
— Спасибо.
Дверь закрылась за мной, и я опустилась на закрытое сиденье унитаза. Я вдохнула пар, давая себе время собраться с силами. Посмотрела на душ — сейчас я жаждала его больше, чем зелье Мейстера.
Мне потребовалось слишком много минут, чтобы избавиться от испачканной одежды, которая на мне была, и еще больше времени, чтобы войти в душ. Но как только струи воды коснулись моей головы, на меня обрушился шквал усталости и боли. Я изо всех сил пыталась справиться с туманом, который застилал мой разум.
Меня окутало смятение. Как я здесь оказалась? Что со мной случилось? Почему я была такой худой? Где был Мейстер?
При мысли о Мейстере у меня подкосились ноги. Я с грохотом рухнула на пол душевой. Страх овладел мной, и я едва могла пошевелиться. Слезы катились по моему лицу и смешивались с водой, льющейся сверху.
Мурашки пробежали по коже, когда в голове пронеслись воспоминания о том, как Мейстер привязывал меня к креслу, причиняя боль. Я уперлась руками в стенки душа и попыталась встать, но не могла пошевелиться. Мои предательские мышцы не слушались и сделали меня слишком слабой, чтобы сдвинуться с места.
 
Я наклонила голову к струям воды, пытаясь смыть ощущение Мейстера на своей коже, очистить воспоминания о нем из моего сознания. И как раз в тот момент, когда я начала плакать от разочарования, дверь в ванную открылась, и вошел мужчина, который присматривал за мной. Он бросился ко мне и наклонился, крепко обхватив руками. От него пахло сигаретным дымом. В спальне это не ощущалось так сильно.
— Я упала, — смогла произнести я, когда обрела голос. — И… не смогла подняться.
— Все в порядке, Рыжая, — успокоил он меня и вывел из душа.
— Нет! — запротестовала я, сумев добавить немного силы в свой голос. — Пожалуйста.
Я протянула руку к душевой кабине, страстно желая быть чистой. Чувствовала себя не тем человеком, я ощущала себя грязной, внутри и снаружи.
В его объятиях мое тело дрожало от холода.
— Ты хочешь, чтобы я тебя помыл? — спросил он.
Я положила голову ему на грудь, чтобы он не видел моего смущения.
— Пожалуйста…
Мужчина глубоко вздохнул, затем повернулся и подошел к все еще включенному душу. Я думала, что он будет стоять позади меня и придерживать, пока я пытаюсь помыться. Но никак не ожидала, что он прямо в джинсах войдет внутрь вместе со мной. Он держал меня в своих объятиях. Он поставил мои ноги на пол и обнял меня одной рукой. Другой он набрал немного шампуня в ладонь и начал втирать его в мои волосы. Я закрыла глаза. Затем вздохнула от облегчения, когда его рука провела по моей коже, смывая пот и вонь, которые я находила такими отвратительными. А после он просто держал меня, когда я стояла под горячими струями. Он стоял позади меня, как опора. Мужчина молчал, пока последние капли мыла смывались с моего тела. Он не произнес ни слова, пока вода не стала остывать, и он тихо спросил:
— Достаточно?
Он выключил душ и завернул меня в полотенце. Усадил меня обратно на закрытое сиденье унитаза, пока сушил мои волосы вторым полотенцем. Я вздохнула, когда его руки массировали кожу головы. И открыла глаза. Открыла и оказалась лицом к лицу с этим человеком. Он не смотрел на меня, настолько он был сосредоточен на своей задаче. Волна чего-то неведомого пронеслась сквозь меня, когда я поняла, что за всю мою жизнь ни один мужчина не заботился обо мне так, как он, тем более совершенно незнакомый.
Ангел. Это ласковое слово промелькнуло у меня в голове.
Его темные волосы были влажными. Джинсы мокрыми, создавая лужу у его ног. Завороженная этой странной доброй душой, этим мужчиной, я положила руку на его запястье. Он замер, как только мои пальцы коснулись его кожи, но осторожно встретил мой взгляд.
— Как… — пролепетала я. — Как тебя зовут?
Темные глаза мужчины чуть сузились. Он убрал руки с моих волос.
— АК.
— АК, — тихо повторила я, ощущая на своих губах необычность его имени.
Не зная, что еще сделать, я поднесла его запястье к своему рту и прижалась одним благодарным поцелуем к пульсу. Я почувствовала, как он ускоряется под моими губами, и услышала его внезапный вздох.
— Мы уже встречались раньше, да?
Он отвел взгляд.
— Однажды.
— У дерева, — сказала я.
Он кивнул в подтверждение. Внезапный прилив эмоций захлестнул мое сердце.
— Ты помог спасти мою Ребекку.
Я поморщилась, борясь со слезами. Затем вспомнила его глаза, волосы и запах, уже такой знакомый.
— Ты пощадил мою жизнь, когда мог уничтожить.
Вздохнув, он неохотно посмотрел на меня.
— Ты ни черта не сделала плохого.
Его слова не были бальзамом, скорее тяжелым металлическим шипом, пронзившим мою совесть.
— Это спорно, — ответила я.
Он изучал меня, его темные глаза оценивали. Я тяжело сглотнула под его пристальным вниманием. Открыла рот, чтобы заговорить. Но слова так и не вышли. Я не могла выразить свой стыд, свою полную вину за то, что была сестрой, которая позаботилась о том, чтобы Ребекка с раннего возраста стала дьявольской девочкой, как считали все в коммуне.